Падение Серебра

Глава 197: Гром среди ясного неба

Поднявшись на свой этаж, я зашла на кухню. Забрав муку и пару тлеющих углей, я спрятала их, стряхнув мучную пыль с рукавов, и направилась к оружейной. Двигаясь по коридорам, я сложила руки на уровне пояса, одну на другую, и, опустив взгляд, пошла на первый этаж. Я видела, как разговаривает стража, как убираются послушницы, какие-то бумаги несут в сторону мужского крыла. Дойдя до холла и двигаясь в сторону оружейной, я нашла её. Зайдя внутрь, я увидела там одного воина и трёх послушников, которые что-то точили, подшивали свои мантии, а один послушник зашивал кожаный наплечник воина.

Найдя точильный камень, я вынула меч из ножен и, сев на табуретку, стала его затачивать, попутно удаляя кровь. И тут меня окликнули: — Послушница Лида.

Подняв взгляд, я увидела, что на меня смотрит воин. Я опустила взгляд, промычала и продолжила заточку оружия.

— Что такое? Не можешь справиться с эмоциями тех, кого убила?

— Есть такое. Неприятно. Я даже не знала, что так могу.

— Да ну? А не скажешь, что ты робкая послушница.

— Я веду себя так, как воспитали родители.

— Хах, ведёшь себя робко? Сегодня жду в покоях.

— А не боишься, что отрежу что-нибудь?

— Ты смогла справиться с сопляками, но не со мной, солнышко.

— Следи за языком.

— Ну-ну, посмотрим, как ты выкрутишься завтра, после встречи с Дарком. Хочешь ты того или нет, я люблю робких. Хех.

— Посмотрим, — сухо произнесла я, не поднимая взгляда на него, ответила я.

Дальше раздавался лишь сухой треск металла, да тихие движения шилом и нитками с иголками. Так было до поздней ночи. Я не спеша точила клинок, удалив всю кровь с него. Я дождалась, пока все уйдут, и, продолжая заточку, осмотрелась по сторонам. На столе лежали какие-то бумаги, на стойках — топоры, копья, мечи, алебарды, всего понемногу. Имелись нитки с иголками в больших комплектах разных размеров и цветов. Взяв синие нитки с иголкой, я спрятала их в карман. Выйдя наружу, я посмотрела, что никого нет в коридоре, и закрыла дверь. Рассыпав немного селитры на бумаги, я посмотрела по сторонам.

— Так, так, так… Ну, ведь для выживания тут должно быть хоть что-то?

Внимательно осмотрев каждый уголок, я нашла за одним из стеллажей спрятанную трубку, ещё еле тлеющую. Взяв её, я чуть потрясла — искорки ещё отдавались в ней. Я взяла свой принесённый уголь и, измельчив в руках, рассыпала на полу. Остатки селитры я высыпала на бумаги, и, достав муку, разорвав бумажную обёртку, бросила её вверх. И, держа трубку наготове, направилась к выходу. Когда пыль начала оседать и заполнила всю комнату этой мучной взвесью, я открыла дверь и бросила тлеющую трубку на стол, где были бумаги, и выбежала наружу, закрывая дверь. Отойдя на пару метров, я услышала взрыв, который словно отдавался эхом по стенам. Рванув по коридорам прочь отсюда, я пробежала несколько поворотов, пока в одном из коридоров в конце не услышала крики: — Подрыв в крыле послушников! Бегом, бегом!

Дёрнув одну дверь — закрыта. Я забежала во вторую, она была открыта и выглядела как небольшая библиотека. Я схоронилась за одним из стеллажей. Возле двери послышался топот шагов, удаляющийся в сторону взрыва. Посмотрев на книги, я подумала, что Рея может задать вопрос, где я была. Взяв книгу о военном искусстве, я осторожно открыла дверь и направилась в сторону своей комнаты. Но, успев открыть дверь, я увидела перед собой бойца Ордена. — Послушница? Что…

Не успев он что-то сказать, я увидела, как он тянется к топору, висящему на поясе. Мои рефлексы сработали быстрее, чем я хотела. Я выхватила меч, и, взмахнув из ножен, произвела удар по диагонали, а затем выпад ему в сердце. Меч вошёл легко. Капля крови попала на мою грудь…

— Сука… — Я быстро удалив кровь с меча о его плащ, рванула к выходу.