Ожидай странника в день бури

Глава 30

Рыцарь Сиург, держа лошадь под уздцы, неторопливым шагом прогуливался по заросшему вереском побережью. Ветер рвал его плащ, длинный меч задевал за ветви кустарника. Море было свинцовым, бурным. Хмурое небо назревало дождем. На берегу смолили несколько больших лодок. Густой черный дым щекотал ноздри лошади, она вздрагивала и упиралась.

К ночи ожидался шторм. Суровый климат вынуждал людей топить очаги и крепко запирать двери и ставни. Без особой надобности никто не пускался в путь, – побережье словно вымерло на много миль вокруг. Молодой человек почувствовал, как тяжело упали первые капли дождя, и повернул к дому.

Сильные порывы ветра гнули деревья у конюшни, старый слуга закрывал ворота. Работники, смолившие лодки, втащили их под навес и торопливо поднимались по склону.

– Поторопитесь, господин, вот-вот начнется буря!

Сиург отвел лошадь и не спеша зашагал к дому. После прогулки в теле ощущалась приятная истома.

Показалось? Или между стволов мелькнула чья-то тень? Рука рыцаря машинально легла на рукоятку меча. Кто бы это мог быть? Почему таится? Чужих здесь давно не видели...

Молодой человек бесшумно скользнул за ствол дерева и замер. Никого... Неужто ошибся? Он уже собрался идти, как ледяная рука медленно сжала сердце... Проклятье! Рыцарь снова затаился. Длинная серая тень скользила между кустов шиповника. Он напряг зрение: мужчина или женщина? Не разберешь. Начался дождь...

Чужой был в длинном плаще с низко опущенным капюшоном – монах, нищий? Ни тот ни другой прятаться не станут. Не затем они сюда шли по безлюдному побережью. Значит, лихой человек, намерения недобрые... Разглядеть лицо никак не удавалось – черты расплывались в пелене дождя, ускользали. Только раз, будто почуяв, что за ним наблюдают, человек в плаще повернулся и... пронзил холодом... Тоскливое предчувствие стеснило грудь рыцаря.

Он был не робкого десятка: подавил приступ тошнотворного страха и ринулся вперед, ломая кусты. В мгновение ока оказавшись на месте, где только что на него смотрел чужак, он схватился рукой за край плаща и... ощутил пустоту. Он лихорадочно огляделся – вокруг никого не было. Несколько деревьев, кусты – за ними не спрячешься...

Рыцарь Сиург вытер пот со лба. Предательская слабость в коленях не проходила. Он еще раз обошел все вокруг: кусты, деревья, конюшни.

– Идите в дом, господин, вы совсем промокли! – старый слуга складывал под навес остатки сена. – Дождь льет!

– Не видел ли ты здесь странника в плаще?

– Господь с вами! Погода-то не балует. Вон, тучи какие! А с бурей шутки плохи. Что вы, господин, кому тут быть? Тут же пустоши, и мышь не проскочит незамеченной. А уж человек...

Работник с сомнением посматривал на гостя. Видать, не совсем еще от болезни-то оправился. Мерещится ему всякое. Ну, да это дело понятное.

– Идите в дом, господин! Вас, небось, на обед ждут.

– Ты поглядывай. Если увидишь кого или что покажется, сразу сообщи мне.

– Конечно, господин. Только сейчас буря начнется. Кому в такую погоду быть-то? Букашки и те попрятались.

И правда, небо вдруг стало совершенно черным, ветер дул со страшной силой, ревел прибой, сверху сплошной стеной обрушился ливень. Рыцарь, изрядно промокший, еле успел закрыть за собой тяжелую дверь, как к ливню прибавился мокрый снег. Ну и погодка!

Он переоделся в сухую одежду и спустился в залу, где ярко горел огонь. Стол уже был накрыт к обеду. Крепко зажаренное мясо, пироги с медом, горячее красное вино – все слегка дымилось и распространяло чудесные запахи.

Занавеси на окнах опущены, прочные ставни закрыты, – слышно было, как ветер швырял в них снегом и дождем, как бесновалась и ревела снаружи непогода. Молодой человек сел лицом к огню, – стакан горячего вина не согрел его. Озноб не унимался.

Тинния вошла быстрым шагом, села.

– Ты чем-то встревожена?

Она кивнула.

– Я плохо спала ночью... Решила немного прилечь, и напрасно. Вроде нет повода, а гложет что-то...

– Я ходил гулять по побережью...

– Под дождем?

– Дождя еще не было. Налить тебе вина? – он привстал и наполнил ее бокал горячим напитком, потом налил и себе. – Никак не могу согреться.

– Не надо было ходить. Этот ветер с моря продувает насквозь.

– Мне не было холодно. Но... я должен рассказать тебе об одном странном человеке... в плаще. Я уже возвращался домой, когда увидел его, прячущимся в кустах. Ни на монаха, ни на паломника он не похож. Те не стали бы скрываться. Да и повадка явно не та. Злой человек.

– Что? – Глаза Тиннии широко раскрылись. – Какой-то человек у нас, здесь?

– Не знаю. Я хотел проследить за ним, а он, видимо, заметил. И так на меня посмотрел... что мне жутко стало. У него как будто нет лица. Капюшон – и все.

Сиург, как все по-настоящему храбрые люди, свободно признавался, что есть вещи, которые вызывают у него страх. Но он никогда не давал страху взять верх над ним.