Отвергнутая жена. Хозяйка проклятого поместья.

Глава 13

– Почему прятаться? – не понимаю я.

За окном какой— то мужчина. Мне не удаётся его толком разглядеть, вижу только силуэт с мощными широкими плечами.

– Ох, лучше б он не видел тебя, эйра. Я позже объясню.

Зури буквально выталкивает меня в соседнюю комнатку, оказавшуюся спальней. Окна тут зашторены, тут темно, немного прохладно и чисто.

– Зури! – слышится зычный хрипловатый мужской голос. – Ты всё приготовила?

– Так седьмица не прошла ещё, что тебе надо? – ворчит Зури.

– Половину долга! Хватит мне голову морочить, коли денег нет, отдавай товаром.

– Каким товаром? Нет у меня ничего, не поспело, да и…

– Куры есть, коза. Вот их и отдавай.

– С ума сошёл? – голос Зури от возмущения становится тоньше. – А внучку чем кормить?

– Твои проблемы, – судя по голосу, мужчина что— то жуёт. – Веди козу, а не то сам заберу.

– Я ж сказала, всё верну! Ну дай срок!

– Мне опохмелиться нечем, ведьма! – стучит мужчина кулаком по столу. – Ты опять на кулак нарываешься?

Я жутко пугаюсь его громкого голоса, но ещё больше боюсь за Зури. Выскакиваю из спальни и кричу:

– А ну, стой!

Вовремя. Мужик как раз замахивается, а Зури в страхе прикрывает голову. Они замирают.

– А ты ещё кто, чертовка? – мужик скользит по мне сальным взглядом.

Что он там разглядеть пытается, платье— то всё закрывает, не то, что одежда в нашем мире. Но, видимо, фантазия у мужчины работает, потому что он глупо улыбается и издаёт смешок.

– Могу девку забрать на вечерок, вот и будет уплата долга.

– Вам сказали, приходите через неделю, – поднимаю подбородок и упираю руки в бока. Главное тут – быть уверенной до конца. – Вот и идите куда шли.

– А что? Эту неделю ты уже занята.

– Не ваше дело.

– Зури, кто тебе эта чертовка? – поворачивается он к женщине.

– Так это… родственница дальняя, – врёт Зури, заметив мой предупреждающий взгляд.

– Ну вот и решили. Или эта баба со мной идёт, или скот твой забираю.

– Ах ты негодник! Да знаешь, кто это? – возмущается Зури.

– Да я никто, – поспешно вставляю я. Не хочу, чтобы обо мне знали не только из— за приказа князя, но и по другим причинам. Мне будет проще, если будут считать меня обычно женщиной.

– Ну раз никто… – хмыкает мужик и тянет ко мне свои ладони с толстыми короткими пальцами.

– Но, если тронешь, будешь иметь дело с… Драганом Радогором! Понял? – выпаливаю я. – И не только…

– Что, любовница его? Так бы сразу и сказала.

– Не любовница я, – вспыхиваю от возмущения и смущения.

– Да не бойся, не скажу никому. Но через неделю… – он предупреждающе смотрит на Зури. – Приду, и никакой Драган вам не поможет! А пока живи.

Он хватает грязными пальцами с блюда сладкую булку и выходит.

Фух. Справились.

– Спасибо, эйра, но не надо было… Это мои проблемы, а теперь о вас слухи пойдут.

– Как пойдут, так и закончатся. Кто этому пьянице верить будет? – отмахиваюсь я. – Лучше скажите, что происходит.

– Да что— что. В долг я взяла у Маланьи, а этот ходит выбивает. Я бы отдала, да нечем пока.

– А знаете, что? Поможете мне одуванчиковое варенье продать? Я с вами поделюсь.

– Разве так можно?

– Почему нет? Вы мне инструменты, помощь обещаете, и всё безвозмездно. Я тоже вам помочь хочу. Да и сама я много не продам.

– Я тебе внучку пришлю, эйра Хельга. Что ещё надо?

– Пусть внучка одуванчики соберёт, только раскрытые пусть берёт, и в середине дня. И баночки мне нужны. И потом на ярмарку отвезти… – перечисляю я. – Отвезёт, наверное, Касимир, но продать же надо.

– Сделаю всё! Спасибо тебе! Боги тебя нам послали, не иначе.

– Да ладно вам.

Зури отдаёт мне все необходимые инструменты, а ещё и выпечку “в дорогу” в маленькой корзинке даёт. Я не отказываюсь. Лишь бы получилось с вареньем, тогда и я Зури отплатить смогу. А когда ягоды пойдут, ещё сделаю, нового.

Иду к дому в хорошем настроении. Не очень удобно тащить эти грабли— лопаты, постоянно что— то норовит выскользнуть из рук, но я справляюсь. Стоит мне зайти в ворота, как я замираю и чуть не роняю инструменты. Облокотившись о стену дома меня ждёт Драган. Что он тут забыл?

Завидев меня, смиряет взглядом и морщится, глянув на садовый инструмент. Затем ухмыляется и подходит.

– Хельга, я же просил вас ни с кем не общаться, – в его голосе слышатся угрожающие нотки.