Овидий. В зеркале судьбы. Злоключения Сальватора

***

Сальватор стоял у штурвала, с наслаждением вдыхая холодный, терпко-соленый воздух свободы. Его бригантина шла полным ходом, вобрав в белоснежные паруса крепкий, по-осеннему свежий ветер.

Ахмед, заметно постаревший после Сент-Джорджеса, Питер Дарк, разыскавший "Галатею" и передавший печальные вести о Фоксе, боцман, Рыжий Пес, малыш Стив и еще пара-тройка счастливчиков, кто выжил в суровых колониальных условиях Монтсеррата, теперь снова были вместе.

Пополнив на Тортуге запасы провианта, капитан взял курс на Мартинику. Его поход поддержали шкиперы флибустьерских кораблей с весьма романтичными названиями. Филипп Милдфилдс и Шарль Обер (капитаны "Розочки" и "Вихря") были давними врагами маркиза Шарля Мантенона, поэтому Сальватор и предложил им очередную, весьма увлекательную и прибыльную для них, авантюру… Это было безумием, но никто не сомневался в безумии Сальватора, а, точнее, в  безумной храбрости и упорстве Ястреба Смерти. 

Теперь «Вихрь» и «Розочка» шли полным ходом за «Галатеей» к Острову Цветов.

– Вы простудитесь, господин. Холодно же, – сказал Ахмед той интонацией, какая подобает разве что заботливым родителям по отношению к непослушным, но обожаемым детям. 

Вот уже три ночи Сальватор не спал, предпочитая находиться на шканцах и отдавать свое и без того израненное тело на растерзание ветрам. Кто бы мог подумать, что из хрупкого, изнеженного, как девушка, юноши через десяток-другой лет выйдет настоящий морской волк, точнее, морской ястреб?! 

– По-моему, ты должен быть сейчас в камбузе, – ответил Сальватор и его глаза вспыхнули, будто он прочёл неподобаюшие мысли Ахмеда. И все же накинул на плечи принесенный коком плащ.

– Вам надо выспаться, капитан. 

Боцман стал рядом с коком, также пристально рассматривая уставшее, но от того не менее выразительное лицо графа Монтегью. 

– И ты туда же, Джон?! Забудьте! Я не намерен продолжать эти игры! Я такой же, как вы, как Стив, как Питер... Я тот же...  К черту! И как мне надоела ваша опека!.. 

Стали падать мелкие, частые дождевые капли, грозившие тропическим ливнем. Резко ухудшилась видимость. В этой широте, в это время года нередко дули холодные сильные ветра, часто шли ливневые дожди и мало кто отваживался выходить в море, небеспричинно опасаясь штормов и кораблекрушения.

Но Сальватора невозможно переубедить, это знали все. Но также все знали и то, что дождь и туман – хорошие пособники морским ястребам, когда, минуя дозорных, нужно незаметно подойти к острову или вражескому форту.

Теперь стоя у штурвала, Сальватор улыбался, и в его глазах отражалась радужная, мельчайшая изморось…