Ожерелье мёртвой ведьмы

Танец

— Ты вел себя так смело! — Шилла обвила шею Дарена руками и прижалась к нему. Легкий цветочный аромат с нотками свежескошенной травы напомнил об их первом свидании. Тогда она пахла точно так же. Но тогда он не мог и мечтать о подобной близости.

— Я сделал то, что был должен сделать, — парень не позволял себе лишнего. Он разместил свои ладони ровно на талии и не давал им опуститься ниже. Не дай бог еще что подумает!

Девушка смотрела на него с нежностью. Зелень ее глаз напомнила ему бескрайний простор окружавших деревню полей.

Дарен любил пройтись по окраине деревни и полюбоваться цветущим зеленым морем. Куда ни сунься — всюду царила красота. Но все же стоило признать, что самые большие и красивые цветы росли со стороны Вентора.

— Ты спас меня, и я считаю своим долгом тебя отблагодарить! — губы Шиллы приблизились к его губам, и они слились в прекрасном поцелуе, наполненном нежностью и любовью.

Даже если в голове Дарена и было место каким-то сомнениям, теперь они полностью испарились. Разве может человек, которому ты безразличен, так целовать?

Не может! Теперь уже точно никто не мог убедить его в обратном! И пусть их губы сошлись лишь на пару мгновений… И пусть их поцелуй был больше похож на нежность неопытных котят… Все это неважно! Он знал, что это любовь!

Тихая спокойная мелодия наполняла помещение клуба, создавала атмосферу романтики и чувственности. Хотелось прильнуть к нежном телу и танцевать с возлюбленной до конца жизни.

— Ты прекрасна! — и это лишь малая часть того, что Дарен хотел бы ей сказать. Ведь никакие слова не могли бы сейчас поведать ей весь спектр чувств, которые он испытывает к ней.

Шилла не ответила. Она лишь слегка отпрянула, словно стараясь показать всю свою красоту.

Дарен завороженно наблюдал, как переливаются ее шелковистые волосы, как сияют блики свечей на ее нежной коже. Он мог поспорить, что не было на свете никого красивее любимой.

Даже ведьмы, которым приписывалась неземная красота, и те наверняка уступали бы Шилле. Если бы дожили до этих дней.

— Я люблю тебя! — Дарен долго решался и наконец справился с волнением. Но в этот момент музыка ускорилась, и девушка пустилась в пляс.

«Слышала или нет? — теперь страшно было не только признаться, но и показаться глупыми. Ведь если она слышала, то повторяться не к чему. Или нет? — При случае повторю!»

Но случая пока не предоставлялось. Шилла танцевала так, что большинство присутствующих невольно отходили в сторону и становились зрителями.

Дарен последовал их примеру. Он не любил танцевать. Наверное, причина была в том, что он не умел. Но признаваться в этом не хотелось.

Отойдя в сторонку, он с удовольствием наблюдал, как его возлюбленная ставила в тупик лучших танцовщиц деревни. Как кружилась в прекрасном танце, завораживая присутствующих мужчин. Но принадлежала только ему!

Дарен знал, что Шилла родилась в Кронце. А в больших городах даже простые горожане учились танцам. Так девушкам было проще найти себе суженого — ведь в танце можно раскрыть всю свою страсть. А богатые мужчины предпочитают именно страсть всем прочим качествам. Особенно если в выборе женщины они непостоянны.

Сам же Дарен предпочитал душу. И за всей страстью танца Шиллы он видел также и ее лучшие качества.

— Отказала? — голос Кинта врезался в уши, словно гвоздь в стену.

— Да что ты прицепился-то? — но сейчас даже злиться не хотелось. Дарена переполняли любовь и восхищение. Ничто не могло их прогнать.

— Я видел, как вы танцевали… — Кинт положил другу на плечо руку и доброжелательно улыбнулся. — Это либо любовь, либо она слишком хитра…

— Значит, ты признаешь ее чувства? — от слов друга стало еще радостнее.

Дарен любил Кинта, как родного брата, и участившиеся в последнее время ссоры его печалили. Хотелось, чтобы их дружба неслась сквозь года неизменной. Но любовь все же казалась важнее.

— Я допускаю их, — Кинт еще раз похлопал его по плечу и отошел к Марте, которая ждала его в стороне.

Музыка вновь изменила ритм, и веселая игривая мелодия уступила место вальсу. Мужчины принялись приглашать своих дам, и Дарен старался не отставать от них.

Однако на этот раз он не успел. Гигант Рамит первым подошел к Шилле и предложил ей свою компанию.

— Прошу прощения, но она со мной… — на этот раз Дарен действовал не так уверенно. Рамит был потомственным кузнецом и с детства держал в руках молот. С таким опасно ввязываться в драку.

— Я думаю, что если ты уступишь мне один танец, хуже никому не станет, — гигант добродушно улыбнулся, но все же не оставалась сомнений: если не уступит, то кому-то точно будет плохо.

— Да, Дарен, уступи ему один танец, — присоединилась Шилла. — Рамит ведь тоже участвовал в моем спасении…

«И его ты тоже захочешь отблагодарить? — ревность новой волной захлестнула его. Вспомнились слова друга про любовь и хитрость. Но оснований делать выводы не было. — Нужно успокоиться… Это всего лишь танец…»

Решив ничего не говорить, Дарен снова отошел в сторону. Но на этот раз ему пришлось наблюдать не за своей возлюбленной, а за огромной машиной для разделки стали.