Палач по закону

18.

Эда хорошо знала Гилота, а потому понимала, что заискивание перед ним – это еще худшее унижение и ожесточение того конфликта, который она же сама и породила. До последнего вечера, предшествующего приезду герцога Лагота, от которого, не встретив его еще даже, устали уже решительно все, Эда вела себя так, как раньше. На приказы отвечала ровно:

-Есть, Дознаватель.

                На рожон не лезла, спорить не пыталась. Выполняла свою работу качественно, не мешалась и не была вовлечена в разговоры Гилота. На улицах она больше не работала: там вовсю пропадали Сковер, Фалько, Паэн и Тард. Эда же, в свою очередь, занималась делом в замке – отбирала служанок, что будут прислуживать гостю, слуг, что будут его сопровождать, инструктировала их.

                Неприятное известие принес Гилот утром в тот день, что предшествовал приезду герцога, которого тайно уже ненавидела сама Эда (столько суматохи и столько занятых камер потенциально опасными людьми! Даже в шестой камере сидит не то три не то четыре человека). Весть та состояла в том, что Высший Жрец Кенот также приставляет к свите герцога своего человека.

-Да какого черта! – возмутился Фалько. – Это шпионаж!

-Разумно, - внес свое слово Тард.

-Кенот только и ждет нашего провала! Пора, давно пора его в камеры, - горячо высказался Паэн. – Верно? помните, как он внес свое предложение королю, что, дескать, только жрецы должны обладать правом вести следствие?

-Было такое, - подтвердил Тард.

-И король идет на это? – не поверил Сковер. – Это же…

-Разумно, - повторил мысль Тарда Мэтт и бросил быстрый взгляд на Эду. Это тоже не укрылось от Гилота, он заметил, что они словно бы стали друг к другу ближе. Мэттом же Гилот был в последние сутки недоволен – тот как-то был не собран, растерян…

-Эда? – позвал Гилот в первый раз с минуты, когда она его задела. Сердце Эды пропустило удар, но она выдержала и ответила ровно, как будто бы вопроса ждала:

-Со стороны Высшего Жреца это очень разумно и ожидаемо, Дознаватель. В этом Тард прав. Если это согласовано с королем – нам сопротивляться бесполезно. Единственное, что мы можем сделать, это по возможности оградить герцога от влияния жрецов. Если угодно, возьму это на себя.

-Что предлагаешь? – спросил Гилот.

-Отравление? – Эда обернулась на дознавателей. – Как насчет легкого отравления?

-Кенот приставит другого жреца, только и всего, - возразил Фалько. – Да и вообще, знаешь, девочка с чудным характером…

-Пока приставит…- пожал плечами Мэтт, прерывая Фалько.

-Пока приставит, - подхватила Эда, - пройдет, наверное, день. Вернее, можно и быстрее, но мы можем растянуть это на день. А нам и не надо больше. Герцог должен понять, и мы дадим ему понять, что от жрецов ему следует держаться подальше…

-Мы тратим время не на то! – заметил Сковер. – Кенот все равно приставил бы к Лаготу кого-то из своих, чего уж теперь? Наша задача выглядит иначе. Мы должны не допустить влияние.

-Нет, - Эда покачала головой и Гилот, не вмешивающийся, с интересом взглянул на нее. – Мы должны опередить влияние.

-Какая разница! – Сковер закатил глаза.

-Разница…во времени, – Последнее слово Эда выделила, намекая Сковеру на недавнее их соглашение. Сковер составил к ней официальное письмо, в котором просил об отсрочке для проштрафившегося Кристофа. И, хотя через несколько дней это письмо не имело уже бы никакого смысла, Сковер, не ожидавший такой ловушки, некоторым образом…стушевался.

                В результате к работе в тот день приступили чуть позже, чем обычно. Завершали последние приготовления. Эда уходила из Залы в числе последних, когда Гилот окликнул ее:

-Подожди!

                Она остановилась, понимая, что пришла минута прощения. Пусть останется шрам, конечно, без исключений, но, во всяком случае, ссоры больше нет.

                Эда обернулась, замерла.

-Что по твоему участку? – спросил Гилот гораздо тише, чем обычно.

-Служанки готовы, слуги тоже. Система прочтения почты проверена и действует. Отравление герцога исключено. К его будущим покоям примыкает маленький, скрытый кабинет…

-А по Двэйну и отравлению Веховой Водой?

-Не до него, - Эда вздохнула. – Мы обнаружили контрабандную книгу, в которой Каллен – брат Двэйна, практически открыто пишет, кто и что заказал, кому и что он ввез. Мэтт считает, что…

                Эда дрогнула, на ее щеках выступил румянец.

-Я заметил, что вы с ним достаточно неплохо общаетесь? – предположил Гилот.

-Да, - неуверенно ответила она. – Мы неплохо ладим. Так вот, Мэтт предположил, что у Каллена есть преступление похуже, чем незаконный ввоз в королевство бочек с вином, жемчужинок и сонных зелий, что он будто бы…желает попасться.

-Та-ак, - со значением протянул Гилот, уже знавший, конечно, про книгу от Мэтта. Правда, тот ему сказал, что это была идея Эды.

-Да, - повторила дознаватель, - вот…я распорядилась арестовать невесту Каллена. Она с трудом говорит на нашем языке, и пока в камере. Фалько и Паэн займутся ею, сейчас просто…не то время.

-Время всегда будет не тем, - мягко заметил Гилот. – Но ладно. Сковер сообщил мне, что в Пепельных рядах, по итогу, похвастать находкой невозможно. Веховая Вода, если и была в них, то исчезла. Она долго не хранится, сама знаешь.

-Знаю, - с недовольством согласилась Эда. – Это провал. Найти яд… мне кажется, что Мэтт прав и еще, мы как будто бы не видим всей картины целиком. Приезжает высокий гость, а мы тратим много времени на поиски яда, который уже давным-давно исчез в проулках и улицах! Это какая-то глупость: внезапно человеку, который вроде бы далек от двора и политики, писать памфлет и нанимать бродячего актера, чтобы вдруг заслужить уважение каких-то бунтовщиков! Это все глупость. Так попасться? Его брат контрабандист, по меньшей мере.

-По меньшей, - подтвердил Гилот. – Я размышлял, Эда. Я знаю, что ты чувствуешь. Я сам чувствую это же. Высокий гость, а у нас убийство в подземельях редким ядом, человека, который не стоил этого яда вовсе. и убийство…кем? Стражником? Стражником, который сам, прежде, чем мы смогли его допросить, покончил с собой!