Овидий. В зеркале судьбы. Злоключения Сальватора

Глава 9

После бреда, в котором пребывал Сальватор почти неделю, еще слабый от перенесенной болезни и пережитого потрясения, он сидел в каюте, перебирая струны лютни. Этот старинный музыкальный инструмент попал к нему в одном из рейдов. Тогда на борту захваченного французского судна кроме зерен какао больше ничего не сулило прибыль пиратам… Кто-то притащил к капитану лютню и от досады хотел ею запустить во французского солдата, но Сальватор остановил кровопролитие. Звали солдата Анри Сераль…

– Господин, древняя восточная мудрость гласит, что надо победить сначала самого себя, а потом врагов, – говорил Ахмед, входя в каюту с новой порцией горькой настойки.

– Да, ты прав, наверное, я забыл, чему меня учили.

– В Фесе вы прошли хорошую школу. Нельзя забыть то, чему там учили.

Молчание… В такие минуты капитан погружался в воспоминания, стараясь представить, как могли бы развиваться события, если бы он поступил иначе… Из-за него погиб Анри, Калико, Генри, Лоренс… Капитан вспомнил снова их последний разговор.

– Обещайте выполнить мою последнюю просьбу. Вы знаете, о чем я хочу просить?

 – Знаю и обещаю, что позабочусь о твоей семье… Я вернусь к Аде…

Сальватор отбросил от себя лютню и подошел к раскрытому окну. Стояла нестерпимая жара.

– Господин, если вы и дальше будете идти тем же курсом, течение приведет вас совсем не туда, куда вы думаете.

– Что ты хочешь сказать?

– Помните это? «Кто убивает, тоже будет убит. Кто приказывает убить, тоже будет убит по приказу». В Коране сказано, что нельзя убивать без нужды и убиваться. Вы убиваете себя.

– Ты прав… Сегодня очень душная ночь.

Ахмед только пожал плечами. Ночь нисколько не отличалась от других предыдущих ночей, которые положены в это время года в этих широтах.

– Господин, я знаю, что тревожит вас. Не надо убиваться из-за Лоренса. Вы сделали все возможное. Вы дали ему возможность искупить вину.

– А Анри? Генри? Джон?

– Лучше погибнуть в бою, чем болтаться на виселице. Но я хочу поговорить о другом - том господине, что из Севильи…

– Доне Алехандро.

– Да.

– Оставь! Это не твое дело.

– Вы до сих пор не простили меня.

– Ты позволил ему сбежать, как прежде ты позволил сбежать Самуэлю… Я и так слишком добр к тебе. Не надо испытывать мое терпение.

– Простите меня, господин. Я виноват, но клянусь Аллахом, я думал о вас, о вашем благе и счастье, я думал, что было бы хорошо моему господину.

– Говори, – строго сказал Сальватор.

Кок начал говорить, запинаясь и утирая слезы, невольно катившиеся по морщинистым щекам:

– Помните, когда два года назад мы были в Севилье и искали ее, мы попали…

– Я просил молчать об этом! – раздраженно бросил капитан и отвернулся к окну. Он не хотел вспоминать то, что было два года назад. Он, обезумев, помчался в Севилью, тайком ото всех, не получив разрешение на въезд в Испанию. Рискуя жизнью, спасаясь от преследований полиции, он искал спасенную им девушку и надеялся, что она будет ждать его. На что он надеялся, когда стоял на пороге поместья Кордобы? Что вот откроется дверь и появится она, радостная, счастливая, и примет его в дом…

– Да, господин, вы правы, я виноват. Я поклялся не вспоминать об этом, но как же тогда сказать?! Я видел в том доме человека, который вам представился как дон Алехандро. Но хозяина не было тогда дома. Потом я заставил его сознаться в том, что он слуга, что его зовут Хоске Антониос и что он сам ищет сеньориту Лусию, чтобы выполнить поручение мастера.

– О чем ты? Какое поручение?

– Его хозяин, хозяин Хоске Антониоса, приказал убить Лусию.

– Значит, он сказал, что должен выполнить поручение мастера… Похоже все сходится… Значит, я правильно думал, дон Алехандро служит мастеру… И крест Сантьяго… Тогда я тем более не понимаю тебя. Где логика в тоих поступках, Ахмед? Зачем ты помог ему сбежать?!

– Он должен выполнить поручение мастера! Дон Алехандро вывел бы нас к мастеру, то есть убийце. А вы хотели знать его имя.

– И Коротышка, и лорд Воэн, и француженка служат мастеру. Почему именно дон Алехандро?

Ахмед молчал, то краснея, то бледнея под пристальным взглядом капитана. Наконец сказал:

– Это дело как-то связано с наследством Кордобы… Только Лусия Вернадес знает ответ.

– Это невозможно. Я не увижу ее больше.

– Но дон Алехандро убьет ее, и крест передаст мастеру!

– Ты слишком все усложняешь. Не обязательно кого-то убивать, чтобы передать крест Кордобы.

– Да, но Лусия Вернадес – единственная наследница Кордобы!

– Ты хочешь сказать, что тот, кто наследует Кордобу и крест Сантьяго, и будет хранителем мастера?! Значит, это дон Алехандро?

– Нет, дон Алехандро (я смотрел) только трефовый валет перед дамой пик.

– Опять твои бредни с картами!