Памяти звёзд

Глава 20

Площадь Реверса тонула в ночной мгле. Ветхие постройки, окружавшие её, казались скелетами давно умершего города: ржавые балки торчали из стен, а окна, забитые листами металла, зияли пустотой.

Клио стояла на краю площади, её силуэт едва проступал во мраке ночи. Исток вибрировал внутри неё. Она чувствовала их — драугров. Эти существа, осквернённые генетикой и кибернетикой, прятались в тенях обветшалых зданий. Их души, перекованные болью и колдовством асов, пульсировали в Истоке как гниющие раны — уже нечеловеческие, но всё ещё цепляющиеся за подобие жизни.

И она знала, что за каждым её шагом следят десятки глаз, спрятанных за ржавыми стенами.

Валькирии тоже были здесь. Их присутствие в Истоке было призрачным, почти невидимым, но Клио чувствовала их. Где-то рядом они ждали, готовые броситься в бой при первом же сигнале.

Кидомона сжала рукоять меча, затем медленно разжала пальцы, заставляя себя сохранить контроль. Её взгляд скользнул на пояс — там висел металлический футляр ромбовидной формы. Атта выменял его на бутылку пива. На первый взгляд — глупая трата времени. Но именно на эту невзрачную безделушку сейчас была вся надежда.

— Ты уверен, что это сработает? — спроисла он глядя на то как Атта заканчивал работу над футляром.

— А вот попробуем и узнаем, — ответил старик передавая ей его.

Теперь она глубоко вдохнула, прочищая разум от страха и неопределённости, и сделала первый шаг. Затем второй. Спустя мгновения она вышла открытое пространство площади.

Ибито не заставил себя ждать.

Он вышел из темного проёма одного из домов, чёрный плащ колыхался вокруг него, будто живое облако тьмы. Его лицо, бледное и угловатое, украшала самодовольная усмешка. Рядом с ним двигалась валькирия — её алые крылья были, как свежая кровь на белоснежном снегу. Она вела Лугбанда.

Пастух шёл, спотыкаясь. Лицо его было покрыто синяками, одежда разорвана, но глаза… живые, яростные, горели упрямством. Он был жив. Это было главное.

— Клио! Я знал, что ты придёшь. Ты всегда была такой… предсказуемой. — Он взглянул на валькирию. — Видишь? Я же говорил, что она появится. Филан внушил ей эту глупую жалость к низшим.

— Она порочит свою кровь, — сквозь зубы процедила крылатая.

Клио остановилась в центре площади. Её взгляд холодно скользнул по Ибито, затем по крылатой воительнице, и, наконец, остановился на Лугбанде. Их глаза встретились. Пастух едва заметно кивнул — молча сказал: “Я в порядке”. Клио сжала челюсти и снова посмотрела на предателя.

— Где мемолибра? — спросил он, делая шаг вперёд. — Не заставляй нас всех терять драгоценное время, кидомона. У твоего друга времени не так много.

Клио медленно подняла руку. Пальцы коснулись пояса, где висел футляр. Исток в её крови пылал, готовый вырваться в любой момент.

— Отпусти его, — произнесла она. — И получишь, что хочешь.

Ибито коротко рассмеялся — резко и безрадостно. Он кивнул валькирии. Та немедленно толкнула Лугбанда вперёд. Пастух упал на колени, но сразу попытался встать, стиснув зубы от боли. Валькирия шагнула к нему, её латная перчатка сжалась на его шее, прижимая к земле.

— Одно моё слово — и Моргрей, — Ибито театрально поднял руку, останавливая воительницу, — оторвёт ему голову. Голыми руками.

“Они готовы. Ждут твоего сигнала”, — прозвучал в наушнике голос Атты.

Клио сделал вдох и выдох. Изобразила на лице гнев и разочарование. Медленно отстегнула футляр, подняла его перед собой и приготовилась.

— Скажи, Ибито… почему?

— Ох, ну прекрати, Клио, — произнёс он с холодной усмешкой, почти снисходительно, как взрослый, разъясняющий ребёнку простую истину. — Я всегда верой и правдой служил своей госпоже. А ты… ты служила лжи, которую веками плели Филан и его предшественники. Лжи, которая в конце концов погубила вас всех.

Он покачал головой, в его глазах мелькнуло что-то похожее на жалость — или насмешку.

— Филан был бы разочарован, — холодно произнёс Ибито. — Он ошибся, доверив эту миссию тебе. Следовало выбрать кого-то другого. Кого-то, кто способен принимать тяжёлые решения. Например, пожертвовать всеми кидомонами ради спасения мемолибры.

Клио бросила на него взгляд, полный ледяной ярости .

— Какая жалость, — протянул предатель, его улыбка стала шире, напоминая оскал хищника. — Что такая ничтожная планета станет могилой последней кидомоны…
Клио не стала слушать дальше, она начала действовать. Её рука дернулась, и удар Истока обрушился на валькирию. Та отлетела назад, выпустив Лугбанда из хватки. В тот же миг Клио создала защитный барьер вокруг пастуха. Ибито потянулся к своему гримуару… но в этот момент футляр в его руках взорвался.

Последняя кидомона бросилась вперёд.

Драугры вынырнули из теней — их силуэты, обрамлённые чёрными доспехами, мелькнули в полумраке, прежде чем они открыли огонь. Снаряды с пронзительным свистом рассекали воздух, оставляя за собой дымные следы, и врезались в энергетический барьер Клио. Щит, сотканный из Истока, мерцал под ударами, его поверхность рябила, как вода под дождём.

— Держись! — крикнула она, хватая Лугбанда за руку. Пастух, стиснув зубы, кивнул, не говоря ни слова. Она рванула вперёд, таща его за собой, ловко уворачиваясь от выстрелов, что разрывали землю буквально в шаге от них.