Овидий. В зеркале судьбы. Злоключения Сальватора

Глава 8

Громкий стук в дверь разбудил капитана, уснувшего только под утро. Сальватор сражался с лихорадкой, вспыхнувшей на корабле с новой силой, и зеленому аду были отданы новые жертвы… 

Юнга примчался взбудораженный и бледный.

– Что-то случилось? – спросил Сальватор, неохотно прощаясь с грезами. Ему снилась Галатея с развевающимися на ветру волосами. Радостная, счастливая, она манила его, протягивая руки.

– Испанские корабли, капитан.

– Сколько?

– Не знаю. Плохо видно, туман. Но не меньше пяти.

– El Diablo! – выругался капитан и кинулся к шканцам.

Видеть великолепие испанской эскадры под командованием Фабрицио Спада, не дождавшегося возвращения Лоренса, было скверно, крайне скверно… Сальватор в очередной раз выругался.  Теперь им точно не уйти: на горизонте при рассеивающемся тумане ярко вырисовывалась стройная линия из семи кораблей. Линия росла, увеличиваясь в масштабах, грозя захватить собой все пространство.

– Что скажешь, боцман? Есть ли у нас шансы?

– Что тут сказать, капитан? Наше положение в пасть акулы.  И все же испанские корабли тяжелы, медлительны да неповоротливы, в чем мы уже с вами не раз убеждались. Вряд ли они смогут войти в залив, но и путь в город нам тоже заказан. Наверняка там гачупины.

– А ты что молчишь, Али?

– Думаю… Что если попробовать прорваться с моря? Нам нельзя покидать бригантину.

– И я не сойду с палубы, пока на бимсах будет хоть одна доска! – восторженно воскликнул Дионис. Романтически настроенный юнга не осознавал всех «прелестей» предстоящего сражения.

– Так что ты предлагаешь, Али?

– Сражаться, капитан, – решительно ответил штурман, подкручивая усы и занимая боевую позицию на квартердеке.

– Нет, подожди, Али. Есть другой вариант. Если вы скажете, что готовы сдать меня нунцию, тогда у вас, у нас будет возможность вывести «Галатею» в море.

– Что?

– Выбора нет.

– Не вы ли говорили, капитан, что выбор всегда есть? Да я лучше стану наживкой для акул, чем вас предать! – столь выдержанный на проявление чувства боцман сейчас был готов расплакаться.

– Надо сражаться, – согласились остальные, еле держась на ногах от лихорадки.

– Лучше уйти в город, забрав все корабельное оружие, – наконец сказал, доковыляв до шканцев, Хью. Его положение было более устойчивым, чем у остальных – он опирался на костяную ногу.

– Снова биться с москитами?! Ну уж нет!

Сказал, усмехнувшись, Малыш Стив, напоминавший по форме баобаб из долины Конго, и смерил всех единственным уцелевшим в бою глазом. Потом огладил кулеврину, будто породистую лошадь.

– Оружия достаточно, капитан. Мы с нашей малюткой готовы хоть сейчас отслужить заупокойную испанцам…

– Уж поверьте, мы наше дело знаем, – и Али весело подмигнул канониру.

– Значит, вы не хотите поднять флаг переговоров с нунцием?! – удивился Сальватор. То, что легкая бригантина могла развить хорошую скорость и уйти от преследования тяжеловесных испанских судов, было очевидно каждому. Поэтому капитан считал единственным верным решением – лично встретиться с нунцием и, пока будут длиться переговоры об их капитуляции, незаметно вывести «Галатею» в открытое море. Тогда можно было бы обойтись малой кровью. 

– Не видать ему вас, капитан, как своих ушей. У нас силы неравны, это верно. Но мы будем сражаться. Это так же верно, как меня зовут Оноре Лайот! – воскликнул штурман.

– Эх, был бы сейчас «Οвидий»! – воскликнул, вздыхая, юнга. И все тяжело вздохнули вслед за ним.

– «Οвидия» больше нет и наконец забудьте фрегат! У нас прекрасная «Галатея», и мы не отдадим ее нунцию!

– Да, капитан.

– Это точно, капитан. Не отдадим.

– Не, не отдадим. Пусть лучше свои потроха жрет.

– Ахмед, что скажешь?  Следует ли вернуться в город или прорываться в открытое море?

–  Я, конечно, не дельфин, но открытое море, говорят, для моего дыхания лучше, – ответил кок, имевший наравне с остальными право голоса.

– Мы верим вам, капитан, и верим, что богиня удачи не отвернется от нас и в этот раз, – простодушно сказал малыш Стив.

Тут подбежал вахтенный.

– Лоренс хочет видеть вас, капитан. Он умирает и хочет сказать вам нечто важное.

– Да что еще может вякать этот предатель?

– Молчать! – прервал Сальватор возмущенный голос пиратов. – Приведите Лоренса.

– Он хочет говорить с вами наедине, капитан.

Несмотря на протесты, Сальватор направился в трюм.

– Лоренс может его убить, – тем временем были озвучены тревожные мысли.

Неожиданно показалась голова предателя-квартирмейстера. Вид квартирмейстера был жалким. Лихорадка за несколько дней съела его цветущий, пышащий жизнью организм. Руки дрожали, ноги подкашивались, по всему телу были рассыпаны мелкие бурые язвочки.