Паладин развивает территорию. Том I

Глава 21. Айронвуд

Линея стояла, облокотившись на стол, и смотрела на Виктора. Ее мозг работал на максимальной скорости, но она все еще не могла осознать услышанное.

«Что значит, хочет дружить с нами? С каких пор эти дворяне стали дружить? Что он может знать про дружбу?» Девушка отказывалась верить в дружбу между дворянами, потому что не считала себя дворянкой.

Она стала рыцарем и упорно добивалась своего, чтобы не оказаться выданной замуж за какого-нибудь аристократа. Она ненавидела всё, что связано с дворянством, хоть и была одной из них.

Начитавшись в детстве историй про рыцарей, которые отважно сражались, путешествовали по миру и находили в этих странствиях верных друзей, Линея желала пойти по этому пути.

К сожалению, нельзя было просто так бросить свою семью в тяжелые времена и надеялась, что сможет покинуть дом, как только вытащит семью из сложной ситуации. Но она никогда не поверит, что дворянин способен дружить.

По её мнению, все они преследуют свои цели, из которых ни одна не является хорошей.

«Может, он хочет затянуть нас в долги и принудить отца выдать меня замуж за него?» От одной такой мысли она так сильно сжала свои жемчужные зубы, что у неё начало сводить скулы.

— Виктор, скажите, какие у вас условия? — спросил старик, глядя на молодого человека перед собой.

Сейчас для него прозвучали невероятные слова, и он хотел понять, в чём подвох. Пусть барон и не был хорошим переговорщиком, но также не являлся глупым человеком.

— Всё просто, вы сами определите, сколько сможете продать. Если это то количество, что я могу вам дать, вы его получите и сможете продать, — Виктор откинулся на спинку кресла и смотрел на людей перед собой, — мы договоримся о цене заранее. Где, как и почём вы будете продавать, меня не интересует.

— В какой срок мы должны с вами рассчитаться? — уже с надеждой спросил Клинт.

В этот момент уже севшая на своё место Линея тоже навострила уши. По её мнению, именно тут должна быть ловушка.

— Я дам вам три месяца, — Виктору были интересны эти двое. А срок, который он предложил, был как минимум в три раза больше необходимого им.

Все сидели в тишине, лорд ждал, а двое гостей искали во всём этом ловушки, которые могли пропустить.

— Хорошо, мы согласны, и вы также можете рассчитывать на дружбу нашей семьи, — наконец ответил Клинт и улыбнулся так сильно, что Виктору показалось, он видит его зубы мудрости.

Пообщавшись ещё некоторое время, они заключили договор, и после подписания лорд снова предложил им пообедать, но они всё также отказывались, ссылаясь на необходимость как можно скорее вернуться на свою территорию.

После этого двое гостей встали и решили откланяться. Виктор со своей стороны дал им в качестве подарка две бутылки вина и проводил до выхода.

***

— Отец, он наверняка что-то задумал! — Девушка ехала с отцом в карете, потому что хотела поговорить с ним как можно скорее.

Обычно она предпочитала сопровождать отца верхом, чувствуя себя рыцарем-защитником.

— Я тоже так думаю, но я совершенно не вижу подвоха в том, что он сказал, — старик задумался, прокручивая весь разговор с бароном, и не смог найти ни одной зацепки: — может, с товаром что-то не так? Мы должны быть внимательны.

Это единственное, что они могли придумать, и, найдя такое оправдание, им наконец полегчало.

«Если он хочет обмануть нас с товаром, я вызову его прилюдно на дуэль и убью!» Линея сжимала рукоять меча на поясе, думая об этом.

***

Прилюдно вызвать на дуэль — это, как правило, означало, что противник не сможет отказаться, не потеряв репутацию, и кончались такие схватки лишь смертью одного из дуэлянтов.

Потеря репутации тоже не являлось банальным делом, так как распространялось такое не только на виновника, но и на родственников в зависимости от статуса в семье. Если такое происходило с главой рода, вся семья страдала. Если это был наследник, то он автоматически терял право наследования и мог быть изгнан из семьи.

А сама репутация в мире дворян влияла на всё, от свадьбы до торговли между территориями.

***

Виктор вернулся в гостиную и, усевшись в кресло, стал вспоминать весь разговор. По его мнению, эти люди были очень весёлыми, он мог даже представить, как выглядит их семья, в которой растёт такая девушка, и как она измучила своих родителей.

— Милорд, плотники принесли то, что вы просили, — сообщил вошедший дворецкий и поставил на стол перед ним небольшой свёрток.

Виктор попросил привести их в гостиную, чтобы отблагодарить.

— Невозможно! — категорически запротестовал Джин и посмотрел на своего господина.

Онемев от такого отказа и взглянув на этого старика, барон понял, что человек перед ним умрёт, но не позволит крепостным попасть в гостиную лорда.

— Хорошо, отблагодари каждого десятью медными монетами, — приказал Виктор.

Судя по лицу довольного Джина, тот готов был дать им по десять золотых, лишь бы не пускать в замок.

Глядя в спину удаляющегося дворецкого, Виктор с улыбкой на лице покачал головой из стороны в сторону.

«Вот что значит быть преданным своей профессии», — с этими мыслями он развернул свёрток и обнаружил там доску, которая была на удивление качественно сделана, а в небольшом мешочке нашёл фигуры.

В отличие от шахмат на Земле, тут ему пришлось немного извернуться и переделать некоторые фигуры. Так «ферзь» был переделан в дракона, «ладью» назвал тараном, а «слона» переименовал в рыцаря. Это было сделано для удобства понимания, потому что в этом мире просто не было никаких слонов и ладьи.

Все фигурки были очень плохо сделаны, и понять, что представляет из себя каждая из них, можно было только по общим очертаниям, но этого было достаточно для игры, и, позвав Лулу, он решил поиграть с ней.

***

Вся следующая неделя прошла в планировании территории, тренировках и обучении Лулу игре в шахматы.

Также он решил, что пора что-то делать с названиями деревень, потому что чем больше там становилось людей, тем больше событий происходило. А именовать деревню «центральной» ему уже осточертело, и он дал ей, по его мнению, красивое имя Айронвуд.