Паноптикум. Книга 4

Глава 24

Несколько дней вокруг меня царила настоящая суматоха. Нанятые Ками работники изготавливали мебель, устраняли недочёты, допущенные строителями, и, вероятно, выполняли другие задачи. Но я не особо вникал в эти дела. Попросив завершить ремонт моего кабинета в первую очередь, я большую часть времени проводил в нём, выслушивая доклады Влада и Керика, а так же беседуя с Молотом, Тимуром и Войничем.

С тех пор, как мы покинули Миру, отправившись охотиться на Ловцов, а затем посещали далёкие восточные зоны, активируя Врата в них, прошло целых полгода. За это время в столице произошло достаточно много разных событий. И хотя я регулярно получал сообщения с краткими сводками по основным из них, выслушав участников всех этих событий, мне удалось узнать массу интересных деталей.

Торговля Активаторами пошла на ура. Даже лучше, чем мы могли предположить, когда только затевали её. За последние полгода их было продано двадцать шесть тысяч штук. Ещё четыре тысячи выкупили торговцы. А вот отправиться в новый мир, чтобы лично добыть для себя розовую горошину, пожелали лишь чуть более полутора тысяч юношей и несколько сотен молодых девушек. Это даже меньше, чем те десять процентов, на которые мы когда-то рассчитывали.

В итоге заработанных денег хватило на всё. К нашему возвращению успели возвести не только дом, но и построили новые казармы, обнесли весь участок кованной изгородью, соорудили тренировочную площадку, высадили деревья в небольшом парке, изготовили навес над Вратами, а так же сделали к ним отдельный огороженный вход с улицы.

Помимо прочего, именно на полученные от продажи Активаторов деньги начали большую стройку в новом мире. А чтобы в будущем не возникло никаких споров по поводу принадлежности земли, на которой будет проходить эта стройка, Молот добился от Совета оформления участка, прилегающего к вратам на той стороне, в мою собственность. Отец Ками вручил мне соответствующие бумаги в первый же день после нашего возвращения.

Совету, чтобы всё выглядело законно, пришлось вписать земли, на которых в новом мире расположились Врата, в устав государства. Мужики не стали размениваться по мелочёвке, так что теперь огромный участок суши, омываемый с двух сторон водами океана, а с третьей отрезанный от остальной части материка горной грядой, является территорией Тарии. Некоторые наиболее ушлые горожане даже успели приобрести там землю. Причём самыми дорогими оказались участки, прилегающие к моим ста гектарам.

Для кого-то всё это может выглядеть странно. Ведь именно мы с Ками открыли Врата и первыми попали в новый мир. И сделали это без чьей либо помощи. А теперь мне приходится согласовывать с Советом своё право на получение в собственность куска земли на открытой нами планете. Но ведь всё далеко не так просто, как может показаться на первый взгляд. Общество должно подчиняться хотя бы каким-то правилам. И чем более тщательно прописаны эти самые правила, тем комфортнее живётся соблюдающим их людям. Я, конечно, не имею в виду те случаи, когда законы написаны не для всего общества, а лишь для горстки людей, их писавших. Такое, к сожалению, тоже бывает. Но и жить совсем без правил как-то не хочется. Стоит просто посмотреть на жизнь людей в зонах, где правят кланы. А ведь даже там некие, пускай и неписаные, правила существуют. Иначе люди давно бы просто поубивали друг друга.

Во время строительства форпоста обнаружилась одна важная особенность Врат. Или даже скорее функция. Оказалось, что они способны перемещать не только стоящего в центре человека, но и всё, что находится в этот момент на круглой каменной площадке диаметром в три метра. Таким образом, всё то огромное количества камня, что осталось после разборки замка и стен, его окружавших, постепенно переместилось в новый мир. Это существенно сократило расходы на мастеров, способных создавать каменные блоки при помощи своей способности. К нашему возвращению на хранении у Тимура скопилось более тридцати тысяч золотых монет, заработанных на продаже Активаторов. Они плавно переместились в наш с Ками дом, после чего я задумался над приобретением сейфа. Тот, в котором хранился собранный мной перит, оказался маловат.

– А что там с Рыжиками? – Спросил я у сидящего напротив Керика. – Сколько тварюшек вы убиваете ежедневно и как быстро они восстанавливают свою популяцию?

– Мы охотимся на них уже полгода. Добываем в день по пятьдесят Активаторов. Этого вполне достаточно. Ведь семнадцать как раз и исполняется примерно пяти десяткам подростков каждые сутки. Так вот, за всё это время я не заметил, чтобы зверьков стало меньше. И даже Торчки, на которых мы устроили большую охоту полгода назад, за последнее время вроде как смогли восстановить популяцию до прежних размеров. По крайней мере, люди, которых я посылал это проверить, утверждают, что всё именно так.

– Это отличная новость. – Я встал из-за стола, подошёл к мужчине и хлопнул его по плечу. – Скажи, как тебе вообще новый мир? Смог найти в нём что-нибудь интересное?

– Да какое там! – Махнул он рукой. – Большую часть времени приходится контролировать строительство. Уже готовы казармы на пятьдесят человек, пара небольших домиков для офицеров. Сейчас занимаемся полигоном. Нужно всё тщательно продумать, чтобы маги во время своих тренировок не натворили дел.

– Не помешаю? – Вошедшая Ками посмотрела на Керика. – Спускайся в столовую, я приготовила для вас обед. А ещё там папа с Тимуром пришли. Мы с Аксом подойдём через несколько минут.

– У тебя ко мне какое-то дело, милая? – Когда за Кериком закрылась дверь, я приблизился к девушке и аккуратно поправил непослушный локон, выбившийся из её причёски. – Как прошло твоё утро?

– Я была у мелкого. В доме, который снимают его родители. И вот о чём я хочу с тобой поговорить: ты не станешь возражать, если Астра переберётся к нам?

– С какого перепуга? – Признаться, Ками застала меня врасплох своим вопросом. – Эти оболтусы успели надоесть бабуле всего за несколько дней?

– Может, ты не заметил, но это большой дом. К тому же мы с тобой частенько путешествуем. Вот я подумала, что будет неплохо, если появится человек, который станет помогать мне по хозяйству и присматривать за домом в наше отсутствие.