Пансион Драконьих невест

Глава четвертая

Глава четвертая.

Комнаты здесь — не хуже уже привычных в Академии. И там тоже нам никто не предлагал апартаментов на одного.
Это еще девушки там были в привилегированном положении. А вот парней размещали в комнатах на четверых.
Были...
И сейчас так живут. Как жили раньше.
Все, кроме меня...
Во взгляде приютской — раздражение и злорадство сразу. Правда, через миг уже осталось только первое.
Потому что я спокойно стащила с себя униформу студентки, облачилась в выданную мне забавного цвета тряпку и принялась шнуроваться. А вот платье цвет не поменяло. И надевать это придется нам обеим.
Да, мне и правда плевать, где шнуровка — впереди или сзади. Впереди — даже лучше, раз служанки нет. А девица могла бы и заранее заметить, что у студенческого наряда шнуровка вообще не предусмотрена. Ведь для приютских острое зрение и внимание к деталям — тоже вопрос выживания.
- Мы здесь все теперь простолюдинки, - всё же ехидно напомнила она, довольно зло сминая платье в тряпку.
- Ничего подобного, - скопировала ее тон я. - Мы все — Драконьи избранницы. Это величайшая честь в королевстве, тебе об этом на уроках разве не рассказывали?
Содрогнулась девица рефлекторно, как и пугливо зыркнула по сторонам. Не сразу вспомнила, что мы и так — гарантированные смертницы. И значит - никакой квалифицированной казни за оскорбление короны, короля, королевской собачки, тапочек королевы и так далее, и тому подобное. Никто с этого Острова нас никуда не поволочет ради такой мелочи, как показательная публичная расправа на площади.
Слишком дорого за нас заплатили, чтобы убить совсем в другом месте. И другим способом.
Кстати, мне нравится, что в камере есть окно. И даже незарешеченное. Промах тюремщиков? А вот сомневаюсь.
Мы здесь - далеко не первые жертвы. И если насчет герцогини Марианны всё ясно, то вот моя напарница с третьего этажа темной ночкой выбраться вполне может. Даже не сомневаюсь.
Значит, по какой-то причине это маловероятно.
- Цвет ужасный, - девчонка брезгливо вертит в руках бедное уже измятое платье. И кривится - не хуже высокомерной блондинки-аристократки. - Не захочешь, а испачкаешь.
- Жертва должна быть в белом, - высокопарно заявила я. - Как и дебютантки, и вообще — невинные девы. Ничего, постирают. Вряд ли здесь кого-то лупят за пятно на платье.
Тем более, всегда можно их заменить. В обеих половинах шкафа платьев развешано по пять штук. Все — белые.
- Какая еще невинная дева? - возмутилась моя сокамерница. - Я им раз триста успела признаться, что никакая не дева давно уже. И не подхожу их привередливым Драконам.
- Им плевать. Девственность волнует только человеческих аристократов, чтобы Девичий Алтарь на свадьбе загорелся белым.
- А иначе черным? - зло язвит она.
- Красным или золотым. Золото — значит, согрешила только с самим женихом. Жрец тогда слегка пожурит. А вот если красным...
- Брака не будет?
- Да, почти наверняка. Невесту или вернут с позором домой, или жених оставит ее младшей женой. То есть фактически официальной наложницей.
- У простолюдинов не бывает младших жен.
- В том-то и дело. И Девичий Огонь они не жгут. Охота деньги на ветер... на дым пускать.
- Но Драконы нас и берут только младшими женами.
- То-то и оно. Никому твоя утраченная девственность даром не нужна.
- Мне нужна, - буркнула она. - Может, я бы ею сейчас с орками за свободу расплатилась.
Я уже хохочу:
- Орков тем более не интересуют человеческие девственницы. Открою тебе по секрету: не очень-то мы привлекательны на их вкус. А в некоторых племенах и орчанок-то предпочитают уже доказавших плодородие. Но не во всех, правда, - посерьезнела я. - У некоторых орчанки хранят невинность почище любой аристократки. И обычно на матери своего ребенка орк потом женится. А то такого гуляку могут и из племени турнуть. Или показательно во дворе дома высечь — на потеху всему племени. И порядочная орчанка за бросившего ее соплеменницу беременной еще и не пойдет.
- Ого, как строго. Девок тоже секут?
- Нет. Их нельзя позорить. Если слишком виновны — сразу казнят. Но не за блуд. За это лупят всегда мужика. Считается, что у него должно хватить силы воли удержать в штанах... всё, что там находится.
- Но они же заказывают в борделях человечек... шлюх. Точно знаю.
- Именно. Опытных и умелых — для экзотики. Люди же заказывают иногда гоблинок. Хоть красавицами их и не считают.
К тому же, орки, конечно, ребят простые и грубые, но не садисты. А они для человечек все-таки крупноваты.
- А «смески»? - Судя по взгляду, они для приютской попривлекательнее чистокровных орков.
- «Смескам» верить нельзя. - Вот это уже — без всяких шуток. - Считается, что их не принимают боги орков. Да и человечьи — тоже. Так что они ни орков, ни людей особо не любят. И клятв не держат никому. Им клясться нечем. Богам — мимо. А кровь у них нечиста.
- А ты это всё откуда знаешь? - девчонка зло швырнула вконец измятое платье на кровать. За «смесков», что ли, обиделась? - В высокородской Академии преподавали?
- Преподавали, но не в Академии. Один из моих лучших наставников был орком.
- Так ты... - ее глаза аж загорелись. - Возьми меня с собой, - понизила она голос. - Я пригожусь, клянусь чем угодно.
- Ничего не выйдет, - качнула я головой. - Я ему была не дочь и не сестра, а у этих даже родовые знаки совсем другие. За наш побег они ответят головами. Не согласятся.
Черная тень закрыла свет в окне. Огромный Дракон в небесах летит над Островом.
Нет. Парит. Огромными кругами.
Кажется, я выругалась вслух. И по-орочьи. Больно уж внезапно прилетел... чтоб ему в море свалиться. И окаменеть — как Раненой Птице.
- А ты как думала? - горько смеется приютская, подходя к шкафу. - Наша небесная стража. Чтобы орки не купились на наши прелести, да?
Орки. Или «смески». Или дивы, если тут вообще есть хоть один див мужского пола.
А сами Драконы и так не купятся. Мы же и без того — их с потрохами. Давно куплены.
- Погоди, как эта замороженная рыбина тебя назвала? - вспомнила вдруг сокамерница. - Ирена Эгарт?
- Она самая, - привычно усмехаюсь я.
Потому как сейчас опять — начнется.
- А я-то пыталась вспомнить, почему фамилия знакома. Так это ты, - теперь приютская прищурилась, - та самая девка, что зарезала жениха?
- Было дело.
- А бабу?
Далась им всем эта «баба».
- Ее-то за что? Обычная кабальная. У нее что, право отказаться было? - пожала я плечами. - Я и его самого — вовсе не за это. Что я рехнулась — за кувырки в постели на дуэль вызывать? Я ведь все-таки ученица орка, а не сама — урожденная орчанка.
- Возьми меня с собой. Я пригожусь. Честно.
- Возьму. Если сама смогу вырваться. А ты — меня.
- Заметано.
Нет, я ей не верю. Но мы можем объединиться. Ни одной из нас нет смысла сдавать другую. Что мы взамен-то получим? Лишний десерт на ужин?
И я уверена почти полностью: в окно на меня так злобно пялилась не она. Нет в ней злости — конкретно ко мне.
Не больше, чем к другим аристократкам. А то даже и меньше.
- Меня Лина зовут, - приютская спокойно достала из шкафа другое платье взамен смятого. Будто только что и не бесилась. - Коралина.
- Красивое имя.
И мне наплевать, настоящее или нет.
- Кстати, представляешь, как там высокородка-герцогиня шнурует платье? - хихикнула вдруг приютская, посвободнее распуская шнурки. Молодец: свободное дыхание - важнее соблазнительного декольте. Да и кого тут соблазнять-то? - Впервые в жизни.
- Вот мы ей сейчас и поможем, - подмигнула я. - Я.
- Зачем?
- Затем, что она нам тоже пригодится, - понизила я голос. - Мы с тобой — обе талантливые, но бедные, как храмовые мыши. Удерем, дальше что? Ни золота, ни цацек, ни артефактов, ни поддержки семьи. Грабить на больших дорогах пойдем? А ее папочка — герцог. И у них денег — куры не клюют.
- А ты — голова! - одобрительно кивнула моя новая подельница. - Нюхом чую, с тобой не пропадем.