Ожерелье Сицилийской ночи

В переулке

В комнате сидели четверо. Отец Дамиано, Лоренцо Феррери, сидел за столом, собирая пазлы и параллельно держа в руках сигару.

— Синьор Феррери, вы же знаете, что я всегда вас уважала. Мы так долго были соседями, еще с того момента, как вы сами были мальчишкой. Этот ублюдок ужасно расправился с моей дочерью. У нее теперь нет будущего, просто нет. Врачи разводят руками, да и моральное состояние моего ребенка ужасное. Этот гад и его друзья издевались над ней восемь с половиной часов, а в конце плеснули ей в лицо кислотой. Я бы обратилась в полицию, но мне там отказывают. Я знаю, что вы в силах помочь. Если бы я не знала, что вы такой уважаемый человек, я — женщина была бы в полном отчаянии, нервно перебирая платье, вытирая слезы платком

— У меня есть деньги. Немного, но есть. Я хочу, чтобы эти ублюдки поплатились за все, что совершили.

— Виола, ты знаешь, мне нужны совсем другие деньги. Иногда я могу помочь по другой причине. Ты пришла в мой дом за моей помощью, и ты меня уважаешь, а это главное. Но не стоит кидать на стол деньги и ожидать, что все так просто решится, — глава семьи отпил виски и выжидающе посмотрел на Виолу.

— Я знаю о них немного, знаю, что они говорили что-то о том, что еще немного, и они будут держать весь город в своих руках. Знаю точно, что они работают на Бонелло.

В разговор вмешался Дарио, он был консильери Дона Феррери:

— Они точно действовали не по приказу семьи Бонелло. Видимо, хотят оторвать кусок побольше, возможно, начать действовать самостоятельно.

— Сукины дети, щенки. Да кто они такие? — Адриано Феррери, старший сын, будущий приемник, был несколько эмоционален и немного жесток в методах, но все же эти качества должны присутствовать у наследника.

— Сын мой, тише. Если они решили посягнуть на власть на моей территории, они получат по заслугам. Можешь в этом не сомневаться, иди.

После долгих благодарностей Виола удалилась. А семья Феррери стала рассуждать и решать, что же делать с этими обнаглевшими псами.

Дело было в 2005 году. Всегда есть определенное количество семей, которые делят власть. Так и здесь.

Давным-давно семья Феррери и Росси были в хороших отношениях. Друзьями их было не назвать, но и врагами тоже. Скажем так, они не вставляли палки друг другу в колеса, и если требовалось объединиться против кого-то, чтобы защитить территорию, они это делали. Их можно было назвать соседями; по крайней мере, их владения находились недалеко друг от друга.

Была и еще одна семья — Бонелло. И иногда они начинали свои игры против других. Во время таких конфликтов Росси и Феррери старались максимально объединиться, насколько это было возможно.

Так вот, Бонелло решил подставить главу одного из кланов. Он позвал на встречу главу клана Росси, отца Марко. Тот сел в машину, в которой сидел неизвестный мужчина (хоть они обычно не ходили одни, но этот раз был особенным; это была встреча на миллион, эдакая сделка века). В то время Бонелло косвенно сообщил отцу Дамиано, что в той машине будет сидеть один его давних должников. В конечном итоге машина отца Марко была взорвана и он погиб. Между семьями начались распри.

Отец Дамиано даже не успел ничего придумать, тем более уже предпринять на счет своего дебитора. Он не успел даже отдать приказ. Конечно же все винили Лоренцо, так как именно его крупный должник был в том автомобиле.

Они одногодки с Дамиано; на тот момент им обоим было по 15 лет. Марко остался один, теперь весь клан был на нем.

В один из дней, узнав, когда Лоренцо поедет в деловую поездку, человек проникает в особняк семьи Феррери и жестоко убивает маму на глазах братьев, но их не тронули.

Только когда он попытался задержать и нанести ответный удар наемнику, тот полоснул по Дамиано груди ножом, оставив шрам. Шрам, который будет напоминать ему об этом дне всю жизнь. Он долго в ту ночь лежал и плакал около бессердечно исколотого тела мамы. Отец не мог совершить ответную месть, потому что в это дело намеревалось подключиться все кланы. Это переходило рамки допустимого. Мотив был только у Марко Росси.

Разумеется, семьи начали мстить друг другу другими способами. Эти две семьи возненавидели друг друга. Территории, протекция, бизнес — все это выходило на новый уровень. Марко, хоть и был юн, но справлялся со всем.

Дамиано и Адриано росли и набирались опыта, но не могли забыть событий той страшной ночи. У них в голове не укладывалось, как отец так просто спустил этому сопляку все с рук?!

— Дети мои, я всегда учил вас быть справедливыми и честными. В этой ситуации вина лежит не на этих придурках, а на Франческо Бонелло, — сказал отец.

— Отец, если бы все были так справедливы, как ты, возможно, наша мать была бы сегодня жива, — не удержался и произнес Адриано.

— Моей вины в этом больше, — ответил он с грустью.

Они не часто поднимали эту тему, вернее, очень редко.

— Отец, что ты предлагаешь? — серьезно спросил Дамиано.

— Я хочу отправить ему подарок.

— Что? — в один голос произнесли братья.

Они посмотрели на отца с недоумением. Что могло послужить «подарком» для Бонелло, врага, который совершил незабываемое предательство? Отец не спешил с ответом, позволяя напряжению сгущаться в воздухе.

— Это будет что-то особенное, что напомнит ему о том, что он сделал, — сказал он, и в его голосе звучала решимость.

Братья переглянулись, осознавая, что их жизни вновь вступают в фазу борьбы и мести.

---

Тем временем Карина активно занималась на курсах, а после них ходила на подработку. Из-за того что она попала в среду, где не говорят на русском, ей было легче освоить итальянский. Работалось, правда, легко.

- Там за первым столиком, говорит, чтобы его обслуживала исключительно ты, - передал Фил Карине.

- Странный какой-то, - она пошла к столику. - Добрый вечер, меня зовут Карина, готовы сделать заказ?

- Да, можно мне, пожалуйста, канноли и кофе.

- Хорошо, ожидайте в течение 5-7 минут.