Отвергнутая жена. Хозяйка проклятого поместья.

Глава 2

Я позволяю девушке увести меня с собой. Не могу понять, как тут оказалась, и пока решаю плыть по течению.

– Если эйр Дарий узнает, то нам все головы не сносить, я думала, вы шутите. Не делайте так больше, хорошо, что я вас нашла, а не он. Даже представить боюсь, что мог сделать эйр Дарий.

– А как тебя зовут?

– Настасья, – говорит служанка, и меня передёргивает от этого имени, – вы точно не в себе, я же вам говорила, не стоит пить столько успокоительного зелья.

Не понимаю, о чём она говорит, но сопротивляться не буду. Успокоительное, так успокоительное. Я и правда себя чувствую странно. Сердце всё ещё болит, но я правда спокойна, даже слишком, как для человека, оказавшегося в подобной ситуации.

– Времени мало, эйра Хельга, но мы все успеем, вы только не убегайте! Через час эр Дарий ждёт вас для бракосочетания.

– Замуж? – Вспыхиваю я, – я не выйду замуж!

– Я знаю— знаю, вы об этом уже вторую неделю говорите, но может быть не всё так плохо, как вы думаете?

Настасья приводит меня в красивую комнату, тут так роскошно, будто живёт сама принцесса.

Я рассматриваю кровать с резными опорами и тяжёлым балдахином, в углу, большой шкаф и туалетный столик. Замечаю своё отражение в зеркале и на мгновение не могу поверить своим глазам.

Я вижу не себя! Да, мы похожи, но это не я, мои волосы темнее, а лицо более круглое.

У девушки, которую я вижу в отражении, тонкая талия и изящные формы. Я затаив дыхание, подхожу ближе, чтобы удостовериться.

Не могу поверить. Это просто чушь какая— то. Медленно опускаюсь на мягкий пуфик.

Всё реалистично, как и раньше. В комнате пахнет сиренью, она стоит в вазе на тумбочке возле пуфика. Под пальцами бархатная ткань пуфика. Чувствую даже боль, которую я всё ещё ощущаю в сердце, но она будто иная.

– Настасья, я не понимаю.

– Конечно, эйра Хельга, вы выпили столько зелья, что еще непонятно, как не отключились, но ничего, это нормально. Скоро всё пройдёт. Часа два, и вам станет легче.

Девушка быстро помогает мне переодеться и начинает делать причёску, а я чувствую себя будто кукла, не могу шевелиться и сопротивляться.

В комнату без стука стремительно входит какой— то полноватый мужчина. Черты его лица смутно знакомы, но я точно вижу его в первый раз.

Блестящая лысина с родимым пятном, маленькие усики и морщинистое лицо. Неприятная внешность, интуиция подсказывает держаться от него подальше.

– Почему так долго? – кричит он на служанку.

– Я почти закончила, – Настасья как раз вставляет украшения в причёску.

– Эйр Дарий не будет ждать! – истерично кричит мужчина, вырывает из рук служанки украшение и кидает его на пол. – Она готова, веди её.

– Н–но, – заикается бедная Настасья.

– А ты, Хельга, только попробуй что–нибудь выкинуть, – он хватает меня за подбородок и больно сжимает его пальцами. От такой наглости я теряюсь и даже не знаю, что сказать. – Вздумала тут, хочу–не хочу. Твоё дело рожать! Больше ты ни на что не способна, так хоть тут не оплошай, удовлетвори Дария.

– Что–что? – переспрашиваю я.

Этот мужчина совсем обнаглел! Я сама решу, от кого мне рожать, а от кого нет, и вообще, что значит, ни на что не способна? Отупение после успокоительного медленно отступает, и я делаю шаг назад.

– На кону честь семьи, – гневно выплёвывает мне в лицо вместе с брызгами слюны он.

– Мужчина, уберите руки для начала, – говорю я и отступаю ещё.

Хочется добавить: “И слюни приберите”, но здравый смысл берёт верх.

– Не смей огрызаться, девчонка, эр Дарий выбрал тебя и это большая честь для нашей семьи. Он мог жениться на одной из тысячи других девушек, не представляю, почему он остановил выбор на тебе. Но это уже неважно. Сделай все так, чтобы я не слышал от него жалоб. Понятно? А то будет хуже. Ты знаешь на что я способен в гневе!

– Я не Хельга, – пытаюсь сказать, но язык будто онемел, глаза закрываются, будто я сейчас усну.

Эта Хельга и правда выпила очень много успокоительного.

– Не прикидывайся сумасшедшей, не поможет! Я твой отец, Хельга. И я всё сказал.

Сверкнув глазами, он уходит из комнаты так же стремительно, как и вошёл. А я укрепляюсь в мысли, что надо бежать из этого сумасшедшего дома.

Но не успеваю. Приходит еще одна служанка и меня ведут под венец.

Нет, на этот раз я не соглашусь. Не выйду замуж! Спасибо, как говорится, что я там не видела?

– Настасья, я сама дойду, я знаю, куда мне идти.

– Ну что вы, эйра Хельга, – Настасья берет меня под руку и ведет по коридору, – я вас проведу.

Слышу позади себя громкие шаги. Оглядываюсь через плечо. Двое мужчин в военной форме, с мечами.

– Вот и Дарий прислал свою охрану, волнуется, а вы говорите не хотите за него замуж, – успокаивает меня служанка, но получается у неё так себе.

Какая охрана? Больше похоже на конвой.

В зале, куда приводит меня Настасья, много людей, и я окончательно теряюсь. Надо было сбегать раньше.

У алтаря стоит мужчина. Широкоплечий, высокий. На нём камзол с золотой вышивкой, длинные волосы собраны в хвост.

Мы встречаемся взглядами.

Мужчина рукой приглаживает волосы назад, такой знакомый жест. Я где— то уже это видела и не могу вспомнить где. Может быть, совпадение?

Подхожу к мужчине и тихо шепчу:

– Произошла ошибка.

– Ошибка? – Он удивлённо вскидывает бровь. Ошибка тут только одна и это ты, но мне придётся взять тебя в жены. Не думай, что я этому рад, – затем Дарий отворачивается и говорит мужчине, который стоит рядом с ним, – Кайрэтт начинайте. Да побыстрее, не хочу тратить много времени на такую чепуху.