«палач и вампир. Наследие»

Глава 1. Новый страх

Три месяца. Три месяца мира, тишины и покоя.

Ника стояла у окна и смотрела на лес. Снег уже растаял, горы зазеленели, в воздухе пахло весной и свежей землёй. Вольт бегал по двору, гонял невидимых зверей, замирал, прислушивался, снова бежал. Жизнь текла спокойно. Почти.

Она положила руку на живот. Там, внутри, росло нечто. Не просто ребёнок. Наследник. Продолжение их любви. И — как она начала догадываться — новая мишень.

Беременность была странной. Ника не знала, чего ожидать — она никогда не была беременна, а вокруг не было ни одной женщины, которая могла бы ей что-то объяснить. В Ордене не было места семьям. Только оружие, приказы и охота. Теперь она училась всему заново. Читала книги — те, что Тимур привозил из города. Смотрела видео на телефоне — Влад нашёл ей какие-то каналы для будущих мам. Но всё равно боялась.

Ребёнок внутри неё не был обычным. Ника чувствовала это кожей, каждую секунду. Он двигался чаще, чем положено. Он затихал, когда она злилась. Он просыпался, когда она думала об опасности. Будто чувствовал её страхи.

— Ты опять не спишь, — раздался голос Тимура.

Он появился из темноты, как всегда бесшумно, и встал рядом. Вампирская привычка — двигаться без звука. Ника уже привыкла, но всё равно вздрагивала иногда.

— Почти не сплю уже месяц, — ответила Ника. — Он не даёт.

— Он?

— Я чувствую. Это мальчик.

Тимур положил руку поверх её ладони. Его пальцы были холодными — но не ледяными. За год рядом с ней он научился согреваться. Или ей просто казалось.

— Мальчик, — повторил он. — Наследник.

— Ты боишься?

— Да, — честно ответил он. — Я боюсь, что он родится монстром.

— А если монстром?

— Тогда будем любить.

— А если родится человеком?

— Тоже будем любить.

Ника улыбнулась, прижалась к нему. Ей было страшно — но не с ним. С ним она чувствовала себя в безопасности. Даже когда знала, что враги уже собираются в тени.

— Ты станешь хорошим отцом, Тимур Громов.

— Я не знаю, как это — быть отцом.

— Я не знаю, как это — быть матерью. Но мы научимся. Вместе.

Они стояли молча. Лес шумел. Вольт затих, свернулся калачиком у крыльца. На небе зажигались первые звёзды. Ника считала их иногда — привычка из детства, когда она была маленькой и верила, что каждая звезда — это чья-то душа.

— Они придут, — сказала она. — Я знаю. Чувствую.

— Я не дам.

— Ты не сможешь защищать нас вечно.

— Смогу. Или умру.

Ника резко повернулась к нему, схватила за руку.

— Не говори так. Никогда. Слышишь?

— Ника...

— Ты нужен мне. Ты нужен ему. Не умирай. Понял?

Тимур молчал. Его серые глаза потемнели — он не привык, чтобы ему приказывали. Но с ней он терпел. С ней он был готов терпеть вечность.

— Понял, — сказал он наконец.

— Хорошо.

Ника хотела добавить что-то ещё, но в этот момент Вольт вскочил и залаял. Не на зверя. Не на ветер. На чужого.

— Кто-то идёт, — сказал Тимур, напрягаясь.

— Я знаю.

Они вышли на крыльцо. Ника положила руку на арбалет, висевший на стене у двери. Привычка, от которой она не могла избавиться. И не хотела.

Из леса вышли двое. Марк и Влад. Без оружия, с поднятыми руками. Шли медленно, осторожно — знали, что Тимур может броситься в любую секунду.

— Мир, мир, — сказал Марк. — Свои.

— Что случилось? — спросила Ника, не убирая руку с оружия.

— Нам нужно поговорить, — ответил Влад. — О том, что идёт за вами. О том, кто ждал в тени всё это время.

Ника и Тимур переглянулись.

— Заходите, — сказала она. — Рассказывайте.

Они вошли в дом. Тимур запер дверь — не от гостей, от леса. Вольт остался на крыльце, настороженно поводя ушами.

Марк сел на табурет, Влад остался стоять у стены.

Ника опустилась на диван — тяжело, живот уже давал о себе знать. Ей было всего четыре месяца, но она казалась себе огромной.

— Ты беременна, — сказал Марк, глядя на её округлившийся живот.

— Да.

— И давно?

— Четыре месяца.

— И ты молчала?

— А кому я должна была сказать? Врагу?

— Я не враг, Ника.

— Ты не пришёл, когда был нужен.

Марк опустил глаза.

— Я знаю. И я виноват. Но сейчас не об этом.

— О чём?

— О том, что Князев был не один. Ты знаешь это. Он был пешкой. За ним стояли другие. Более древние. Более опасные.

— Кто? — спросил Тимур.

— Несколько вампиров. Старше меня, — сказал Влад. — Намного старше. Они были в тени всё это время. Ждали.

— Чего?

— Твоей беременности. Они знали, что ребёнок от истинной пары будет обладать древней кровью. Сильнее, чем у матери. Сильнее, чем у любого из них.

— И что им нужно? — Ника сжала живот руками.

— Они хотят его. Живым.

— Сначала меня и мою кровь,сейчас же кровь еще не рожденного малыша,как они мне надоели.

Тишина повисла в комнате.

Тимур сделал шаг вперёд. Его глаза стали красными — признак ярости, которую он с трудом сдерживал.

— Они не получат его.

— Они знают, где вы. И они идут.

— Когда? — спросила Ника.

— Через неделю. Может, раньше.

— Сколько их?

— Много. Точно неизвестно. Но у них есть наёмники. И свои люди в Ордене.

— Орден мёртв.

— Нет. Он просто сменил имя.

Ника встала, подошла к окну. Лес был тёмен, тих, спокоен. Но она знала — там, в глубине, уже кто-то есть. Ждёт.

— Мы не побежим, — сказала она. — Мы не будем прятаться.

— Ника... — начал Марк.

— Нет. Я устала бегать. Мы построили дом. Мы ждали ребёнка. Мы хотели мира. Но раз мира нет — мы дадим им войну.

Тимур подошёл, встал рядом.

— Мы не одни, — сказал он. — У нас есть вы.

Марк и Влад переглянулись.

— Мы с вами, — сказал Влад. — До конца.

— Тогда давайте готовиться, — сказала Ника. — Времени мало.

Она положила руку на живот.

Внутри шевельнулся ребёнок.