Палач по закону

24.

Чуть коснулся королевства рассвет, а Эда уже была на ногах. Чувствовала она себя ужасно: хотелось спать, а больше того, чтобы этот герцог, от которого решительно весь ее мир сошел с ума, убрался прочь!

                «Ничего, ничего» - утешала себя Эда, застегивая под самым горлом привычные серые одеяния Дознания, решив, что больше она судьбу испытывать не будет и никаких платьев себе не позволит на службе, - «скоро он уберется прочь и можно будет вернуться к тому, о чем мы едва уже не позабыли: к Двэйну, к его брату Каллену, к его невесте, что еще у нас, и к этой Веховой Воде – след от которой уже растворился, но это все рутина! Разберемся, нам не привыкать!».

                Успокоение было слабым, а вот нервность была куда сильнее. Что-то внутри души молодого дознавателя подсказывало, что ничего не сбудется и ничего не исчезнет в один миг по щелчку пальцев и что не рутина, а нечто, куда серьезнее сплелось вокруг королевства.

                В конце концов, Эда даже разозлилась на собственные мысли и чертыхнулась, взглянув на себя в последний раз в зеркале:

-Черт, ну что я, в самом деле? Мнительная идиотка!

                Решив о себе таким образом, она спешно убралась из своих покоев и заторопилась по коридорам. Пришлось заглянуть к Гилоту. Тот ее ожидал, во всяком случае – он не удивился прибытию своей подопечной и был уже в своем кабинете.

-Кенот пытался увести Лагота, но  я не позволила, - отчиталась Эда, кратко приветствовав наставника.

                Гилот кивнул:

-Это мне известно.

-Тогда: я могу идти? – Эда уже знала, что Гилот хочет спросить, но решила прикинуться непонимающей, потому что говорить о произошедшем в покоях герцога ей не хотелось.

-А вот чего мне неизвестно, - спокойно продолжил Королевский Дознаватель, - так это того, о чем вы говорили с Лаготом в его покоях, но я надеюсь, что ты мне сейчас это расскажешь.

                Эда вздохнула, не дожидаясь дозволения, села к столу, спросила:

-Паэн видел, как я входила к герцогу, а выйдя от него, я встретила Тарда, включенного в свиту к Лаготу. Он не сказал мне ничего, но его взгляд был…тяжелым. Скажи, пожалуйста, прежде чем я отвечу, кто донес, что я заходила к Лаготу: Паэн или Тард?

-Это не имеет значения! – возразил Гилот. – Отвечай, Эда.

-Хорошо, - дознаватель кивнула, - герцог желал знать, по какому праву к нему в свиту сопровождения отрядили молодую девицу.

-И?

-И я сказала, что не знаю. И вообще – вопрос этот не ко мне! – Эда попыталась прикинуться обозленной, но вышло неубедительно. Почувствовав это, она сама смутилась, осеклась, добавила, - он понял, что я уводила его от Кенота.

-Понял, будучи пьяным? – уточнил Гилот.

-Он не был пьян, - теперь возразила уже Эда, - прикидывался только. Сказал, что так ему лучше думается и наблюдается. Спросил, кто я такая.

-И что ты ответила?

-Я ответила, что я – Эда и что я дознаватель. Я ответила, что родители мои нарушили закон, вступив в заговор против короны, и что дознаватели судили их и казнили.

-Казнил твоих родителей суд, - напомнил Гилот спокойно. – Дознаватели, в числе которых был  и я, только собрали доказательства и признания.

-Да, - Эда пожала плечами, - да, я знаю. Сказала, что один из дознавателей взял меня на воспитание…

                Гилот не замедлил вклиниться:

-Я любил твоих родителей, но закон стоит превыше чувств дружбы!

-Я знаю это. Я ценю то, что ты вырастил меня и никогда не скрывал.

-Ладно, - взгляд Гилота вроде бы смягчился, - как на это отреагировал герцог?

-Изволил смеяться, - Эда устала. Утро только пришло, а уже хотелось наступления вечера. – Потом сказал, что он не от зла, а от иронии жизни. Просил, чтобы не обижалась, а я и не обиделась. Потом вдруг сказал, что устал и сказал, чтобы я ушла.

-И ты?

-И я ушла.

-Вот так? Просто вдруг перестал смеяться и сказал, чтобы ты ушла?

-Вот так.

-А если бы я не спросил, ты бы и не рассказала мне? – Гилот помрачнел мгновенно. – Почему мне нужно было донесение других, а не твое? У нас не может быть проступков! У нас не может быть ошибок. Мы не должны…

                В дверь, прерывая Дознавателя, постучали. Гилот осекся, увидев появившегося на пороге Мэтта.

-Я не вовремя? – вежливо осведомился Мэтт, замечая явно желающую побыстрее уйти Эду.

-Вовремя, - Гилот махнул рукой, подзывая его, - ступай, Эда. Надеюсь, что впредь ты будешь осмотрительнее.

                Не обернувшись, Эда вышла из кабинета Гилота. Прежде, чем выбраться из подземелий, она зашла и в свой кабинет, быстро разобрала бумаги, скопившееся за вчерашний день – в основном пустяк, мелочи, хотя пара писем могла бы представлять из себя нечто поинтереснее, но, в любом случае, сейчас не до них. Сейчас все прыгают кругом вокруг Лагота, развлекая его и оберегая. Стоит только посочувствовать тем, кто на улицах, да тому же Мэтту! Сегодня у Лагота прогулка по городу, а это значит, что с самого утра дознаватели и солдаты по улицам устраивают финальный разгон всяческих нежелательных элементов.

                Разобрав кое-как дела, Эда заглянула в залу, где обычно собирались дознаватели перед тем, как получали задания утром и отчитывались вечером. Сейчас там было пусто. Ну да, собственно, чего еще ожидать, когда весь замок и все королевство превратилось в кипящий котел…

                Почувствовав, что голодна и вспомнив, что вообще-то не ужинала вечером, Эда поднялась в обеденную залу и встретила Сковера. Он был облачен по-дорожному и на одеянии уже лежал тонкий слой пыли – не иначе, этим ранним утром уже успел пронестись по улицам!

-Эда! – Сковер сам окликнул ее.

-Доброе утро, - разговаривать с кем-то ей не хотелось, но не станешь же убегать по замку от своего же соратника, а возможно и единственного, кто еще тепло расположен к ней и так понимает, как не дано понять даже Гилоту?