Папа для Солнышка. Найду вас, любимые

Глава 10

— Ярослава, всё нормально? Этот твой не приходил больше? — Женька заглядывает мне в глаза.

Головой мотаю.

Он не мой.

Не приходил, к счастью.

— Перекусить успела? Нам еще тут часа три отжигать, — вздыхает подруга. Да, работы много, но зато и платят тут очень прилично.

— Кофе выпила, есть не хочу. Надо тоже маме позвонить, пока детей не привели.

— Иди, звони, если приведут, я их займу. Загадки позагадываю, пока не нужно, чтобы они сильно прыгали, чтобы плохо никому не стало.

Киваю, вспоминая, как один раз, когда мы с Женей только начали работать в паре, у нас на празднике одну девочку вырвало, потому что она переела, а мы сразу после обеда конкурс с танцами устроили. Теперь стараемся выбирать не такие активные игры.

— Ты извини, что я не углядела за этой куколкой с пирожным, еще и потом стушевалась, — говорит напарница, беря меня за руку, — просто тоже вспомнила… Эта девица, которую испачкали, так похожа на одну мадам из моего прошлого.

— Они все похожи, одинаковые куклы из “Нельзяграмма”, — фыркаю я.

— Это точно, как под копирку сделанные, — усмехается Женя. — Хорошо, что мы с тобой не такие.

— Да, хорошо! — отвечаю я, приобнимая подругу.

Хорошо.

Только вот мужчины, которых мы любили, почему-то выбрали этих резиновых кукол, а мы остались ни с чем. Вернее, с детьми остались.

Ну и ладно!

Я, например, очень даже счастлива с моим сладким Солнышком. И нам совсем не нужен папаша, который от нас отказался!

И это даже хорошо, что он ничего не знает о моей доченьке.

Думаю о том, что нужно выбежать и позвонить всё-таки маме, но не успеваю — толпа нарядных и веселых деток с шумом вваливается обратно в игровую.

— Так ты пойдешь звонить? — одними губами спрашивает Женька, а я головой качаю.

Я же звонила как раз, когда вышел инцидент с пирожным? Всего час, наверное, прошел, позвоню чуть позже!

— Та-ак! Ну что, загрузили ваши животики топливом? Молодцы! И что, много в вас вошло вкусного?

Девчонки наперебой отвечают, а Алиска сразу подбегает ко мне, берет за руку.

— Много вошво! Во-от стовько!

Я улыбаюсь ей.

— Хорошо! Значит, вошло много, а кто скажет, сколько горошин войдет в один стакан?

Детишки задумываются, первыми версии высказывают мальчишки — их на празднике всего двое, один активный, немного агрессивный даже, всегда хочет что-то у девчонок выиграть, второй скромный и как будто стесняется, что со слабым полом вынужден играть.

— Так сколько горошин?

— Сто!

— Тысяча!

— До неба!

— Много!

— Неужели много? — развожу руками. — Много — это столько?

Показываю и краем глаза замечаю, что в игровую снова заходит кто-то из взрослых.

Только бы не Ян! И не его пластиковая Стася!

Поворачиваюсь и вижу, что это Алина, мама Алисы, сестра Яна.

Смотрит на меня, на лице нет улыбки.

Правильно, зачем ей мне улыбаться, ведь ее брат меня бросил.

Или она тоже, как и Ян, считает, что это я ему изменила?

Снова меня воспоминания кипятком ошпаривают.

Ян, наша первая ночь, его ласки, его горячий шепот, страсть, которую он старался сдерживать. И нежность, такая невероятная, волшебная нежность, с которой он меня любил!

Каждая девушка переживает в свой первый раз, боится боли, боится сделать что-то не так, боится, что может не понравиться своему мужчине или что не понравится ей. У всех нас разные страхи.

Я боялась, что будет больно, какой-то своей неловкости боялась, очень хотела, чтобы Яну было со мной хорошо.

А он потом признался, что и сам тоже очень нервничал. Причинить мне ту самую боль боялся, боялся оттолкнуть меня, напугать.

Но всё получилось на самом деле необыкновенно, невероятно, чудесно.

Ян всё сделал правильно и очень красиво. Нежность и чувственность сплелись воедино, и легкая боль растворилась, затерялась в его сладких поцелуях и горячих ласках. Не было дискомфорта, просто давление, тяжесть, наполненность, которую я ощущала и которая мне очень нравилась.

После я лежала на его груди улыбаясь, прикасаясь осторожно пальчиками к его коже.

— Я люблю тебя, Ян, — призналась, не глядя ему в глаза, с пылающими щеками, уткнувшись в его шею носом.

— Солнышко мое, моя любимая.

Конечно, была неловкость, мое стеснение, но Ян так спокойно на всё это реагировал, так мне помогал! Я была очень счастлива.

Всё получилось именно так, как я представляла в мечтах.

Ян исполнял все мои мечты, казался мне подарком судьбы.

Я иногда думала — за что мне такое счастье, чем я заслужила?

Поэтому было во сто крат больнее падать, разбиваться вдребезги, когда он изменил и выкинул меня из жизни.

Почему же сейчас он ведет себя так?

Как мне это выяснить?

Сестра Яна подходит ближе, смотрит на меня, чуть заметно кивает.

— Мама! Мамочка! — видит ее Алиса, подбегает, берет за руку и тащит прямо ко мне. — Смотви, кто тут! Это Совнышко! Я ее узнала!

— Привет, — тихо здоровается Алина.

— Здравствуйте, — отвечаю, стараясь соблюдать дистанцию. Всё-таки я сегодня просто аниматор, обслуга — как считают многие клиенты. Никакого панибратства быть не должно.

Сестра Яна чуть выгибает бровь, удивленно.

— Мамуля, Совнышко нам загадку загадава, мы никак не отгадаем! Сковько говошин войдёт в один стакан? А? Ну, сковько говошин?

— Нисколько, — так же тихо говорит ее мама.

— Как нисковько? Почему? — удивленно хлопает глазенками малышка.

— Горошины не могут войти, они не ходят, у них нет ног, — Алина отгадывает загадку, продолжая меня разглядывать.

А я почему-то смущаюсь и краснею.

Она тоже считает меня виноватой в разрыве с Яном, так?