Падал лондонский дождь

Глава 37. Смерть «братства».

Целый день Джон таил обиду на жену и не разговаривал с ней. Сьюзан тоже не хотела извиняться и часами болтала то с Абрахамом, то с Катрин.

В итоге старший брат рассердился и поехал проветриться по окраинам Бирмингема. Он сел в авто, включил двигатель, проверил револьвер и отправился в путь.

Сьюзан, увидев это, расстроилась:

— Ну почему он такой? Наверное, мне нужно извиниться. Это ведь моя вина.

— Не бери в голову, он успокоится. Абрахам тоже иногда заводится, но быстро берёт себя в руки, — Катрин улыбнулась.

Сьют же, посидев немного с девушками, решил выйти покурить. На крыльце лежал букет белых роз с запиской:

"Для Белого Ангела. Я тебя помню, любимая! Будь счастлива и помирись с братом!

                                                                                        С любовью, твой преданный муж Фрэнк"

Абрахама передёрнуло.

— Что за чёрт? Кто это написал? — он взял букет в руки и пошёл в лес.

Пройдя чуть-чуть в глубь чащи, остановился и громко спросил:

— Брат, ты здесь?

— …есь... — раздался тихий голос, — …од… ами…

— Под ногами? Что под ногами? — Сьют посмотрел вниз и заметил плоский чёрный камень.

Сначала ему показалось, что он увидел надпись на нём:

Сьюзан Мари Сьют (Тейлор) (1900—1936)

Надпись тут же пропала, и он протёр глаза.

— Что это было? — удивился Абрахам.

— …вда… — невнятное бормотание доносилось откуда-то из кустов.

— Чёрт! Прости, что побеспокоил. Спи спокойно, брат. — Сьют пошёл по направлению к дому.

                                                  *                              *                              *

Джон проезжал мимо заброшенного старого дома, когда увидел высокий силуэт в плаще и цилиндре. Он медленно шёл вдоль обочины. Автомобиль остановился, и Джон, достав револьвер, вышел из него.

— Эй, стой, где стоишь, тварь! — крикнул он. — Ты хотел убить мою жену и моего ребёнка. Но я убью тебя!

Мужчина обернулся, и Джон узнал Боба. Лицо его было чистым, без изъянов, если не считать огромного шрама, рассекающего левую щёку.

— Брат! Рад тебя видеть! Как там Сьюзан? — проревел он в ответ.

Старший Сьют не выдержал и… выстрелил в него три раза. Боб покачнулся и упал не издав ни звука.

— Что ты наделал, брат? Я ведь… спас Ангела и твоего сына! За что? — прошептал Боб.

С глаз Джона спала пелена гнева, и на смену пришло отчаяние. Он кинулся к брату, упал на колени рядом с ним и поднял его голову.

— Прости, слышишь, прости…

— Не за что прощать! — сказал Боб голосом Фрэнка и закрыл глаза.

— Господи… Надо уезжать скорее, пока никто не увидел. — Джон быстро сел в авто и поехал домой.

                                                  *                              *                              *

Было уже довольно поздно, а Джон так и не приехал домой. Абрахам сидел в кресле и смотрел на букет белых роз, лежавший на столе. Букет оплетала странная и подозрительно знакомая лента.

— Стоп, это как же? Такими лентами же оплетают венки на могилах, — Сьют повернул голову и посмотрел на Сьюзан, весело щебетавшую с Катрин.

Девушка смущённо улыбнулась и продолжила болтать.

«Ничего не понимаю. Что всё это значит? Нужно будет сказать Джону об этом», — думал Абрахам.

Внезапно раздался стук в дверь, и Катрин побежала открывать. В комнату зашёл старший брат. Его одежда была в крови. Он сел на диван и нервно закурил.

— Что случилось? Господи, милый, с тобой всё в порядке? — Сьюзан, подбежав к Джону, обняла его.

— Я… я убил нашего брата. Боб мёртв. Абрахам опустил голову и громко вздохнул.

— Получается, нас осталось двое?

Это был риторический вопрос.

— Один, — Джон заплакал и начал подниматься по лестнице на второй этаж.

— Сьюзан, иди с ним! Забери у него револьвер! — Сьют побежал вслед за братом.

                                                  *                              *                              *

Боб встал, отряхиваясь от грязи вперемешку с кровью. Из-под плаща выпала стальная пластина с пулевым отверстием.

«Ну, одна — не три всё-таки. Нужно идти, тут недалеко, немного осталось».

Он медленно подходил к большому двухэтажному дому, прикрытому густыми зарослями.

— Берегись, Смит, я близко, — пробормотал он и начал напевать свою любимую мелодию.

Рядом с домом стояли два парня в приличной одежде с деревянными крестами на груди.

— Ты слышал, кто-то пе… — один из них не успел договорить.

Убийца нанёс точный удар в шею стилетом. Второй попытался скрыться, но тут же упал с ножом между лопаток.

— Вы все здесь сдохнете! Гидра заберёт вас!