Паладин развивает территорию. Том I

Глава 18. Что значит быть рыцарем?

Герцог Леомвиль сидел в кабинете, глядя на свою дочь, в которой всё больше начинал разочаровываться.

— Сильвия, как ты думаешь, что за человек этот барон? — спросил он.

Девушка посмотрела на отца с презрительным взглядом, словно упоминали не человека, а противное насекомое.

— Деревенщина, что не знает своего места, — произнесла принцесса, не задумываясь.

«Неужели я так плохо следил за её воспитанием? Как у меня могла родиться такая недальновидная дочь? Ей уже пятнадцать лет, а она до сих пор не осознала своего положения. Жаль, что Милены нет рядом, она как мать могла справиться с этим лучше, чем я». Алестор вспоминал свою жену и мать Сильвии и, глядя на портрет покойной жены, продолжил расспрашивать свою дочь.

— Ты разве не видела, что даже после того, как я атаковал его, он не снял свою броню и не собирался сдаваться?

— Отец, как я и говорила, он не знает своего места! Он должен был склониться и молить о прощении, но вместо этого поднял оружие против вас, вы должны были наказать его за это! — Девушка была непреклонна.

— Сильвия, Виктор был готов сражаться со мной, даже зная, что умрёт, — ответил герцог, покачивая головой из стороны в сторону, — не потому, что не боялся, а потому, что принял решение умереть, сражаясь.

«Этот барон действительно удивил меня в тот момент. Любой другой сразу молил бы о пощаде, но он пошёл с оружием против врага, который мог его убить одним движением, и даже не смотрел на то, что я герцог. Что с ним такое? Неужели в его сердце нет страха? Я же чувствовал, как сильно он был напуган и еле сдерживался, так почему не склонился?»

— Можешь идти, — приказал герцог своей дочери, которая искала новые доводы против Виктора.

Услышав это, она поклонилась и покинула комнату.

***

Прошёл уже почти месяц, как Виктор покинул свою территорию, и только сейчас он возвращался к себе. Поездки в этом мире чрезвычайно длительные и крайне некомфортны.

Обычно дворяне стараются не покидать своих вотчин, потому что в их отсутствии может произойти всё что угодно. Редко, но бывали случаи, когда отсутствовавший господин возвращался на территорию и обнаруживал запустение, так как его сосед увёл всех крепостных и разграбил территорию, и винить ему было некого. Оставалось только собрать армию и атаковать самому или искать поддержки соседей.

Но если из-за отсутствия крепостных, которые приносят основную часть дохода, он не мог выплатить полагающиеся налоги в казну королевства, его просто лишали вотчины, и на его место приходил следующий дворянин.

Виктор это понимал и очень тревожился, поэтому, когда пересёк территорию Селитаса, почувствовал облегчение, увидев, как по дороге идут караваны и множество людей. Это означало, что его территория развивается, и люди ищут новой жизни в Балтес, а с его планами люди — это тот ресурс, который ему жизненно необходим.

***

Нужно понимать, что, как правило, границы пролегали вдоль таких объектов, как леса, холмы, реки и так далее. А полагаться на карту, указанную на пергаменте, было также надёжно, как определять время по солнцу. Именно такие вещи зачастую являлись причиной постоянных войн между вотчинами.

Границу графства или герцогства зачастую охраняли виконты и бароны, а такая ситуация давала возможность мелким дворянам увеличивать свою территорию, сражаясь с соседями. Но сама такая территория находилась во владениях сюзерена.

Только это ни в коем случае не означало, что он вмешается в случае нападения на своего вассала. Пока равный его статуса не сделает первый шаг, считалось недостойным, чтобы граф или герцог напрямую участвовали в таком. Ведь это мгновенно привело бы к тому, что с другой стороны вмешается другой высший аристократ, и война уже разразится не между мелкими дворянами на границе, а между всеми территориями сюзеренов.

Такое из конфликта, в котором участвуют двести или триста солдат, перерастёт в войну между тысячами солдат и рыцарей, что скажется на силе всего королевства.

Войны между высшей аристократией могли произойти за что-то чрезвычайно важное. Этим могла оказаться шахта мифрила, железный рудник или подземелье, но крайне редко из-за мелкой стычки приграничных дворян.

***

Виктор всё это понимал, и если бы не то, что уехал с графом, и все знали об этом, никогда бы не посмел покинуть свою вотчину.

Однако прямо сейчас он ехал по ровной дороге и наслаждался видами за окном кареты. Куда бы ни глянь, это всё его территория, его земля и его люди, он тут царь и бог.

Через три часа конвой подъехал к замку, где были вывешены его флаги, перед воротами стоял почётный караул и дворецкий со слугами, которых за время его отъезда стало ещё больше.

Как только дверь кареты открылась, он увидел довольных солдат, которые, судя по их лицам, хорошо питались и мало тренировались.

Виктор посмотрел на Алганиса, следовавшего за ним, который кивнул своему господину, давая понять, что он тоже это заметил и позаботится обо всём сам. Бедные рыцари и не представляли, что их ждёт, поэтому продолжали улыбаться и радоваться, что их господин вернулся целым и невредимым.

— С возвращением, господин, надеюсь, Вы вернулись без происшествий? — спросил Джин, слегка подняв в улыбке уголки губ.

— Ничего, что стоило бы внимания. Позже я тебе обо всём сообщу. — Виктору важно, чтобы его дворецкий был в курсе всего, что с ним происходит. Это помогало в управлении территорией и ведении дел с другими аристократами.

— Это мой новый оруженосец, — сообщил он дворецкому, указывая на мальчика, стоявшего у второй кареты. — Разместите их с его дедушкой в замке.

Приказав это, он направился к себе, так как хотел сразу отправиться проинспектировать владения.

Виктор мог получить всю информацию от Джина, но хотел посмотреть, что ещё он может улучшить и как ещё можно повысить качество жизни во владениях.

Однако этому не суждено было случиться, потому что, после того как юноша переоделся и вошёл в свой кабинет, то обнаружил гору пергамента на столе. Сначала он хотел мельком ознакомиться с тем, что было в документах, но информация оказалась очень важной.