Падение Преисподней Шеагральминни

Эпилог.

Больше Корть ничего не говорил, с головой уйдя в собственные размышления. Мы покинули хранилище через прежний проход все вместе. По пути все мы тоже о многом думали, и особенно грустно выглядел Кози. Он всегда много думал, и это было, скажем, его проклятьем. Конечно, никто никого и ни в чем не винил, хотя некоторые вопросы ко мне у моих друзей оставались. Тем не менее, тогда никто их еще не озвучивал. Нас вел лично Мерсер, и с ним мы покинули подземелья, и ушли через те самые пресловутые южные ворота. Никто не вставал у нас на пути, а у самого выхода нас встретили люди Мерсера. Дав все необходимые указания им, он, также, дал распоряжения о дальнейших действиях нам, сам желая, для начала, остановиться в Поместье Бога Людей неподалеку. Поскольку произошедшее с Кортем, хоть и с натяжкой, можно было назвать праздником, в первую очередь он предложил нам всем, дружно, посетить специально подготовленное для праздников заведение. Снаружи тюрьмы в то время уже наступила ночь, и мы почти не могли разглядеть в ее тьме ничего вокруг, до чего бы не догадались и так сами. Конечно, следы битвы были и здесь, ведь бежавших из Шеагральминни заключенных убивали специально подготовленные для этого отряды регулярной армии. Мы добрались до того самого, указанного Мерсером заведения без каких-либо проблем, уже достаточно разговорившись по пути. Внутри заведения (таверны), за литрами горячительных напитков, которыми мы все теперь пытались немного заглушить мысли, ожил даже Кози, начав вдруг рассказывать истории о том, сколь невероятна была способность Кортя обращать Красное Пламя в материю. На самом деле, это правда было удивительно, ведь материальный мир состоял из Красного Пламени в его гармонийном виде, но во всем мире только Корть мог его так преобразовывать. На такое не был способен даже лично надзиратель Красного Пламени, Клинок Власти Римро.

Филони покинула нас примерно там же, ни разу не прикоснувшись к напиткам. Мы не удерживали ее, лишь напомнив, что, найдя сестру, ей нужно будет встретить всех нас в городе Ренбире. В ходе некоторой беседы о некромантии Литого Рыцаря, и почему ее особенность позорила честь таких как я «настоящих некромантов», было замечено, что Кози уже не способен воспринимать информацию, от алкоголя сам тогда не отличимый от нежити. За ту ночь мы встретили немало людей, также вышедших из Шеагральминни, теперь именовавших себя «выжившие Шеагральминни», что едва не приравнивалась к военным званиям и титулу великих героев. Более их дела нас не касались, и мы просто вместе, все уже веселые, наслаждались уходящей ночью.

Наутро, когда Кози принял хотя бы более или менее человеческий вид, вместе мы отправились напрямую в Ренбир, до куда планировали добраться как раз чуть позже Филони и Термисорры. Дошли мы тихо и спокойно, хотя и в небольшом напряжении. Тогда мы еще сами не понимали, чем оно могло быть вызвано, и было оно будто подсознательным. Мы узнали об этом почти сразу, когда у ворот Ренбира нас встретил Бог Грома Серпион. С ним мы прошли в Великую Ренбирскую Библиотеку, в сотни раз большую чем библиотека Шеагральминни, и выслушали его историю о случившемся в мире недавно – о уничтожении Думой и Гелларом имения рода Кацер и всего их города. По его словам, имение и город сгорели Красным Пламенем Геллара, а Дума лично убил последних представителей их рода кроме трех детей – Соккона, Френтоса и Таргота. Это звучало особенно ужасно, ведь мы предполагали подобное, но совершенно в другом виде. Кацеры были единственной на тот момент живой семьей археев имтердов, присягнувших на верность людям. Они были потомками Бетоуэта Кацеры и Ширавы, некогда их Верховного Властителя. Затем – потомками рода, продолженного их детьми, Имперой и Лироем.

А что, спросите вы, произошло с группой командира центральной части Шеагральминни? Ходили слухи, что их группа распалась уже на выходе из тюрьмы, и некоторые ее члены отдельно ушли кто по тавернам, кто-то вернулся домой, а кто-то просто исчез. Верный своему личному кодексу чести старый вояка Шенк, бывший капитан второго отряда центральной части, начал новую жизнь, затем переехав в заново отстроенную, пусть и уже не такую великую Кацеру. Захватил он с собой и своего старого друга Мосса, с которым, на самом деле, крепко дружил, только часто раскидываясь дружескими шутками, часто грубыми, но совершенно безобидными. Лирой пропал почти сразу в тот же день, и еще два года никто не знал, что с ним произошло, хотя многие сильные мира сего и пытались это узнать. Мир, со своими Проклятьями, по-прежнему надежно хранил свои тайны.

Термисорра ушла в сторону своего прежнего дома, и переждала ночь там. Именно там ее нашла Филони, и, наконец воссоединившись, пообещав друг другу дождаться Кортя вместе с нами, их новыми друзьями, они отправились в путь к Ренбиру. Они выбрали довольно странный маршрут, прямо через Кацеру, который им подсказал по пути встреченный ими седовласый старец. Он же указал им дорогу, и своим собственным маршрутом провел их туда. Не могу даже представить, какой ужас они испытали, когда он, Негласный Правитель, махнув рукой, покрыл весь мир вокруг них непроглядной тьмой, в которой так внезапно стало одновременно холодно и жарко, а перед ними предстала картина ужасного пожара. Они узрели ту же картину, что и та, что разделила их раньше в Дельсберге, и с головой поглотил вид горящих Синей Искрой глаз объятого Черным Пламенем Думы. Преследователь Думы, наш Бог Душ Ультра, успел вмешаться в тот кошмар, и спас Филони. Но Термисорры с ними больше не было.

Филони пришла в город чуть позже, под руку с девочкой, которую называла теперь сестрой. Этой девочкой была Лилика Кацера, выжившая в том пожаре не иначе как чудом, но отделившаяся от трех выживших братьев. Ситуация с Термисоррой еще долго оставалась неизвестна, и Дума вряд ли правда убил бы ее по приказу Правителя Бездны, ведь ему не было от этого совершенно никакой пользы. Как и всегда, их планы были слишком хорошо от нас скрыты, и мы до сих пор многого в них не понимали. По словам Кортя, Дума отрубил ему голову, и он восстановил ее из Красного Пламени. Но, ведь, затем оказалось, что он не обладал способностью воскресать? Возможно, ответы на некоторые вопросы теперь вам придется искать самим, и не в моих работах. Но одно я могу сказать наверняка – Корть никогда не нарушал данное однажды слово, и судьба снова столкнет их с Термисоррой. Сколько бы времени не прошло, и как бы они не встретились потом – они все равно будут вместе.