Палач по закону

14.

Гилот не выразил никакого чувства после доклада Эды. Он сохранил невозмутимость и отчужденность.

-Значит, брат погибшего не так прост, каким Двэйн пытался его представить. Тут вопрос в другом…

-Сковер еще не прислал ко мне с докладом, - напомнила Эда. – Я не могу утверждать, что это тот Каллен, который связан с моим пленником!

-Погибшим пленником, - напомнил Дознаватель. – Даже не так! С пленником подземелий, погибшим после твоего допроса от Веховой Воды, убитый, по признанию, одним из наших стражников, который предпочел нашему следствию самоубийство. Знаешь, что это значит?

-Что с нами не хотят работать, а предпочитают умереть? – предположила Эда невинно и тут же сама взбесилась. – Я не хочу играть с тобой в кошки-мышки!  Я вообще не хочу играть. Я хочу, чтобы хоть что-то…

-Это значит, - спокойно прервал ее гневный поток Гилот, - что никакого совпадения здесь не может быть. Двэйн хотел влиться в кружок недовольных Его Величеством, для этого – сочинил памфлет, кстати, как на мой вкус – совершенно бездарный, а я этих памфлетов видел в избытке, но сам не стал исполнять, а нанял…

-Господина Мейсона, - подсказала Эда.

-Господи Мейсона, - кивнул Гилот, - совершенно верно. В свою очередь, когда Мейсона – бродячего актера, барда, мошенника и сомнительного во всех смыслах слова человека взяли на исполнении этого памфлета, он указал на Двэйна. Арест, дознание и вот – у нас мертвый пленник, мертвый стражник и следы яда, которого вообще не должно быть даже в упоминании.

-А во время зачистки мы выясняем, что некий Каллен из рыбаков, помог перевезти супружеской паре нелегально запасы вина. Учитывая, что Двэйн говорил о своем брате – Каллене и был рыбаком, то…- Эда поморщилась, - вино это не Веховая Вода!

-А Веховая Вода – это не вино, - подтвердил Гилот. – Но если Каллен – контрабандист, кто знает, какими еще он пользуется перевозками? Неспроста в деле об отравлении редчайшим ядом появляется вдруг брат убитого – это тебе… на будущее.

                Эда почувствовала обнадеживающую ноту в фразе «на будущее». Значит – Гилот, несмотря на тот странный, будто бы сравнивающий взгляд к Мэтту, все равно хочет видеть именно ее на своем посту? Нельзя разочаровать!

-Тогда, позволь мне изложить свои соображения, - попросила Эда, заминаясь.

-Давно пора, - одобрил Дознаватель.

                Эда приободрилась еще больше и принялась загибать пальцы.

-Во-первых, мне кажется неслучайным то, что это убийство было совершено за несколько дней до приезда Лагота. То есть, понимаешь – памфлетисты, недовольные – мы же их пачками берем. Кого секут, кого казнят, кому пинка под зад, а всё же…  почему нужно было убивать Двэйна?

-Он мог выдать тех, к кому хотел попасть, - ответил Гилот просто, но он выглядел озадаченным. – Я понял ход твоих мыслей. Присутствие такого убийства говорит о том, что эти…недовольные неслабо так организованы.

-Значит, имеют влияние, - кивнула Эда. – Говори что хочешь, но, во-вторых, это было именно изощренное убийство. То есть…

                Она навалилась грудью на стол и понизила голос до шепота.

-Убить человека легко. Даже в тюремной камере. Можно было сделать так, что мы бы и не поняли, что это убийство. Можно было представить все как самоубийство! Но нет, они…не знаю, как назвать, пусть будут «они» воспользовались редчайшим ядом. Почему?

-Оставили нам визитную карточку, - кивнул Гилот. – Я уже думал об этом. Они знают, что этот яд перевернет город. Знают, куда мы пойдем…

-И на кого натолкнемся, - закончила Эда. – Но какой смысл выгонять нас с места? Какой смысл? Это либо проверка наших методов, либо отвлечение внимания…

-А вот это уже настоящая дельная мысль! – Гилот поднялся. Прошел взад-вперед, склонив голову и размышляя. – Это настоящая мысль, которая меня тревожит и пугает, Эда! Стражник, совершивший убийство слишком слаб для того, чтобы вести все самостоятельно. Ему приказали…приказали убить, признаться и убиться. Впрочем, может быть, он даже и не убивал. В его доме не найдено ни одного следа от яда – Веховой Воды или еще чего-нибудь,  да у него даже стряпни несъедобной нет. то есть, не было.

-В таком случае, мы ищем не там, - Эда тоже поднялась. Она опиралась на стол, сама не зная, на кой черт встала. – Яд – капля в море. Ну перевернем мы всех контрабандистов, ну выпотрошим мы Пепельные ряды, как рыбу, и что? А нам еще надо обезопасить в два раза сильнее, если не в три, улицы перед визитом Лагота. И во время его визита тоже.

-Если упустить их сейчас – пока мы готовимся к визиту, пока будет Лагот – никаких следов не останется, - возразил гилот и тут же осекся, - впрочем, вряд ли они и сейчас есть. Нас как будто уводят.

-От герцога, - Эда щелкнула пальцами. – Разорваться мы не можем, а потому я предлагаю сосредоточиться на Лаготе. В конце концов – между смертью рыбака, пусть даже и от сильного яда и герцогом, я выбираю герцога.

-Не скажи, там были бунтовщики, заговорщики, - Гилот снова принялся мерить шагами комнату, - это угроза трону!

-Угроза трону всегда есть, но от союза Лагота и короля зависит вообще присутствие трона, - воззвала Эда. – Я предлагаю усилить контроль на улицах и…ну, пока откровенно наплевать на поиски Веховой Воды. Сам знаешь, если в Пепельных рядах не попалась – поди, сыщи!

-Да знаю! – с досадой отмахнулся Гилот. – Боги, неужели я так много прошу? Всего лишь – соблюдение законов всем королевством!

-Какой закон? – Эда рассмеялась. – Сегодня некий Кристоф на глазах горожан Пепельных рядов, моих глазах и Сковера – ударил женщину, не то больную, не то под дурманом. При этом нет, кодекс он помнит.

-Под дознание! – Гилот требовательно взглянул на Эду. – никто, никогда…

-А солдаты, - пользуясь случаем, Эда решила выдать еще и их, - не сразу покорились моему требованию вылить незаконное вино!

-Протокол, - без тени сомнения решил Гилот. – Чтоб неповадно!