Память о будущем

Глава 15.

Свой дом она любила. Крохотный коттедж, состоящий всего из двух комнат, она снимала у пожилой леди, пожелавшей после целой жизни, прожитой на одном месте, вдруг поехать посмотреть мир. Пожилая леди сказала, что мир меняется и если она хочет увидеть это и убедиться, что он не катится в бездну, стоит съездить и проверить, как он там, этот мир. Она была очень уверена в себе. Добрана тогда подумала, что немного завидует этой уверенности. Казалось, у хозяйки коттеджа никогда не возникало ни малейших сомнений, зато всегда имелось собственное мнение по любому поводу.

- Самоедущая повозка? – насмешливо спросила она, показывая потенциальной квартирантке домик. Добрана тихо следовала за ней, крепко сжимая в руках старенькую, но еще довольно крепкую сумочку. – Какая глупость! Почему бы сразу не отрастить себе крылья и не броситься со скалы? Вот что я скажу, девушка, если бы бог хотел, чтобы мы летали или проделывали все эти невозможные и неприличные вещи, так бы оно и было. Я надеюсь, вы не курите, - и она строго посмотрела на девушку.

- Нет, - осторожно ответила та, слегка ошеломленная резкой сменой темы. На мгновение Добране показалось, что она сама сейчас едет в этой невиданной самоходной карете. Ее участие не требовалось и все, что она могла делать, это наслаждаться поездкой и немного ужасаться, не зная, что ждет ее впереди.

- Должна же я была спросить. В наши дни юные девушки ничем не гнушаются, чтобы привлечь молодого человека. У вас есть молодой человек?

- Нет, - последовал короткий ответ.

- Хорошо. Молодые люди портят нервы и цвет лица. Мой муж был на тридцать пять лет старше меня и больше всего на свете любил свою грелку. Вот за такого человека нужно выходить замуж, - и дав этот непрошеный совет, она проплыла в небольшую комнатку, служившую одновременно гостиной, спальней и библиотекой. В углу стоял чистенький клавесин, прикрытый кружевной салфеткой, приземистый книжный шкаф дремал, прислонившись к стене, надвинув на лоб еще одну слегка пожелтевшую от времени салфетку. – Книгами я разрешаю вам пользоваться, но прошу вас, будьте очень осторожны и ни в коем случае не читайте во время еды. У современной молодежи встречается эта отвратительная привычка. Кровать вон там, за ширмой. Гостей мужского пола водить запрещено, прочие гости могут посещать вас при условии, что покидают дом не позднее семи часов вечера. Помните, пожалуйста, что это приличный дом.

Добрана кивала, и кивала, и кивала. Она уже тогда видела, как замечательно обживется в этом домике и как ей будет здесь хорошо. Несколько картинок на стенах, пара любимых книг, а вон в том кресле можно будет пить чай вечерами.

Так она и поселилась в коттедже.

о о о

Агата стояла в маленьком садике, одной ногой утопая в клумбе с анютиными глазками, и глазела на незнакомую девушку со светлыми волосами и открытым добрым лицом. Незнакомка, одетая в длинное старомодное бледно-голубое платье, стояла на пороге и повязывала на талии рабочий фартук из плотной темной ткани. На крыльце уже лежала маленькая лопатка, грабли и стояло зеленое ведерко с водой.

Агата смотрела и не могла отвести глаз. С каждой секундой она все четче и четче осознавала, что девушка не такая уж незнакомая. Что-то в ее лице, в ее походке, манере слишком широко распахивать глаза, казалось Агате знакомым и близким. Словно она уже видела это не одну сотню раз.

Крохотный коттедж, из которого выпорхнула девушка, тоже выглядел знакомо. Агату охватило то же чувство, что застигло ее в доме Блюменхолдов. Чувство принадлежности. Ощущение закольцованности времени. Именно здесь и сейчас время сошлось в одной-единственной точке и выходит, что Агата не просто находится рядом с этим коттеджем, но была и будет здесь всегда. Вся вечность этой бесконечной вселенной сомкнулась на крохотной локации.

Агата дотронулась до лепестка цветка, поковыряла влажную землю туфелькой, чувствуя, насколько настоящим является это место, хотя настоящим оно быть не должно. Какая-то часть Агаты знала, что это всего лишь сон. Ничего больше. Просто сон. Она уснула в библиотеке, как пятилетняя малышка, уставшая от длинного дня и прикорнувшая в первом попавшемся теплом уголке.

- Я надеялся, что застану тебя здесь, Добрана, - ласково проговорил мужской голос и Агата резко обернулась.

Девушка, покончившая наконец с передником, стояла, всем телом прижимаясь к мужчине. Он прятал лицо в ее волосах и шептал что-то, несомненно, очень ласковое и нежное. Вот он поднял лицо, и Агата узнала Альберта.

- Вот теперь утро действительно доброе, - улыбнулся Альберт, дотрагиваясь до щеки девушки.

- И это ты еще не видел, что я тебе приготовила.

- А ты что-то приготовила? – округлил глаза он и Добрана рассмеялась таким звонким веселым смехом, которым смеются лишь молоденькие влюбленные девушки.

- Я же знала, что ты примчишься, не позавтракав, - укоризненно сказала она, выпутываясь из крепких объятий. – Пойдем в дом, я отрежу тебе кусок пирога, который испекла по новому рецепту.

- Определенно, вы меня балуете, моя леди, - проворковал Альберт, открывая перед девушкой дверь.

- Пока нет, но скоро ты станешь моим, и тогда я действительно начну тебя баловать, - пообещала она, входя в дом.

Ловкими быстрыми пальцами девушка развязала узел рабочего фартука и упорхнула в кухню. Через несколько минут дрова затрещали в очаге, а блестящий медный чайник уже грелся на огне.

- Как насчет тоста? – обернулась она к возлюбленному, но его в кухне не было. Добрана знающе улыбнулась, пересекла небольшую кухню и прошла в гостиную. – Так и знала, что ты здесь.

Альберт стоял на лестнице, заканчивая крепить над окном карниз. Он обернулся, сверкнул белозубой улыбкой и вернулся к своему делу.

- Не могу же я позволить своей невесте страдать без должным образом повешенного карниза.

- Неужели? – просияла девушка и попросила: - Скажи это еще раз!

- Что ты моя невеста? – догадался Альберт и, проверив, крепко ли держится конструкция, спрыгнул с лестницы. – Ты моя возлюбленная невеста, Добрана, - прошептал он ей на ухо, и она почувствовала, что начинает плавиться от жара этих слов. – Моя хорошенькая, очаровательная невеста, от которой я не могу отвести глаз, - сильные руки скользнули на ее талию. – Самая прекрасная и восхитительная девушка, которую только могли послать мне небеса, - горячие губы прижались к ее шее, и Добрана судорожно глотнула ртом воздух, чувствуя, как замирает от счастья сердце и вот-вот перестанут функционировать легкие.