Отверженная невеста дракона, или Ведьма не сдаётся

Глава 4

Прыгаю на козлы сама и сама трогаю. Хорошо, что лошади запряжены.

Плохо, что ворота закрыты!

Сторож спохватывается и открывает их, я же торможу, так толком и не разогнавшись.

— Хлоя! — ревёт отец.

Спрыгиваю и помогаю с воротами. Сердце бьётся в груди испуганной птицей, я почти уверена, что не успею. Смотрю на приближающегося отца и готовлюсь ко всему.

— Хлоя, кто научил тебя этому заклинанию? — грозно спрашивает он.

Ну всё. Точно лишит магии и отправит меня куда подальше. Вместо ответа, я снова вызываю поток ветра, чтобы хотя бы замедлить приближение отца.

Рывком бегу к козлам, но не успеваю. Меня хватают за волосы, ноги подгибаются, и я падаю.

— Идиотка! Забыла, что случилось с твоей матерью?

Мне кажется, или в голове уже не чувствуется гнева, только тревога? Может, я только хочу, чтобы так было, вот и додумываю.

— Тебе нельзя использовать магию.

Отец кладёт руку мне на затылок и бубнит длинное заклинание. Вырываюсь, но у меня не выходит. Вдруг мои глаза застилает белая пелена. Отец отпускает, но со мной что-то происходит, будто по венам течёт лава. Запрокидываю голову и кричу не выдержав. Чувствую, как теряются накопленная магическая энергия.

А ведь я столько тренировалась…

— Если до тебя не дойдёт, и ты снова будешь использовать магию, то хотя бы не при мне. Уезжай. И можешь там даже умереть, — говорит он хрипло и устало.

А я сижу на коленях на дорожке, пока меня не поднимает кто-то из слуг и не усаживает в карету. Всё готово, мы трогаемся.

Забиваюсь в угол кареты и первое время пытаюсь успокоиться. Глотаю слёзы и глубоко дышу.

Одно хорошо — надеюсь, он поймёт, что никакие картины мне не нужны, раз я готова была сбежать с небольшим чемоданом, бросив повозку. И пусть и поздно, но задумается, КТО подложил мне их. А то он в упор не видит, что Стеф не такая, как кажется. А подбивает её мачеха.

Но теперь, после реакции отца на мою магию, я начинаю сомневаться, что слепец из нас двоих только он. Всё же он переживает обо мне? Нет, просто не хочет вспоминать, как из-за того, что магия мамы вырвалась из-под контроля, произошёл несчастный случай.

Но как он не понимает, что именно поэтому я хочу научиться?

Бесполезно думать об этом, я уже переступила черту и начинаю новую жизнь. Выглядываю в окно. Мы успеваем проехать городские ворота до захода солнца, неспеша проезжаем деревню рядом со столицей. Люди готовятся ко сну, загоняют скот домой, и эта мирная картина немного меня успокаивает. Есть жизнь и помимо моего маленького окружения. Мир гораздо больше и интереснее, и не во все места дотянется рука моего отца и тем более сестры с мачехой.

Я долго не могу успокоиться, но всё же засыпаю ночью.

А утром мы меняем лошадей и вскоре вступаем на гиблые земли. За окном совсем другой пейзаж. Деревень почти не встречается, дорога каменистая и всё время петляет.

Мы то поднимаемся, то спускаемся, а впереди горы и туман.

Красиво, если бы не было так тихо и безлюдно.

Говорят, здесь обитают странные магические и опасные звери, всегда туман и зябко даже летом, а ещё ходят призраки, а с людьми происходит странное. По слухам, что-то здесь влияет на психику, делают всех агрессивными и полусумасшедшими.

Хотела бы я сказать, что не верю, но почему-то прислушиваюсь к каждому скрипу, всматриваюсь в каждый куст и жду появления опасного магического зверя.

К обеду появляется больше звуков, а туман, вроде бы как, отступает и остаётся только в горах. Деревья тут необычные, с красными листьями, будто осень.

Пару раз ме что-то мерещится, но уверенной я быть не могу.

Наконец, мы подъезжаем к городу-крепости, в котором мне и предстоит встретиться с Эрвином. Чем мы ближе, тем больше я волнуюсь. Поправляю платье, с любопытством смотрю в окно. Тут я буду жить.

Когда подъезжаем к замку, то останавливаемся и долго стоим. Нас не ждали?

Стучу по стенке кучеру и громко спрашиваю:

— Всё в порядке? Почему так долго?

Ответа нет, но дверца карты распахивается, и я вижу… Эрвина. Он сильно возмужал, черты лица стали более грубыми и рельефными. Но это всё же он, и в моей груди словно всё замирает.

— Можешь ехать обратно, — вместо приветствия говорит он.