Папа для Солнышка. Найду вас, любимые

Глава 6

Боже мой, он здесь!

И слышал всё, что я говорила.

Просто кошмар.

От смущения сразу же вспыхивают щеки, они горят ярким пламенем, но я молчу, ничего не отвечаю, игнорирую Яна. В надежде, что он уйдет, отворачиваюсь к ребенку, благо у меня есть чем заняться.

Как могу заканчиваю грим, тщательно прорисовываю, несмотря на то, что руки предательски дрожат, беру в руки небольшое зеркало, подношу к лицу девочки, чтобы она оценила результат.

— Нравится?

— Вот это да, здовово! Я тигва! — малышка улыбается, хлопает в ладошки, у нее на щеках ямочки. Она чем-то похожа на Яна, это нормально, он ведь ее дядя.

Не могу не улыбаться, эмоции детей такие искренние, они никогда не обманут и не предадут.

Отчего-то вдруг думаю о своей доченьке, она ждет меня дома, а могла быть на этом празднике, хотя она еще совсем кроха, но всё-таки, и ее папа играл бы с ней и проводил время.

Справедливо ли, что она лишена этого? И то, что я скрываю малышку от ее отца?

Эти мысли закрадываются в голову по мере того, как я вижу Яна.

Смотрю на то, как он обращается с маленькой девочкой на моих глазах. Он мог бы быть замечательным папой.

— Дядя, сматли, я тигва!

Ян подходит ближе, меня тут же сковывает оцепенение, а он присаживается на корточки и рассматривает личико племянницы.

— Какая ты красивая, настоящая тигра.

Она смеется и наклоняется к нему, что-то шепчет на ушко. И при этом посматривает на меня. Я вздрагиваю от догадки. Сейчас она ему расскажет секрет, что я то самое Солнышко. Как будто бы он сам не догадался…

Снова проваливаюсь в воспоминания, этот безудержный поток невозможно удержать, эпизоды памяти затапливают меня с головой.

Я тогда опаздывала, с лекции бежала на подработку, устроилась в детский центр аниматором, на полставки, деньги очень нужны были. И снова встретила Яна.

Он предложил подвезти, я не стала отказываться — торопилась, хотя было немного неудобно соглашаться на его помощь, я же сама его динамила.

Потом я очень удивилась, что он всё время, пока я играла с детками, ждал меня у выхода, хотя прошло несколько часов.

Как я поняла, очень уж хотел в кафе пригласить. Было неудобно отказываться, раз он потратил столько времени. И потом, мне было приятно, что он ждал.

От его настойчивости так сладко сжималось сердечко, во мне всё подпрыгивало от волнения.

Никогда со мной такого не случалось!

Думала, что буду всю дорогу смущаться, но Ян сумел меня к себе расположить, в кафе я и вовсе расслабилась, он заказал очень вкусные блюда, развлекал меня беседами, разными шутками.

С ним было очень хорошо, я даже не думала, что смогу быть такой смелой рядом с ним, такой открытой. Мы говорили, кажется, обо всем на свете. Он рассказал о сестре, о том, что у него есть племянница, я сетовала на то, что одна у мамы, а так хотелось иметь сестру или брата.

Когда Ян довез меня до общежития, я ожидала, что он полезет целоваться, но мой спаситель и здесь удивил.

Просто бережно, аккуратно взял мою руку и коснулся ее своими губами.

Такой нежный жест, но в то же время чувственный!

Губы у него были горячими, а взгляд — с затаенным жаром.

Тогда еще я подумала, что мне хотелось бы почувствовать его губы на своих. Узнать, каково это — целоваться с таким взрослым и красивым мужчиной. Я ведь понимала, что он старше не на год и не на два. Уверенный в себе, умный, богатый, красивый, и я — бедная студентка, простая, хоть и не глупая.

Я никак не могла понять, зачем ему со мной возиться. Я же девственница, совершенно неопытная, не продвинутая, не его круга.

В чем смысл? Неужели ему со мной правда интересно? Неужели нет дел поважнее и девушек получше меня?

Я всё время какого-то подвоха ждала.

Но совсем не ожидала серьезных слов:

— Ты очень красивая и нежная, Ярослава, давай попробуем встречаться.

Встречаться? С ним? Помню, как щеки жаром опалило. Хотелось сказать — да, да, да! Но я очень долго сомневалась, уверяла себя и его, что мы разные. Что нам не по пути. Не поддавалась на ухаживания Яна. И, конечно, если бы он грубо ко мне лез, всё было бы иначе.

Но он сумел меня приручить лаской, нежностью и деликатностью.

Я правда поверила, что у него ко мне всё серьезно, каждому его слову поверила.

Оказалось, что зря.

Возвращаюсь в реальность. Ян продолжает наблюдать за мной, вскидываю голову, показывая решимость отбить его атаку, если она последует.

Что он вообще от меня хочет? Шел бы лучше к своей распрекрасной Стасе.

Ян отпускает племянницу, которая быстро обнимает меня, а потом бежит к подружкам, чтобы похвастаться своей мордашкой.

Мы с Яном остаемся наедине. Мне некомфортно, морозит и в то же время кидает в жар. Щеки печет нещадно.

— Как поживаешь? Счастлива? — спрашивает небрежно, холодным взглядом скользя по всей моей фигуре, с головы до ног меня осматривает, совсем не церемонится.

От этого взгляда становится еще более неуютно, мне он не нравится, настораживает слишком. Предчувствие недоброго не покидает, от Яна мне хорошего ждать не приходится.

Спрашивает, счастлива ли я? Интересно. Его волнует, счастлива ли девушка, которой он изменил накануне свадьбы? Которую выбросил из жизни?

— Очень, — отвечаю коротко, едва разжимая зубы, и смотрю ему прямо в глаза, хотя мне очень сложно на него смотреть, он меня пугает.

Но я правду сказала. Я очень счастлива быть мамой нашей с ним малышки. Вернее, только моей.

Он отказался от меня, значит, и от нее тоже. И я никогда не узнаю, каким хорошим отцом он мог бы быть. Не для моего Солнышка!

— Извини, мне работать надо.

Не хочу тратить на него время, уже собираюсь уйти, как Ян преграждает дорогу.

— И что, это твой предел мечтаний — перед малышней скакать в короткой юбочке? Ляжками перед папашами светить? — спрашивает холодно, бьет больно своим пренебрежением и унизительными словами. — Или ты потом перед папашками отдельно скачешь?