Паладин развивает территорию. Том I

Глава 70. Шумиха в лагере

Лагерь находился в поле с небольшими холмами, и тут повсюду, куда падал взор, стояли палатки с разными флагами и бродили солдаты.

Для Виктора выделили южную часть лагеря, а вокруг него расположились три барона, имён которых он не спрашивал, но они без конца приглашали его на банкеты.

Весь лагерь шумел постоянно, и отдохнуть было крайне сложно среди орущих солдат и ржущих лошадей, хотя порой казалось, что всё наоборот.

Следующие три дня Виктор наблюдал за ужасающим состоянием войск графа, и разочарованию юноши не было предела.

Тут творился сущий дурдом, а дисциплину удавалось поддерживать только благодаря личной страже Шерманин, которая патрулировала, разнимая дерущихся солдат или отчитывая дворян, которые допускали подобное.

Лорд сам стал свидетелем дуэли между двумя рыцарями, чьи хозяева что-то не поделили между собой, и Виктор, опасаясь такого, старался не контактировать ни с кем. Он не хотел начать поход с убийства или потери рыцаря.

Хотя за всё время в лагере ему не встретился ни один человек, с которым не смог бы справиться, молодой человек боялся столкнуться с другими дворянами по одной единственной причине — торговля.

Со всеми этими людьми виконт Балтес в будущем планировал вести дела, поэтому не хотел портить с ними отношения, ведь поход не продлится долго, а после него всё вернётся на круги своя.

Виктор также обратил внимание, что у Александра Шерманин были откровенно слабые вассалы, самым сильным из которых оказался виконт Дюнкерк, по слухам, находящийся на пике золотого уровня.

Остальные в лучшем случае были на уровне начала золотого уровня и, исходя из опыта лорда, не являлись ему противниками.

Учитывая такую слабость аристократов, юноша не хотел ещё больше ослабить графство, убив кого-либо из них на дуэли из-за глупости, поэтому приказал солдатам не просто не покидать лагерь, но и построил вокруг острог, чтобы никто не мог незаметно проникнуть внутрь или покинуть его.

Одним вечером Виктор спал в своей палатке, когда его разбудила ругань и возмущения людей на улице, что было довольно странным, учитывая высокие стены, отделявшие лагерь от остального места сбора.

Открыв глаза, он лежал, глядя в потолок и слушая разговоры. Судя по всему, кто-то отчитывал солдат, а потом послышался голос Алганиса, и, поняв, что ситуация под контролем, отвернулся к стенке палатки и снова попытался уснуть.

— Внимание! — раздался громкий приказ рыцаря.

Виктор аж подскочил с кровати. Молодой человек понимал, что капитан стражи готовится к бою, а значит, ситуация вышла из-под контроля.

Призвав броню, лорд выбежал из палатки и увидел, как его солдаты сбегаются и начинают строиться. В большинстве своём они были полуголыми или одеты в одни лишь брюки, но с щитами и мечами в руках.

Видно было, что впереди прямо у выхода из острога стоял Алганис, а напротив него три человека, двое из которых одеты в доспехи с обнажёнными мечами в руках.

В центре находился мужчина лет шестнадцати, среднего роста, хорошо сложенный, с волосами, уложенными назад, как у Виктора, а слева и справа от него стояли два рыцаря, на голову выше него.

Лорд быстрым шагом шёл вперёд, а солдаты оббегали его и строились за спиной рыцаря. Наконец, оказавшись рядом с Алганисом, он увидел сидящего на земле своего солдата с отрубленной рукой. Воин не кричал и не жаловался, просто перетянул верёвкой руку и молча, стиснув зубы, смотрел, находясь рядом.

— Кто это сделал? — спросил Виктор, поравнявшись со своим рыцарем.

— Этот, — указывая пальцем на стоявшего напротив рыцаря, ответил капитан стражи.

— Милостивый государь, я барон Лемье, хотел наведаться к вам в гости, а этот неучтивый пёс осмелился преградить мне дорогу, — заговорил молодой человек, стоявший напротив между двумя своими рыцарями, а слева от него был тот, на кого указал Алганис.

— Убей рыцаря, — приказал Виктор.

— Что Вы се… — закричал барон и резко изменился в лице, услышав приказ виконта, но не успел договорить, как рядом с ним сверкнул меч, и в один момент голова рыцаря, который отрубил руку солдату, подлетела в ночное небо, а тело рухнуло на землю.

— Арестовать остальных, — сразу после этого приказал лорд, пока голова рыцаря катилась по земле, а из шеи время от времени бил кровавый фонтан в такт угасающему сердцебиению.

В этот момент со спины барона начали собираться солдаты в полной экипировке, и, судя по всему, Лемье был готов к такому.

Однако Виктор не собирался его отпускать, и как раз в этот момент из-за спины юноши выпрыгнула Линея, в один прыжок настигла барона и ударом в живот уложила его на землю, в ту же секунду Алганис прыгнул на второго, который пытался атаковать девушку, и отрубил ему руку, в которой тот держал меч.

Девушка схватила корчащегося барона за шиворот и бросила к ногам своего лорда, который от неожиданности поднял правую ногу и, не зная, куда её снова поставить, опустил прямо на лицо молодого человека.

Рыцарь с отрубленной рукой корчился от боли, катался по земле и визжал, как свинья, которая в испуге бежит от мясника.

Всё это произошло за три секунды и настолько слаженно, словно эти двое ждали такой возможности, чтобы похвастаться перед Виктором.

Солдаты за пределами гарнизона начали собираться, словно решили атаковать.

— Стена щитов! — прозвучал приказ Алганиса, и солдаты, стоявшие позади лорда, выпрыгнули вперёд и со всего размаха вбили щиты в землю. Сила была настолько огромной, что щит почти на десять сантиметров уходил в землю. Следом за ними их накрывали щиты второй и третьей линии.

— Что здесь происходит? — раздался громкий, но знакомый голос.

Это был Андрос, брат Виктора, который вышел из темноты в сопровождении своих рыцарей.

— Виконт, что Вы делаете?! — Ещё не дойдя до них, он, усилив голос, задал вопрос.