Паладин развивает территорию. Том I

Глава 51. В путь

Следующие два дня ушли на подготовку к поездке. И пока все занимались сборами, Виктор «мудрил» с модернизацией кареты. Как только вспомнил своё прошлое путешествие, первое, что пришло ему в голову, — это жёсткость кареты и потерянное в ней здоровье.

Собрав всех кузнецов, лорд представил им свои новые чертежи, где была продемонстрирована новая карета с поворотным механизмом, вся «фишка» которой, помимо поворачивающей передней оси, — система амортизации, которая, по задумке, должна спасти его нижнюю часть тела от ухабов и ям на дороге.

Также была усилена подвеска и заменены более слабые части колёсной базы, которые Виктор посчитал недостаточно надёжными, в результате получив полноценную карету с мягким ходом.

К сожалению, в карете не было амортизаторов, которые могли бы стабилизировать ее при движении. Из-за этого она раскачивалась при езде, но так как наш герой не страдал морской болезнью, это не стало для него проблемой, и он решил пока оставить всё как есть.

Конечно же, можно было попробовать придумать систему амортизации, но юноша даже и близко не представлял, как выглядят амортизаторы в разобранном виде.

Спустя две недели, ранним утром, Виктор вышел из замка и, осмотрев три готовые к путешествию кареты, двадцать рыцарей и трёх слуг, погрузился в свой экипаж, куда запрыгнула и Линея.

Этот момент слегка удивил его, но он не был против такого сопровождения, наоборот, путешествовать с красивой девушкой всяко приятнее, чем пялиться в потолок кареты.

Солдаты замка выстроились вдоль дороги у ворот, чтобы проводить своего господина, и, как полагается, устроили ему маленькое представление.

Лорд с удовольствием посмотрел на стражников, которые синхронно орудовали мечами и выглядели все очень красиво. Солдаты после улучшения питания и усиленных тренировок набрали достаточно много мышечной массы. Даже не будь они рыцарями, Виктор был уверен, что обычные мужчины им не противники.

Карета покинула замок, и Виктор, задёрнув шторку в окне, откинулся на спинку своего кресла, мельком взглянув на Линею, которая сидела напротив него.

Девушка упорно разглядывала карету и пыталась понять, чем она отличается от обычной, потому что последние две недели она вместе с лордом не вылезала из кузницы. Очевидно же, что какие-то изменения должны быть.

— Карета стала очень мягкой, Вы этим занимались? — наконец спросила девушка.

— Да, я не хотел снова ощущать, что еду в телеге, а не в карете, — ответил Виктор.

— Вам так важен комфорт? Разве недостаточно подложить больше подушек? — укоризненно спросила Линея.

— Зачем тогда вообще жить, если не стараться сделать своё окружение более комфортным? — спросил лорд, глядя на девушку, и поинтересовался следом: — Вы считаете, что, если я буду ездить на плохой карете или вообще ходить пешком, людям вокруг меня станет легче?

— Дворяне всегда думают только о комфорте, но Вы многое делаете для простых людей, и я подумала, что Вы и тут в первую очередь подумали о них, — ответила она.

— Не думайте слишком много. Я стараюсь для них, чтобы мне было лучше. Однако, если только им лучше живётся, а моя жизнь не меняется, тогда возникает вопрос. Зачем мне стараться? — спросил Виктор.

Он не против был помогать простым людям и делал это с радостью, но свой комфорт и жизнь считал более важной, чем любая в этом мире.

Когда ему хорошо, юноша с радостью поделится этим с другими, но не станет делать ничего в ущерб себе или пренебрегая собой.

После этого диалога они ехали молча вплоть до самой территории Селитаса, где его встретил конвой барона Гектора.

Во все владения по пути следования были заранее отправлены гонцы, которые должны были уведомить лордов о том, что по их территории проедет вооружённый конвой. Всё это было сделано, чтобы избежать недопонимания или конфликтов.

Виктор узнал об этом правиле, только уже находясь здесь, потому что когда раньше читал книги и смотрел фильмы, где у разных лордов возникают проблемы с местными из-за того, что они не знают, кто перед ними, ему казалось, что так и было в реальной жизни.

Но во всяком случае в этом мире такое было просто невозможно, только если дворянин не едет инкогнито.

Местных лордов обязательно уведомляли, и, если у вас хорошие отношения, например, как с бароном Селитасом, вам вышлют конвой для сопровождения, дабы в пути не столкнуться с проблемами или просто проявить дань уважения.

Если с каким-то аристократом отношения плохие, вам просто откажут в проезде через крупные населённые пункты в сопровождении солдат или предложат другой маршрут.

Последнее было мерой предосторожности, чтобы эскорт не мог провести диверсионную работу изнутри, поддержав атаку снаружи, а дворяне очень боялись подобного, стараясь лишний раз не рисковать.

Виктор ехал в карете и, одёрнув шторку на окне, наблюдал за пейзажами. Всё, что он видел, — поля и деревья с опавшей листвой, припорошенной снегом.

Уже было достаточно холодно, и даже когда они въезжали в деревни, на улице мало кто гулял. Люди в такое время года «переходили в своего рода спячку». Они оставались дома и, распределив еду, полученную от лорда или купленную самими, старались «растянуть» её, чтобы протянуть до весны, когда созреет урожай пшеницы.

Снежного покрова, видимого им, было явно недостаточно, чтобы сберечь урожай от морозов, и, если до серьёзных холодов его не выпадет больше, получить хотя бы половину урожая — уже можно считать успехом.

Виктор понимал это и, в отличие от Земли, где использовалась генно-модифицированная пшеница, которая давала больше урожая и могла выстоять в различных погодных условиях, пшеница этого мира была очень уязвима... И уже сейчас он искал пути решения данной проблемы.

Его эксперимент также мог пойти в неправильном направлении, так как его удобрения токсичны (если неправильно их обработать), и он не знал, хватит ли для этого растительной золы, что он добавлял, и сушки, которую провёл.