Паладин развивает территорию. Том I

Глава 40. Сделка

Спустя неделю после того, как Александр Шерманин покинул Балтес, Виктор получил сразу два письма: первое было от графа, в котором говорилось о том, что оба рудника теперь по всем бумагам переданы сыну, а также о подарке, который должен доставить виконт Ларик.

Лорд слышал об этом человеке, вернее, о сыне виконта, который прославился гулянками и проблемами, что тот создавал и создаёт своей семье.

Ларик являлся вассалом Шерманина, а его территория находилась на северо-востоке от графства и граничила с территорией виконта Лепперта, и именно через его владения проезжали Виктор с отцом, когда направлялись к герцогу.

К слову, лорда впечатлила территория этого виконта, потому что всю дорогу он мог наблюдать обрабатываемые земли и ухоженные деревни, что резко контрастировало с территорией самого графа.

Но в данный момент он не совсем понимал, что за подарок и почему тот должен быть доставлен именно виконтом.

К счастью, со второй новостью всё было проще: это оказалось сообщение от барона Клинта, который уведомлял его о своём визите на следующий день.

Джин, которого отозвали с работы на кирпичном заводе, где тот теперь появлялся только время от времени и лишь для контроля за ходом работ, начал активно готовиться к встрече гостя.

В то же время Виктор в сопровождении Линеи объезжал свои владения, и, так как девушка восстановилась, то она, видите ли, пожелала продолжить тренироваться и сопровождать его повсюду.

Но что-то в ней изменилось, она стала более доступной в общении, и юноша часто ловил её за тем, что она смотрела на него, словно пытаясь узнать очередной его секрет.

Его не особо это беспокоило, потому что она уже знала достаточно, чтобы так просто её отпустить, но это всё равно было странным.

Сегодня двое решили посетить кирпичный завод, где заблаговременно закончили строительство новой печи и даже успели её прогреть, чтобы просушить скрепляющую глину. Такой метод изготовления бетона был не самым лучшим вариантом, однако на текущем этапе этого оказалось более чем достаточно.

Когда Виктор прибыл в лагерь кирпичного завода, он наконец-то смог увидеть конструкцию, которая уже точно напоминала то, что выглядело как настоящая печь.

Она полностью соответствовала чертежам, но ему хотелось удостовериться в том, как они обустроили внутреннюю часть, для чего он полез в само сооружение.

Внутри печь была высотой почти два метра, и в ней было довольно просторно. Лорд, исследовав конструкцию, тут же отметил место, где будет располагаться временная стенка.

Эта стена выглядела как решето: кирпичи в ней располагались через один, оставляя щели, в которые тепло от открытого огня могло попадать более равномерно, чтобы сам огонь не мог напрямую влиять на заготовки.

Таким образом, даже если снаружи сюда проникнет резкий порыв холодного воздуха, он не попадёт в камеру обжига, а будет остановлен этой самой стеной.

Данная идея пришла ему в голову из-за брака, который получался в экспериментальной печи, и молодой человек долго думал над решением этого вопроса, а в условиях, когда печь находится на открытом воздухе и скоро зима, смог придумать только такое решение.

Оно не особо удобно, потому что стену придётся постоянно разбирать и собирать заново, но пока у него нет газовых печей, способных поддерживать постоянную температуру, это оставалось оптимальным решением.

Виктор с широкой улыбкой на лице осматривал конструкцию, не замечая девушку, что стояла рядом с ним. Она была уверена, что это какая-то камера пыток, и её хорошее впечатление об этом бароне менялось со скоростью флюгера на крыше океанского маяка.

— Загружайте первую партию, — покидая печь, приказал Виктор.

Крепостные тут же принялись за работу, и лорд с удивлением обнаружил, что, несмотря на тяжёлую работу, они стали выглядеть куда более энергичными, и даже их тела выглядели получше.

Еда, которую он раздавал с того дня, как прибыл в свою вотчину, давала результаты, но её хватало лишь для того, чтобы поддерживать жизнь в этих людях, однако даже столь минимальных усилий хватило для достижения подобного энтузиазма в работе.

«Если я смогу увеличить поголовье свиней и в дальнейшем планомерно развить свиноводство на своей территории, это разом решит вопросы мяса для всех людей под моей властью».

Ему нравилось то, что он видел прямо сейчас, ведь основная его идея — это получение удовольствие от своей жизни, которая возможна только при условии, что люди под его властью не будут умирать с голоду и что они имеют перспективы для роста.

Чем больше лорд думал о таких вещах, тем больше понимал, что, когда жители начнут получать полноценную еду и смогут зарабатывать достаточно денег, они смогут развивать в своих детях таланты, которые также принесут ему немалую выгоду.

Дети могут стать рыцарями, учёными, изобретателями; да кем угодно, только дайте им шанс, и он не верил, что аристократы в этом мире не понимают этого. Единственная причина, которая приходила ему в голову, почему они так не поступают, это страх.

Страх перед тем, что крепостные получат силу. Силу сопротивляться им и даже нарушить сложившийся порядок.

Больше всего должны бояться самые бездарные дворяне, которые теряют свою магию с каждым новым поколением, ведь, в отличие от таких людей, как герцог Леомвиль, они не смогут оказать сопротивление в случае восстания сотни крепостных с магией уровня железного рыцаря.

Из-за своей лени они не развиваются сами, и чем слабее становятся, тем сильнее угнетают подданных.

Однако Виктор совсем этого не боялся. Он раньше жил в мире, где люди давно уже нашли способ управлять себе подобными, и самым жестоким из всех была демократия. Она давала иллюзию свободы, но на самом деле люди не были свободными... В случае каких-то проблем кто-то брал на себя ответственность и покидал пост, но жизнь от этого лучше не становилась.