Отверженная. Второй Шанс для Волка

ПРОЛОГ

Ветер менялся слишком быстро. Как и запах гнили и водорослей, который внезапно перебил другой. Новый и одновременно знакомый.

Приказав охотникам не упускать одичалых, я свернул в сторону руин.

Заброшенная крепость времён войны между кланами.

Именно сюда инстинкты гнали зверя. А еще ЭТОТ запах, от которого хотелось открыть пасть и завыть.

Происходило что-то дикое. Лапы несли, не замечая брёвен. Разум снова подчинил инстинкты, когда я оказался у реки. Ни один перевёртыш не переплыл бы бурный поток. Неудивительно, что они разделились.

Недолго думая, я перехватил контроль и нырнул. Ледяная вода отрезвила, прояснила голову и заставила собраться. Спустя несколько мощных гребков я выпрыгнул на берег мокрым черным волком.

Следы. Кто-то выполз из воды прямо у входа в заброшенное крыло для слуг.

— Близко, — прорычал зверь в моей голове.

Я и сам видел.

Нетвердые следы. Потом некто упал и пополз, цепляясь за землю. Пытался обернуться зверем, но слишком много сил отобрала стихия. Бороться с бурным потоком, а после совершить оборот у одичалой твари не вышло, и это было нам на руку.

Оскалившись, я приказал зверю приготовиться.

— Похоже на ловушку. Дикари никогда не ходят поодиночке. Это либо новичок, либо нас заманивают, — мысленно проговорил я.

К заброшенному зданию мы брели, оглядываясь по сторонам. Ни птиц, ни животных. Изгои извели всё живое, и тем сложнее тут устроить засаду.

Сладковатый аромат лесных цветов и мёда, дурманящий зверя, тянулся наверх.

Комната?

Неужели кто-то из дикарей решил поселиться отдельно?

Определить, где именно притаилась моя добыча, не составило труда. Это была девушка, и она слишком шумно дышала. Тихие стоны эхом отражались от стен. Запах усилился, и инстинкты заставили зверя рвануть вперёд.

Два пролёта, которые одичалые зачем-то преодолели, а потом комната, дверь в которую привалили доской.

— Прости, друг, но ты сегодня слишком нервный, — прошептал я зверю, окончательно перехватывая контроль.

Да, моя реакция не такая быстрая, но ломиться в комнату к диким не хотелось. Что бы там ни притаилось, гостей оно не ждало.

Доску, которая должна была служить дикому защитой, удалось снять почти бесшумно. Только предательское дерево скрипнуло под босой ступнёй.

Запах стал таким ярким, плотным, что кружилась голова. Волк внутри тихо зарычал, принюхался и потребовал подойти ближе.

Странная реакция на дикую. Нетипичная для опытного охотника. Да и шлейф, исходивший от мокрой кожи дикарки, был слишком манящим и предательски наполнял грудь.

Задержав дыхание, чтобы удержать зверя, я медленно шагнул в кромешную тьму.

Шаг за шагом шел на звук, готовясь к нападению. Я слышал ритмичное сердце девушки — тяжелое, лихорадочное, словно она была в бреду или без сознания.

До моей добычи оставалось два шага, когда в голове прозвучало то, что я ожидал услышать меньше всего.

Точно не тут. Точно не в землях изгоев. И точно не в тот момент, когда собирался перегрызть глотку дикой твари, отбившейся от стаи.

— Пара! — приговором зазвенело в моей голове.

Глаза наконец привыкли к темноте и рассмотрели обнаженную девушку на полу. Мокрую, дрожащую, с разметавшимися по доскам золотисто-рыжими волосами.

Зверь понял, что гнало меня в руины, раньше, чем я сам.

— Пара! — уже требовательнее зарычал он.

Я не мог сдвинуться с места.

Не мог вдохнуть.

Не мог поверить собственным глазам.

А потом, подгоняемый инстинктами, медленно опустился на колени.

— Зачем она отбилась от стаи? — спросил у волка, который желал только одного.

— Пара! — снова прорычали в голове.

Я перестал сопротивляться инстинктам. Опустился рядом и прижал дрожащую девушку к груди.

— Да, Черный, кажется, она наша пара... а значит, нам конец, — выдохнул я, уткнувшись носом в её волосы.

Она пахла цветами, мёдом и речной тиной. Зверь внутри почти заурчал от облегчения. Сокровище, за которым он гнался, наконец оказалось в моих руках.

— Пара, — довольно проурчали в голове, и руки крепче прижали к груди обнаженное тело незнакомки.

Девушка тихо застонала. Запах полевых цветов смешался с металлом.

Найти самую глубокую рану было несложно. Как и проверить свои ощущения, чтобы убедиться, что это не уловка одичалых. Возможно, они научились обманывать инстинкты, намазав это создание дурман-травой. И всё же кое-что невозможно подделать.

Слегка касаясь, я провёл языком по гладкой коже, и ранка на хрупком плече незнакомки тут же затянулась.

— Пара, — обреченно выдохнул я.

Впервые я не разделял восторг своего зверя.

Как и радость от того, что обрёл то, о чём многие могли только мечтать. И всё же я продолжал прижимать девушку к себе, то и дело касаясь её кожи и залечивая самые глубокие царапины.

Нужно согреть её, а потом сообщить охотникам, что я возвращаюсь в замок. Дальше гнать одичалых до логова и искать Лиру им придётся самим.

Свою добычу я уже поймал.

Теперь предстоит показать её Альфе и надеяться на его милость и понимание. Правила стаи неизменны, и вряд ли они обрадуются чужачке. Ещё меньше обрадуется сама Лира, узнав, что я встретил свою настоящую истинную.

Предчувствуя бурные разборки, скандал, а возможно, и изгнание из стаи, я крепче прижал спящую девушку. Она почти не пострадала: несколько царапин, вымазалась в грязи и просто потеряла сознание от усталости.

— Первый оборот, — подсказал волк, уже подкидывая мне картинки того, какой будет моя волчица.

— Она дикая, Черный. Значит, либо её изгнали, либо она родилась в этих землях. Почему ты так уверен, что она нам подходит? Я не вижу её лица, слишком темно. А вдруг она изуродована или вовсе сбежала из услужливого дома?

— Пара, — не согласился тот.

Волк будет беречь любую пару. Я же, как его слабая человеческая часть, должен буду смириться.