Ожившие легенды

Пролог

В начале не было ничего, кроме Хаоса - бездны, где ни свет, ни тьма не имели названия, где ни время, ни пространство не держали форму. Хаос дышал, и из его дыхания родились первые Боги - Гея и Уран.

Но истинная магия произошла не от Богов. То была искра из глаз Хаоса, когда он впервые узрел себя. Та искра упала в расщелину между мирами и раскололась на четыре части: Огонь, Воду, Воздух и Землю. И каждая из этих частей нашла себе жилище: Огонь - в сердце Гефеста, Вода - в глубинах души Посейдона, Земля - в теле Геи, Воздух - в дыхании Ауры. Так магия стала стихией, и пока она текла по пространству - Боги творили, титаны правили, а люди произносили молитвы.

В день, когда Боги низвергли титанов в Тартар, Гефест выковал из обломков молний Зевса первый Эфир - камень, способный соединять и усиливать все четыре стихии. Но камень был не совершенным - он треснул при первом ударе молота, и из трещины вырвался стон, который услышали Мойры - Богини судьбы.

Клото, прядущая нити жизни - замерла. Лахесис, отмеряющая срок - выронила веретено. Атропос, неумолимая - закрыла глаза и произнесла:

Слушайте, Боги, ибо это необратимо:
Магия, что родилась из Хаоса, вернется в Хаос.
Четыре стихии сольются в одну,
И ни титанам, ни смертным не дано разорвать их узы.
Дитя истинных стихий, рожденное по зову крови,
Не будет ни Богом, ни смертным.
Он станет мостом между мирами,
И мостом, ведущим к их гибели.
Ибо когда дитя познает любовь, оно засияет ярче всех солнц,
Но когда дитя познает боль - привычный мир погаснет
И всякая магия погаснет вместе с ним.
Хаос поглотит то, что было его искрой.
И мир останется без колдовства, без пророчеств, без чудес -
Только смертные и их рукотворные чудеса.
Так было в начале, так будет и в конце.

Гефест разбил камень Эфира на тысячу осколков и рассыпал их по земле, чтобы уничтожить пророчество, на что Мойры лишь усмехнулись: "От судьбы не уйдешь".

Спустя тысячелетия предсказанное было забыто. Наследники стихий рождались и умирали, иногда не подозревая о своих способностях. Но когда истинные стихии наконец пробудились, осколки искр Хаоса вновь затрепетали. Очнулись титаны, заточенные в Тартаре. Они вспомнили, что магия - это их кровь, и захотели вернуть ее обратно. Началась Великая Война - горы рушились, моря выходили из берегов, вулканы оживали, небо пылало, а ветра становились копьями.

Боги сражались на стороне людей, ибо осознали - что если титаны поглотят магию - Олимп падет.
Когда предсказанное дитя родится, пророчество войдет в последнюю фазу. Однако ребенок не будет оружием, он запечатает магию внутри себя.

В день, когда последняя искра магии погаснет, Хаос проснется. Ни в гневе, ни в радости - он просто вспомнит, что когда-то подарил искру, и теперь должен забрать ее осколки обратно. Мир станет обычным - останутся только люди, их любовь, их ненависть, их пороки и их деяния. Боги удалятся в недосягаемые чертоги, где нет ни времени, ни пространства. А о магии будет напоминать лишь сон, в котором можно летать, старые легенды, в которых лишь малая часть истины, и узоры на камнях, которые помнят все. Мойры разорвут свои нити и уснут, ибо когда нет судьбы, сотканной из магии, нет и нужды в пряхах.

***

- Мамочка, мне приснился плохой сон! - детское хныканье заполняло пространство родительской спальни.
- Милая, что стряслось? - мгновенно отреагировала мать на плач.
- Мне приснилось, как девочка поднялась в воздухе, растопырила руки - и все пропало. И я не могла ей помочь... - слезы катились по пухлой детской щечке, но девочка уверенно передавала картинку. - А еще там все горело, было много людей, все кричали, плакали... И кто-то постоянно шептал...
- Кто шептал? - уточнила мать аккуратно.
- Я не знаю! Но я слышала этот шепот снова и снова. Он говорил мне убить! - девочка разрыдалась.
- Убить? Но кого, детка? - женщина уже не верила, что это обычный кошмар, навеянный детской впечатлительностью.
- Он приказывал мне убить, иначе вся магия исчезнет...

Мать не сомкнула глаз в ту ночь. Если ребенка она смогла успокоить, то сама не на шутку испугалась. В их семье была легенда, которая передавалась из уст в уста, однако женщина с малых лет была уверена, что это всего лишь семейная сказка, которая не имеет под собой никакой почвы. Но этой ночью, кажется, легенды начали оживать...