Овидий. В зеркале судьбы. Злоключения Сальватора

***

Для Сальватора это письмо было весьма неожиданным. Представить, что Франция от имени Людовика XIV желает завербовать его?! Чтобы Сальватор и капитан Мантенон – непримиримые враги – стали союзниками?! Более того, чтобы Сальватор во всем повиновался французскому или какому-либо европейскому флагману?! Такого и во сне не присниться!

Сальватор выдержал паузу и спокойно, не превышая тона, сказал:

– Я позволю заметить две вещи, ваше превосходительство, если вы еще не заметили. Во-первых, я не англичанин. А, во-вторых, я не могу состоять на службе у короля Людовика или какого-либо европейского монарха по религиозным соображениям.

– Да?! Тогда кому вы служите?

– Я служу Аллаху.

– Вы в этом уверены?! Что же вы оставили Мекку?

– Я родом из Феса.

- Значит, Марокко вы покинули по религиозным соображениям?

- Моей вины не было в том, что шииты подняли восстание и свергли моего приемного отца. Это случайность.

– Полно… Это все сказки, чтобы казаться более обаятельным что ли… Неожиданно-экстравагантным…

– Это ваше мнение.

– Вы весьма неучтивы, Сальватор или как вас там еще называют? А, Давид, Дэвид Мирр...  Такое количество имен кого-то завораживает… А по мне это так пошло!

– Мое полное имя Давид-ибн-Мулай-бен-Рашид. И, думаю, вас и об этом уведомили. 

– Ну, хорошо. Предположим, что это так. Предположим, что вы не англичанин, не числитесь среди солдат Франции. И при этом ненавидите испанцев?

– Ошибаетесь, ваше превосходительство. Я никогда не питал ненависти к испанцам, скорее, наоборот.

– Да?! А ваша последняя, так сказать, роль в событиях Голландской войны?

– Я придерживаюсь нейтралитета.

– Из письма очевидно, что вы служите Франции, – и губернатор указал ему на документ с гербовой печатью. – Я достаточно пожил на свете, чтобы отличить шпиона от простого висельника или, как вы представляетесь, пирата.

– Вы ошибаетесь, ваше превосходительство. Я не состою на службе у короля Людовика и никогда не состоял, –  раздраженно повторил Сальватор. – Я же сказал и повторю снова... Я не могу состоять на службе ни у Франции, ни у Англии, ни у какой бы то ни было европейской страны, потому что я – мусульманин.

– Вот как?! – лорд Воэн стал выходить из блаженного состояния. Этот упрямец определенно врет, нагло врет. – Если вы – мусульманин, тогда что прикажете мне с вами делать? Придать вас суду инквизиции?! Отправить ваше дело на расмотрение в Огненную палату? Нет ничего проще, тем более вас разыскивает сам кардинал.

Сальватор упорно молчал, и взгляд его стал свинцовым.

– Молчите?! Что ж, молчите. Я и так знаю. Вы – изменник! Вы нарушили все законы, существующие и когда-либо существовавшие!!! У вас нет ни дома, ни семьи, ничего… Неужели вы полагаете, что своими проповедями вы измените мир? Неужели думаете, что этот жалкий сброд, которому вы помогаете, которых защищаете, может создать сильное государство?! Или вы, как и Монбар, верите в республику?! Вы – предатель и вероотступник, бесцельно влачащий жалкое существование, смеете покушаться на основы государственности и закона?! Не бывать тому никогда! И если не я, то кто еще скажет вам правду?

Сальватор сделал шаг вперед, намереваясь покончить навсегда с лордом Воэном, ведь последние слова губернатора сильно задели его честолюбие. Лицо Сальватора покрылось бледно-красными пятнами, костяшки пальцев побелели, выдавая его чрезвычайное волнение. Выслушав тираду, капитан ровным голосом сказал: 

– Вы думаете, что знаете правду? Вы ничего не знаете и не можете знать, равно как и я сам. Я не знаю ни кто я, ни что я. Я знаю только одно, что никогда не был изменником и вероотступником. Я никогда не предавал веру, и я свято чтил и чту законы Аллаха.  Вера – единственное, что у меня осталось. У меня никогда не было того, что есть у вас, сэр Воэн. У вас есть дом, а у меня его никогда не было. Мой дом – это море, это моя жизнь…

– Да? Что ж, тем лучше, – подумав, губернатор несколько смягчил приговор. – Вы говорите, что чтите законы Аллаха. Но разве ваш Бог разрешает вам убивать?

– Только в определенные месяцы и когда это необходимо.

– Значит, ваша профессия – необходимость?!

Сальватор промолчал. Он понимал, что губернатор намеренно провоцирует его, чтобы потом без сожаления отправить на виселицу. И вдруг Сальватор вспомнил, что еще недели две тому назад в порыве гнева чуть не убил Ахмеда. Или это было раньше? Сальватор хотел скорее забыть об этом неприятном, постыдном, случае… Ведь кок оказался повинен в исчезновении Самуэля Грина, а потом и дона Алехандро… Ахмед помог им бежать с корабля из-за каких-то совершенно невнятных, необъяснимых соображений…

– Молчите, да-с. Странный вы человек, господин Сальватор.

Губернатор позвонил в колокольчик и появился слуга.

– Вымойте этого господина и, – лорд Воэн снова приблизился к капитану с пенсне в руках, – обязательно состригите его бороду.

– Зачем? – огрызнулся капитан.

– Об этом вы узнаете позже, Сальватор…