Память ветра

Перед прологом

――― ◇ ―――

Говорят, что до того, как был построен этот замок Альдхайма, на Великом озере стоял другой город. Никто уже и не вспомнит, как он назывался в то время, сейчас говорят просто Старый город.

Он был похож на любой другой город со своими каменными домами, узкими улочками, шумным портом и рыночной площадью в центре. Люди жили там так же, как живут они здесь и сейчас: торговали, растили детей, спорили о ценах на хлеб и ходили в храмы по праздникам. Только храмы тогда были не Великих духов – тогда ещё не было такого названия. Люди поклонялись эйдолонам, приносили им дары, просили защиты и благословения. Считалось, что эйдолоны живут в глубине озера, под толщей воды, и от их настроения зависит урожай, погода и удача в делах.

Но со временем люди стали реже приносить дары. Сначала пропустили один праздник – ничего страшного не случилось. Потом второй. Эйдолоны не напоминали о себе, и горожане решили, что те или ушли, или никогда не существовали, а все ритуалы – просто выдумки стариков. Храмы опустели, на алтарях оседала пыль, и никто не зажигал свечи по ночам.

Башни Старого города ушли под воду за один час, когда эйдолоны разгневались на людей за что-то. Что именно произошло, никто не знает. Одни говорят, что правитель города приказал засыпать старый алтарь на берегу. Другие – что какие-то маги попытались запечатать эйдолона в сосуд, как это делали в далёких землях, но ошиблись в своих расчётах. Третьи просто пожимают плечами: эйдолонам надоело, что их забыли. В любом случае, гнев пришёл ночью, когда ни одной луны на небе не было. Вода поднялась тихо, без шторма и ветра. Она просто прибывала, пока не скрыла последний шпиль городской ратуши. Кто-то успел выплыть, кто-то утонул в собственных домах. За час города не стало.

Теперь, в самые безлунные ночи, из глубины озера доносится шёпот: хор голосов утонувших и голос самого эйдолона, который всё ещё ждёт, когда его услышат. Утонувшие, как говорят, повторяют слова старых молитв – тех самых, которые никто не произносил уже много лет.

А эйдолон молчит. Только изредка, если очень тихо сидеть на берегу, можно различить низкий звук, похожий на стон – как будто под водой кто-то медленно выдыхает. Рыбаки говорят, что в такие ночи рыба не клюёт, а лодки сами разворачиваются носом к центру озера.

Но нынешняя королевская семья не верила в легенды. Они верили в мечи, магию и то, что трон нужно защищать любой ценой. Они построили новый замок на скале, недалеко от воды, и поставили стены, которые ни один эйдолон не сможет сдвинуть. Каждые десять лет они отправляют магов проверить дно озера – вдруг там есть что-то ценное, что можно поднять. Но маги возвращаются с пустыми руками и бледными лицами. Говорят, на глубине они слышали шёпот молитв.

И голосов слишком много, чтобы считать их мёртвыми.

――― ◇ ―――

Первый призыватель не был рождён с даром.

Она была обычной девушкой из деревни, что пряталась в ущельях Аскалона. Деревня называлась, кажется, Каль-Харан – по крайней мере так записано в одной старой карте, которую нашли в окресностях Хеш-Кале. Но этого никто уже не помнит точно, и сейчас это неважно.

Важно то, что в той деревне люди умирали. Не от войны, не от болезней, а просто от голода. Земля в ущельях была каменистой, ветер сдувал всё, что пыталось прорасти, а дичьживотные ушли оттуда в более изобильные места ещё до того, как родились её родители. Оставалось только сидеть и ждать, когда кончится последняя мука.

Она не стала ждать. Когда умер последний старый человек, который ещё помнил, где искать воду в сухой сезон, она взяла старый плащ, сбитые башмаки и пошла в горы искать решение. Может быть, она найдёт тех самых богов, про которых ей рассказывали в детстве. Может быть, плодородное место, где можно вырастить хоть что-то съедобное. Она шла три дня, пока не наткнулась на пещеру, которую никто из её деревни не видел раньше. Стены внутри неё светились слабым голубым светом, и в этом свете не было никого.

Девушка зашла внутрь и услышала голос, как позже оказалось, она нашла в той пещере эйдолона. Тот говорил с ней голосом ветра – не словами, а скорее ощущениями, которые складывались в речь прямо у неё в голове.

– Зачем ты пришла? – спросил он.

Она ответила честно:

– Люди умирают, у них нет еды, воды, и нет даже надежды на завтрашний день.

После долгих раздумий эйдолон потом предложил ей сделку: его знания в обмен на гостеприимство в её душе, но с тем условием, что иногда она будет выпускать его ненадолго. Он не хотел терять возможность чувствовать ветер, но хотел понять, что значит быть живым существом, а не просто силой.

Она согласилась не сразу. Говорят, она сидела в той пещере целую ночь, глядя на светящиеся стены, и думала о том, что её ждёт дома, если она вернётся с пустыми руками. Однако, утром она кивнула, принимая условия сделки. Эйдолон вошёл в неё как дыхание – она почувствовала, как воздух стал тяжелее, как в груди появился кто-то ещё, кто дышит в такт с ней. С тех пор её дети могли говорить и с другими эйдолонами, не только с ветром. Не все, не каждый, и не так ясно, как она, но они слышали их – иногда во сне, иногда наяву, как шёпот за спиной или в голове. Её народ перестал голодать и умирать. Они научились добывать воду из-под земли и строить дома, которые не сдувает ветром.