Ожерелье для Дракона

Глава 12. Белая глина

– О чем вы говорите? – Я даже боялась представить о каком закрепе она говорила.

– После купания в водопаде нужно пройти через глиняную пещеру, – объяснила старушка. – Именно там твое тело обретет внутреннюю силу, обновится и станет таким, каким оно было прежде.

– Пошлите, – взяла я её за руку.

– Пошли, – хихикнула старушка и сделала шаг.

Я тоже сделала шаг и поняла, что у меня нет физический сил. И я бы рухнула на землю, если бы Вейрон не успел бы меня подхватить на руки.

За его спиной распахнулись крылья — огромные, чистые, сияющие словно свет утреннего солнца. Воздух вокруг нас загудел от их мощных взмахов, и, прежде чем я успела осознать, что происходит, он вознес нас в небо. Ветер пронзил мое лицо, но я чувствовала себя удивительно спокойно. Его руки были сильными и теплыми, а взгляд решительным, как будто он точно знал, куда нас несет.

Летел он недолго. Вскоре он осторожно опустил меня на мягкий песок у берега моря. Волны лениво набегали на камни, разбитые ракушки, их шепот смешивался с приглушенным рокотом прибоя.

Недалеко от нас виднелся темный грот. В воздухе витал соленый запах воды, насыщенный тонкой свежестью водорослей.

Его крылья медленно сложились за спиной, а он повернулся ко мне, его глаза блестели, наполненные чем-то недосказанным, но важным.

Он жестом предложил следовать за ним.

Да я бы с удовольствием. Но увы, руки и ноги были мне неподвластны.

Моего взгляда было достаточно, чтобы он меня понял.

Я вновь оказалась на его руках.

Я держалась за его шею, прижималась к его груди и чувствовала биение его сердца. Оно билось чаще обычного.

Мы направились к гроту. Его вход был окружен причудливыми каменными выступами, напоминавшими застывшие в движении волны. Несмотря на мрак, внутри светился нежный, едва заметный отблеск — странный призрачный свет, источника которого я никак не могла определить.

Шаги эхом отдавались в тишине. Грот становился всё шире, стены засверкали тысячами миниатюрных кристаллов, отражающих мерцание. Этот свет был живой, он пульсировал, дышал, обволакивая нас мягким, невесомым сиянием.

– Ты готова? — его голос наконец прозвучал, глубокий, спокойный, но в то же время заряженный силой, которую трудно было игнорировать. Мне показалось, что в вопросе звучал не столько запрос, сколько предостережение.

Я кивнула, хотя внутри меня всё перевернулось от волнения. Это "готова" звучало слишком многозначительно.

Он провел рукой вдоль каменной стены, и она, начала подниматься, открывая проход вглубь. Воздух стал заметно прохладнее, и необычный запах сырости и чего-то древнего окутал нас, погружая в странное состояние – почти как в полусон.

Мы вошли. Проход оказался не таким темным, как мне сперва показалось: кристаллы, вкрапленные в стены, теперь мерцали сильнее, словно откликаясь на наше присутствие. На мгновение мне даже пришла в голову мысль, что они не просто светят, а наблюдают за нами.

– Ты сама это сделаешь, или мне помочь?

– О чем ты? – растерялась я.

– Я о глине, а ты о чем?

И снова это бешенство во взгляде.

– Может, не надо, – простонала я, понимая, что сил намазать себя глиной у меня нет.

– Понятно, – вздохнул он. И было видно, как в нем борются какие-то противоречивые силы.

Он аккуратно стянул с меня мокрое платье, его руки двигались уверенно, но бережно. Затем, не торопясь, он взял белую глину, её прохладная текстура тут же коснулась моей кожи. Медленными, нежными движениями он начал натирать меня, словно стараясь вложить в каждый касающийся жест тепло и заботу.

Я с трудом сдержала стон – прикосновения оказались слишком чувственными, почти гипнотическими. Никто и никогда не обращался со мной так нежно, словно я была чем-то хрупким и бесценным.

Его пальцы скользили по моему телу, словно изучая каждый силуэт, каждую линию. Белая глина ложилась на кожу прохладным слоем, будто создавая тончайшую связь между нами. Его движения были плавными, заботливыми, и я чувствовала, как сердце начинает стучать быстрее, отражая напряжение и невысказанное желание.

Тишину прерывал только звук его дыхания, глубокого и размеренного, смешанного с моим затруднённым ритмом. Мой разум пытался дать объяснение происходящему, но тело, предавшись этому моменту, больше не нуждалось в словах.

Незаметно для себя, в какой-то момент я тихо застонала, этот звук вырвался помимо моей воли.

Он с тревогой посмотрел на меня.

– Тебе плохо? – спросил он осторожно, его голос был мягким, едва слышимым, словно он боялся нарушить атмосферу, но в то же время в нем звучала неподдельная забота.

Я покачала головой, слегка краснея от своей реакции, а затем выдохнула:

– Нет… просто… – я опустила взгляд, пытаясь найти правильные слова, но все, что мне удалось, – это шепот: – Ты заставляешь меня чувствовать… слишком многое.

Он чуть наклонил голову, будто пытаясь лучше рассмотреть мои эмоции, а уголки его губ дрогнули в слабой, почти нежной улыбке.