Падший ангел для некромантки

2

Сансет настороженно озиралась, но никто вокруг не шевелился. Мёртвые — теперь действительно мёртвые! — тела валялись вокруг них по периметру сферы.

— Вероятно, тот, кто нас прикрыл, уничтожил некроманта, — первым заговорил Дрэгон Д`Альт, молодой князь. В этой бойне он потерял отца.

— Кто это мог быть? Маг? — Сансет крепко держала меч за рукоять, ожидая в любой момент какого-нибудь подвоха.

— С чего б вдруг? — покачал головой Леон Грейнил — старший рыцарь. Вся его семья верой и правдой служила семье Сансет много поколений. — Кто осмелится мешать некроманту? Да и магов такой силы днём с огнём…

— А если нам кто-то помог, а теперь этот кто-то умирает, с трудом выдержав бой с некромантом? — Дрэгона всё ещё отличала изрядная подростковая наивность, но Сансет, которой подобные порывы тоже не были чужды, с ним согласилась.

— В любом случае нам стоит осмотреть окрестности. Возможно, нам как раз удастся добить некроманта.

— Давайте начнём с холма, здесь нет более удобного места для наблюдения за боем, — баронет Шуя Лисий Хвост, происходивший из старинной семьи аборигенов, что следовало из его непривычной уху фамилии, предпочитал действовать, а не спорить. В битве его ранили, сильнее, чем остальных, умудрившихся отделаться царапинами и синяками, и он прихрамывал на правую ногу, умело перевязанную последним членом их выжившего отряда — травником Беренилом.

Беренил слыл необыкновенной личностью, что подтверждалось хотя бы тем фактом, что, будучи прекрасным лекарем, он и воином являлся не из последних, отлично владея кистенём.

Сансет подозревала, что Беренил скрывал от всех свои магические таланты, но не спешила его выводить на чистую воду, понимая, что тогда травнику с большой вероятностью придётся покинуть страну, едва поползут слухи.

Около двух сотен лет назад светлые маги лишились своей силы. Просто в одночасье, не было ни войны, ни предсказаний, ни предзнаменований, ничего подобного, но одним ужасным утром светлые проснулись, лишённые сил, ничем больше они не отличались от обыкновенных людей. Тёмные ничего не почувствовали, но крах светлых ударил по ним куда более беспощадно. Светлые жаждали мести, а люди испугались — ведь теперь никто не мог остановить тёмных, помешать им сделать то, что они захотят. В тот ужасный год погибло огромное количество талантливых людей — и далеко не все из них владели даром в принципе.

Сансет, одна из немногих, не сомневалась в том, что смерть большинства являлась напрасной. Она много времени провела со старым библиотекарем, который остался живым свидетелем того кошмарного времени. «Нет разницы между тёмной силой и светлой, во вред можно обратить что угодно, — как-то сказал он, задумчиво крутя в пальцах карандаш. — Этим карандашом мой племянник написал прекрасные стихи для своей невесты. Этим же карандашом ты можешь убить человека. Зло ли этот карандаш? Станет ли он тёмной силой только потому, что может стать смертельным орудием?»

Слова библиотекаря навсегда остались в душе принцессы, потому она и не торопилась судить Беренила лишь потому, что он что-то мог сделать.

Оглядевшись по сторонам, выжившие направились к холму — оттуда можно было осмотреть всё поле боя, если некромант где и мог находиться, так это там. Леон и Дрэгон прикрывали Сансет спереди, Шуя и Беренил взяли на себя тыл.

Сансет не протестовала — она уже ощутила ответственность за будущее страны, если её убьют, неминуем будет раскол среди выживших дворян, жаждущих занять трон, что точно не пойдёт на пользу стране, а ведь ещё есть внешние враги, которые скоро узнают о падении армии соседей.