Падал лондонский дождь

Глава 8. Семейный совет

Катрин, проснувшись раньше всех, оделась и вышла из комнаты. В коридоре было темно и тихо. Приблизившись к двери, на которой висела табличка с инициалами A. S., девушка постучала. За дверью царила тишина. Немного постояв, Катрин, нервно подёргивая подол платья, вернулась в свою комнату, где, едва закрыв дверь, увидела Абрахама, сидевшего за столом.

— Что ты тут делаешь? Как ты сюда попал? — удивлённо спросила она.

— Хотел поговорить с тобой о семейном совете. Как новый член семьи ты должна на нём присутствовать, поэтому я пришёл объяснить, что к чему.

— В следующий раз, перед тем как появиться у меня в комнате, предупреждай.

— Хорошо, — ответил Абрахам. — Совет состоится сегодня вечером, на нём мы будем обсуждать планы по развитию театра и не только. Там будут лишь члены моей… нашей семьи, поэтому можешь не беспокоиться особо о внешнем виде.

— Хорошо, Абрахам, я приду.

Сьют встал, взял трость и, прихрамывая, направился к двери. Судя по шагам на первом этаже, уже проснулся Джон, Катрин не хотела попадаться ему на глаза, поэтому решила прогуляться по городу.

Быстро одевшись в лёгкое розовое платье, она, поприветствовав Джона, вышла из дому и пошла по каменистой дороге. Тишина на улице объяснялась тем, что прохожих почти не было. Серое небо затянули тучи, и от этого и без того мрачные дома теперь казались ещё мрачнее.

Вдруг навстречу ей вышел Брэд Митчелл и, поздоровавшись, спросил:

— Вы не знаете, где Абрахам?

— Как и обычно, в театре, — ответила Катрин. — А что вам от него нужно?

— Боюсь, у меня для него плохая новость: он избил двух человек рядом с театром и вчера напал на сына священника. Ему грозит тюремное заключение, — сказал Митчелл.

— Откуда вам известно про всё это? — Катрин встревоженно смотрела на него.

— Я — судья, это моя работа. Он — мой друг, потому я и обязан его предупредить.

— Ну… я могу ему сказать об этом сегодня вечером. А вы не могли бы помочь? — спросила Катрин.

— Боюсь, что нет. Вечером будет поздно — за ним уже выслали отряд, — ответил судья.

— Но… у нас скоро должна быть свадьба! — огорчённо произнесла Катрин.

— Будете праздновать спустя минимум два с половиной года. Извините, но мне пора. — Брэд развернулся и зашагал в сторону театра.

Девушка, опустившись на скамью, заплакала. Мимо проехала полицейская машина.

                                   *                                                *                                               *

Примерно через два часа Катрин вошла в театр, но не успела увидеть, как Абрахама вывели из здания и, перед тем избив дубинками, посадили в машину и увезли.

За столом сидел Джон. Не отрываясь он смотрел на огонь в камине. Дженнифер стояла в стороне, скрестив руки на груди.

— Итак, двух братьев мы потеряли на войне, одного теперь забрали по твоей вине, — Джон вскочил на ноги и смахнул со стола посуду. — Это из-за тебя Абрахам попал в беду, из-за тебя избил того чёртового русского и главу итальянской мафии! Собирай свои вещи и уезжай куда-нибудь подальше из Лондона и от нашей семьи.

Дженнифер подошла к Катрин и, взяв её за руку, увела на второй этаж.

— Послушай, тебе и вправду лучше уехать из Лондона, если не Джон, то твои… враги точно представляют для тебя опасность. Можешь поговорить с Брэдом, он поможет тебе с переездом. Прощай!

                                       *                                         *                                       *

Тем временем Абрахам сидел в камере и слушал, как охранник оскорбляет его. 

— Ну и урод же ты, парень! Ещё и директор театра! Не на того напал, да? Тут к тебе друг, повеселись с ним хорошенько.

В камеру зашёл высокий широкоплечий итальянец. Сьют встал, но его сразу же ударили ногой в живот, отчего он согнулся и упал на колени. Ещё один удар пришёлся в лицо, и после этого он уже не смог встать.

Внезапно в голове опять возник шум, Абрахам вскочил и набросился на итальянца.

«Убей его…» — закричал голос в голове.

Удар за ударом наносил он по ненавистному лицу и успокоился только тогда, когда противник перестал двигаться.

В камеру вбежало пятеро полицейских. Они тут же оглушили Абрахама градом ударов дубинками по голове.