Падение Роддарма

Глава 8 – «Там, где тьма»

Падение Роддарма

Глава 8 – «Там, где тьма»

Гомин Уотос, Тер−Координатор Первого Круга.
Северный Роддарм, станция метрополитена «Днерская».

− Не надо быть идиотом, чтобы понять, это не уникальный случай. – офицер Друриоп прохаживался туда-сюда вдоль уложенных друг на друге к гермоворотам станции пакетам с телами внутри. Помимо людей было здесь и тело Жиза, накрытое куском полиэтилена. Оно лежало в самом углу. Сквозь полупрозрачный кусок ткани были видны очертания особи, но ничего необычного. Разве что по габаритам тварь уступала другим взрослым Жизам, но, если судить по столкновению трёхдневной давности, была гораздо опаснее.

− Если это так − нам, вероятно, конец. Мы не дойдём до комплекса, встреться нам в коллекторах ещё один. И дело не в поведении твари, а устойчивости. – прервал недолгое молчание гвардеец. – Двести погибших, три сотни раненых... Это только от Жиза.

− Они не успели среагировать. А затем, да…

Первые два дня, проваливаясь в длительный сон нужный для восстановления после сотрясения мозга, подсознание Гомина раз за разом прокручивало в его голове картинки минувшей катастрофы.

Когда Следящий Грэк подобрал нужный пароль и гермоворота поползли вбок, открывая проход в станцию, ворваться успели все. Ещё перед тем как попасть внутрь Гомин вдруг понял, что слепящая глаза вспышка света остановила лишь трёх из четырёх Жизов, спускающихся к ним по эскалатору. Ворота, конечно, закрылись, но прежде через щель протиснулся Жиз.

Тварь даже не обратила на них внимания, она рванула вперёд по коридору вглубь станции. Не остановили её и те несколько выстрелов, сделанные испуганным гвардейцем в спину существу. В то время, пока все с облегчением понимали, что смерть чудом обошла их стороной, Жиз уже разрывал на части безоружных гражданских. В станцию метро набилось не меньше трёх тысяч человек.

Давка была ужасная. Люди бежали в узкие тоннели, не обращая внимания на тех, кто упал: многих раздавили. Они набивались в вагоны остановленных поездов сотнями, и те – кто оказывался в центре, задыхались от давления. Что до небольшой группы правоохранителей, так пост полиции в метро состоял из пяти человек. Бушующая толпа ворвалась к ним, рассчитывая скрыться от Жиза и вооружиться. Люди пытались отобрать оружие, что привело к стрельбе полиции по гражданским. Молодые гвардейцы восприняли всё как бунт, не успев осознать о происходящем снаружи помещения. Вот только страх получить пулю затмевал перед Жизами – полицейских смели и буквально разорвали на части. Всё это за несколько минут, пока Гомин и остальные осознавали, что происходит, а затем пытались расстрелять тварь. Жиз скакал между колоннами станции и раскидывал в стороны людей, но всё равно большинство погибло из-за давки. Изувеченные тела, кровь, стонущие от боли люди с множественными переломами. Мозг будто сфотографировал эту картину и всякий раз показывал мужчине.

 Долго перед глазами офицера пылало свернувшееся калачиком женское тело, закрывающее собой ребёнка, ещё совсем дитя. Оказавшись прижатой к полу паникующей толпой, мать пыталась спасти его, закрыв своим телом. До последнего. Женщину раздавили, а ребёнок – хоть и остался жив, спасти не удалось. И кто в этом виноват? Если бы Следящий не успел подобрать нужный пароль… Жиз не прошёл внутрь, сотни людей остались бы целы.

 Несколько жизней взамен сотен разрушенных семей. И плевать, что многие из погибших оставили за собой пустоту, а некоторые принесли лишь разлад в культуру и развитие общества Территории путём поддержки «современных» идей. Женщина, хоть Гомин её и не знал, была не из таких. Он это чувствовал.

Или девочка, ещё подросток. Шея неестественно вывернута, а над телом склонилась уже немолодая пара. Родители. Отец – седовласый мужчина, пытается успокоить жену, сам не удерживая слёзы. Вопль горя сотрясает стены метрополитена. Чуть дальше противоположный случай, где мальчик лет двенадцати трясёт тело мужчины, отца. Глаза его открыты, но в них уже нет искры жизни. Грудь его исполосована когтями Жиза. Доносится лишь всхлипывающее «Папа., папа, скажи что-нибудь..., папа.»

«Ведь не спас. Не защитил, не закрыл собой.» − так размышлял Координатор. И хотя нельзя назвать полностью виновным человека, который даже не брал в счёт, не думал о подобном повороте событий. И хотя офицер, как и остальные члены группы пытались спасти себя, для Координатора это не являлось оправданием, − Гомин принял на себя всю ношу. Груз, который предназначался совсем не для него, попросту раздавил мужчину. А ведь это было только начало.
 

Порой бутылочка вина во время депрессии или горя может вместо помощи привести к ещё большим проблемам. Например, длительному запою. В случае с Гомином – ему хватило пятидесяти грамм крепкого пойла чтобы решиться на новые пятьдесят, а там уже и всю бутылку. Мужчина знал, что у него проблемы с алкоголем, и избегал любых влияющих на сознание веществ. Кроме, разве что, никотина. От него отказаться гораздо сложнее. Внутренние границы в подобной обстановке дали сбой, что и привело к серьёзному срыву.

Что до никотина, так дело тут не в самой зависимости, а окружении больного – ведь курить социально приемлемо, как и, например, играть в компьютерные игры. Собственно, частое употребление алкоголя и лёгких наркотиков (хоть те и были запрещены) в Территории уже давно стало аналогично нормальным делом, а во многих кругах даже поощряемым. Среди тех же офисных клерков или работяг, но только не военных, спасательных структур и некоторых других слоёв общества. Хотя в аптечке Паладинов присутствовали наркотические стимуляторы, дело это было под строжайшим контролем.

Когда группа разобралась с тварью −  тех гражданских, что не скрылись в тоннелях, обязали разобрать тела и оказать первую помощь пострадавшим. Никто не возражал, тогда все видели в появившихся гвардейцах и офицерах спасителей. Раненых распределили по вагонам и те, кто был готов и способен, занялись оказанием первой помощи. С трупами дело обстояло сложнее, многие отказывались выносить в коридор к гермоворотам тела, другие – родственники погибших, просто не отдавали своих. Люди начали отказываться выполнять указания и выстраивать логическую цепочку появления в метрополитене твари. Порядком уставшие, истощённые и подавленные военные не имели никакого желания гнать гражданских. Хотят сидеть в окружении гниющих тел – их дело. Так, по крайней мере, рассуждали гвардейцы.

Очистив пост полиции и изъяв оружие у людей, офицеры заперлись внутри. Оружие собрать всё не удалось, кто-то припрятал пару стволов себе. Здесь же, внутри комнаты, оказалось несколько нетронутых бутылок с алкоголем и пачек с съестным в буфете. Всё, что требовалось группе, это день на реанимацию раненых и разработку плана. Следящий Грэк занялся ранеными, а остальные расположились на отдых. Но судьба приготовила эти двадцать четыре часа для других свершений.

После пары шотов крепкого для Гомина всё стало как в тумане. Офицер помнил лишь, как откинувшись на диванчик в помещение полиции метрополитена, он слышал возмущённый гул толпы. Раздавалось разное, что-то вроде «Это ваша вина!», «Ублюдки!» , «Моя дочь погибла!» и даже «Выходите, твари! Убить их!». Затем выстрелы, много выстрелов. И новые крики. Территориальный Координатор же не обращал никакого внимания на носившихся по комнате гвардейцев, крики «Шкаф к двери, и это тоже! Быстрее!», «Координатор, сэр!», а после громкое: «Оставь его, он не в состоянии!». Офицер продолжал вливать в себя алкоголь.

О том, как к ним в комнату ворвалась толпа, вооружённая кусками арматуры и пистолетами, Территориальный Координатор уже почти не помнил. Лишь некоторые туманные отрывки: вот дверь вместе с баррикадами снесли в сторону, и в пост полиции вбегают всё новые лица. Офицера затащили за диван, а внутри не прекращался гром из оглушающих автоматных очередей. Затем мужчина уже самолично расстреливает в дверной проём магазин из табельного пистолета. Пули летят поверх стонущих людей на полу у входа и вгрызаются в толпу. Это был только первый приступ их крепости.

 Через двадцать четыре часа память Координатора пополнилась картиной с новыми телами – изрешечёнными пулями самого разного калибра. Трупы лежали друг на друге вокруг колонн станции. Досталось и Друриопу с гвардейцем: они получил ранения в ноги, стреляли из не изъятого оружия. Ещё одного гвардейца убили. Пустой магазин в табельном пистолете офицера и меч, с засохшей на лезвии кровью дали понять, что натворил Координатор в состоянии опьянения. Вместе с тем пол в комнате охраны был окрашен в красный цвет, дверь выбита, а станция метрополитена опустела от людей на половину. От живых людей.

− Через несколько часов, как мы закрылись, кто-то из местных попытался узнать, как сюда попал Жиз. Полиция, пока нас тут не было, хорошо сработала. Они собрали на станции службу правопорядка из добровольцев и пересчитали людей, в общем… Все скоро поняли, что мы сюда пришли. Кто-то из местных сказал, что мы привели эту тварь с собой. Они решили устроить самосуд. Старший сержант Егертрау пытался с ними поговорить, но его расстреляли. Затем начался штурм. – рассказывал Гомину Следящий Грэк, после того как мужчина пришёл в себя.

Патроны после боёв с гражданскими были на исходе – осталось лишь два боекомплекта на пистолеты и полный магазин для штурмовой винтовки. Станции связи в метрополитене не было, а связаться с поверхностью при помощи слабеньких личных коммуникаторов не представлялось возможным. Медикаменты для раненых закончились. Гомин, после двух литров крепкого алкоголя, страдал от головных болей. Дело было не только в похмелье, но и том, что пить алкоголь после сотрясения мозга нельзя. Поэтому похмелье было помножено на боль от черепно-мозговой.

Тогда стало очевидным, что эвакуация в жилой комплекс невозможна. Раненые по-прежнему в тяжёлом состоянии, водитель – что во время аварии сломал рёбра, из-за побега от Жизов получил осложнения в виде разрыва лёгких. Вдобавок к внутреннему кровотечению и кашлю с кровью, он буквально задыхался. Перелом руки у одного из гвардейцев, пулевое ранение в ногу у Друриопа и младшего сержанта, головные боли из-за травм мозга.

С одной стороны, группе требовалось срочно добраться до Жилого Комплекса и положить раненых в лазарет, но переносить их было некому. Гражданские попрятались по тоннелям и вагонам с ранеными, все боялись приближаться к посту охраны. Заручиться поддержкой после расстрела нескольких сотен человек невозможно, а объяснить – что? То, что они сами напали?

Аналогично невозможности эвакуироваться, группа не могла находиться на станции дольше. Сколько времени пройдёт, прежде чем оставшиеся решатся разорвать на части военных? Риск был. Еды на станции практически не осталось, а подача электричества с электростанций могла прекратиться в любой момент. Тогда прекратят свою работу насосы, и метро затопит. Помимо этого – Жизы, твари определённо уже проникли в подземку и дойти до «Днерской» для них вопрос времени. День, может два.

Два дня. Столько времени выделили на подготовку плана и лечение. Лечением это было назвать трудно, скорее перевязку ранений и сон. Все ждали смерти раненых, или улучшения их состояния. Из поста охраны всё это время старались не выходить, да и не было нужды. Еда, в виде нескольких пачек с сухарями, пары круассанов и конфет закончилась за один приём. Приходилось набивать желудок водой.


Проснувшись поздней ночью – об этом свидетельствовали часы, Координатор не сразу осознал, что между Друриопом и офицером Велрасом, ранее никак не проявлявшим себя, разгорался горячий спор. Голова у Гомина всё ещё ужасно болела, глаза резал яркий свет, в теле ощущалась общая слабость.

−…свалить отсюда! Чего мы ждём, пока нас найдут Жизы?! Или пока помрут все раненые?! Идти все уже можем – так давно пора! Ждём только, когда оклемается Координатор и сержант Элстер, да вы, сможете ходить! Так вот идти можно и без ноги, а если не можете – здесь вам и место. 

− Нам предстоит шестичасовой переход, у нас здесь люди серьёзно ранены и толком не в сознании, взять мы можем только одного при вашем предложении. Вдобавок Координатор еле ходит, Элстер не сможет нести груз, как и я. Нам нужен ещё один день. Мне – зафиксировать ногу, и дождаться улучшения состояния. Только потом, с регулярными остановками, мы сумеем донести всех раненых.

− Вы просчитались, Друриоп! Даже если каждый сможет нести, нас здесь шестеро, а раненых четверо!  Олверик потерял сознание из-за внутреннего кровотечения!

− Я вам приказываю, Велрас, не предпринимать никаких действий. – прошипел на него Друриоп.

− Мы в одной лодке, и вы не можете мне приказывать. И да, не мои слова, Координатор ещё бронебусе сказал – мы не сможем взять всех, не сможем вернуться, а потому исходим из данного. Но в отличие от той ситуации, сейчас мы знаем, что в Жилом Комплексе есть медикаменты и врачи. Поэтому я приказываю эвакуировать офицера Рода, а вы – если можете, идёте с нами.

− Будем нести раненых на себе, здесь скорость передвижения не так важна, как на улице. Если не встретим Жизов – донесём всех. Приказ оставаться на месте. – вступился Гомин, щурясь от боли и даже не глядя в сторону людей.

Наступила длинная пауза. Тишина. Слышно было лишь возбуждённое дыхание присутствующих.

− Я не хочу стать обедом для Жизов. Уверен, через несколько часов здесь появятся эти твари, и уйти мы уже не сможем. Парни, забираем оружие и Рода. Уходим!

− Я сказал – стоять!!! – заорал Друриоп. От крика Гомин открыл глаза, но повернуть голову не успел: раздался выстрел, затем ещё и ещё. Потом тишина. Друриоп, откинувшись на стену медленно съезжал на пол. Из его шеи била ярко-красная кровь, мужчина пытался вдохнуть воздух – но не мог, слышалось лишь булькающее «Ка…к-к-к…Кхе…»

− Тварь… Нормально, в броник попал. А−а... – стонал Велрас. – Давайте, забираем. И добейте раненых, не хотелось бы оставлять их на муки. Всех раненых. – к Координатору, растерянно наблюдающему за последними секундами жизни Друриопа, подошёл Следящий Грэк. В его руках был пистолет.

Друриоп – всего несколько дней назад выступавший за эвакуацию приоритетных целей, теперь пожертвовал своей жизнью за попытку спасти всех. И как же быстро меняется человек под влиянием страха…

________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________
Дорогие друзья, благодарю вас за то, что дождались) Я прекрасно отдохнул и продолжаю работать над книгой. Новую главу ожидайте к 16-17 числам, но, опять же, всё зависит от вашей активности.

Я не прошу за свою работу денег (по крайней мере пока что), для меня радость если вы напишите комментарий с отзывом. Любым отзывом, будь то негативный - тоже жду, для меня важно получить обратную связь насчёт произведения.

Также, хотелось бы узнать непосредственно у вас. Стоит ли меня название "Жизы" на что-то более привлекательное и презентабельное? Благодарю