Папа (для) моей дочери

Глава 3

Тело горит от прикосновений губ и рук, и я жадно выгибаюсь навстречу ласкам, требуя ещё. С губ невольно слетает имя мужа, и его палец снова закрывает их, мягко обводит контур, чуть приоткрывает и ускользает. Принимаю его игру, но ничего не могу с собой поделать. Таких острых ощущений не было. Никогда. Возможно, это объясняется моей беспомощностью: я ничего не вижу и не могу освободить руки, но муж не спешит выпустить меня из этого сладкого плена.

Рваный вздох вырывается из груди, и я просыпаюсь. Тело ломит от неудовлетворённого желания, а это… всего лишь сон. Облизываю пересохшие губы и бросаю взгляд на кровать: Вадима рядом нет. Опять. Тянусь за телефоном. Там тоже ничего. Вряд ли сейчас смогу уснуть. Прислушиваюсь к ночной тишине. Дом спит. Лишь мерный переход стрелок на настенных часах говорит о том, что я дома. Днём часы не слышно, а вот ночью я часто слышу этот звук: «Чик. Чик. Чик».

По привычке открываю альбом с фотографиями на телефоне и листаю снимки. Наверное, никогда не перестану любоваться ими. На каждом я и Вадим. И мы счастливы. Именно счастьем светится каждый кадр. Так и засыпаю с телефоном в руке, где открыто фото мужа.

— Доброе утро, Светлана Ивановна, — приветствую свекровь, заходя на кухню.

Женщина оборачивается.

— А, Ирочка! Доброе! — бросает она через плечо, отворачивается и включает блендер.

Светлана Ивановна — сторонница правильного питания. Сегодня у неё на завтрак смузи зелёного цвета, в отличие от прошлого раза, довольно приятного.

Свекровь замечает моё внимание.

— Здесь авокадо, огурец и корень сельдерея. Немного воды. Очищающий, — выдаёт она информацию. Коротко и по существу, но меня совсем не интересует состав её напитка.

— Ясно. Вадим вам не звонил? — наконец задаю вопрос, который хотела задать сразу, но помешал блендер.

— Ах, да! Совсем забыла! Его вызвали… — она делает неопределённый жест рукой, словно пытается вспомнить, — не помню! Сказал, что позвонит, как будет минутка.

— Ясно, — отвечаю. Хотя на самом деле ничего не ясно! Почему он не позвонил мне?

Выхожу из кухни и закрываюсь в комнате. Ненавижу одиночество! Вадим прекрасно знает, как тяжело мне даются наши разлуки. Всегда перед отъездом он очень внимателен, а тут даже не позвонил!

Заняться мне нечем. Вадим категорически против того, чтобы я работала. Подруг здесь у меня нет. Да и откуда они появятся, если я практически всегда заперта дома. А от интересов Светланы Ивановны начинает тошнить. Ведь кроме журналов мод и рецептов вечной молодости её ничего не волнует.

Она привыкла ничего не делать и её это устраивает, а я начинаю умирать от бессмысленного существования и вечного ожидания мужа. Наверное, будь у нас ребёнок, я не чувствовала бы себя такой одинокой. Но прошло уже три года, а беременность так и не наступила.

Я несколько раз обсуждала этот вопрос с Вадимом, предлагая пройти обследование, но наутро лишь слышала от его мамы: «Вадюша ещё так молод, и я пока не хочу становиться бабушкой».

А я очень хотела стать мамой! С завистью смотрела на счастливых мамочек, прогуливающихся в парке с колясками. Вадим ловил мой взгляд, так же взглядом обещая, что и у нас тоже будет ребёнок.

***

Вадим позвонил только вечером. Схватила трубку дрожащими руками.

— Вадим!

— Привет, малыш. — От звука его голоса подкосились ноги. — Прости, не мог позвонить раньше. Работа. Ну, ты меня понимаешь…

«Нет! Я не понимаю! Я ничего не понимаю!» — хотелось закричать.

— Конечно, — ответила, скрывая эмоции. — Устал?

— Безбожно.

— Вадим, я соскучилась, — произнесла я с мольбой в голосе. С каждым разом ожидание становилось невыносимее. — Ты когда вернёшься?

— Если бы я только знал. Думаю, через неделю.

Неделя. Внутри всё оборвалось. Это целых семь дней и семь бессонных ночей!

— Алло? Ириш?

— Я тут, — ответила безжизненным голосом.

— Мне пора. Люблю тебя, малыш.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала, слушая гудки в телефоне.

Посмотрела на часы: слишком поздно, чтобы заниматься делами, но я прекрасно знала, что Вадим мог работать всю ночь за ноутбуком. Но он был рядом. А сейчас придётся ждать семь дней и спать в одиночестве долгих семь ночей.

Отбросила телефон на подушку, словно это он виноват в случившемся.

Когда-то я мечтала вырвать пару часиков, чтобы просто лежать и ничего не делать. Но это было так давно, что кажется — в другой жизни. Я училась, бегала на съёмки в разные фотостудии, урывала пару часиков на сабантуи с Леськой и была самым счастливым человеком. А сейчас?

Сейчас я тоже была счастлива. Немного по-другому, конечно. Вадим не одобрял моё увлечение фотографией. Считал это несерьёзным и непрестижным занятием. «Моя жена никогда не будет бегать с фотоаппаратом и снимать пьяные вечеринки», — говорил он. Почему он решил, что фотограф занимается только съёмкой свадеб и юбилеев? Ведь можно добиться успеха и на телевидении. Но факультет «Руководство студией кино-, фото- и видеотворчества», о котором я так мечтала и на который поступила, пришлось бросить.