Папа, эта няня - бомба!

Глава 13

Просыпаюсь от тихого, но мерзкого смеха.

Карина ржет как лошадка, и это сразу же портит мне настроение.

Потягиваюсь, смотрю на время – я проспала!

Через пятнадцать минут завтрак, мне еще Машу будить, а Астахов, как я уже уяснила, опозданий не любит. Хотя может сегодня, он не обратит на это внимание, ведь он занят гостьей.

Надо же, провела в этом доме ночь. Интересно в гостевой спальне или в его?

Цокаю сама себе под нос – да какая мне вообще разница?! Меня это никак не волнует!

Вчерашнее происшествие всплывает в памяти клубами пара и его взглядом, что скользнул по мне в мокром белье, когда я сбросила этот дурацкий поролон. Сейчас бы сгореть от стыда на месте, но нет, мне надо снова лезть в эту тюрьму из синтетики.

Он же мне не говорил, больше в него не облачаться? Или говорил? Не помню.

Закусываю губы, когда вспоминаю, как он смотрел на меня вчера. Удивленно и как будто даже голодным взглядом. Интересно, а с женщинами у него как? Есть же личная жизнь?

Сажусь, хмыкнув.

Ну какая мне разница?!

А у самой перед глазами его рельефный торс. И глаза. И чуть полноватые губы.

- Пф-ф! Алиса, возьми себя в руки и поторапливайся! – рявкаю сама себе и встаю с кровати.

И все-таки, а он любовью с кем занимается? И как?

Кажется вот на немножечко, что никак. В том смысле что ему вечно некогда, а дома дочь, не думаю, что он сюда кого-то водит. Обезьянка Каринка не в счет!

Ишь, деловая!

Умываюсь на скорую руку, мажу лицо кремом, заплетаю косу. С отвращением запихиваю в корсет накладной живот. Он сегодня кажется вдвое тяжелее, до конца как будто бы не просох. Натягиваю старую, безразмерную кофту. Парик садится криво, будто издевается. Ну и ладно. Пусть видят, какую няню-дурнушку себе завели.

Иду к Маше, но та уже встала и даже нарядилась в желтое платье. Делаю ей прическу, и она бежит от меня по лестнице что есть мочи. Скучает по папе!

Спускаюсь в столовую и сразу натыкаюсь на картину, от которой сводит скулы.

За столом, залитым утренним солнцем, сидят они.

Родион в черной водолазке, читает что-то на планшете, а эта пиявка Карина. В его халате, босиком, с чашкой кофе в руках! Она сидит так близко, что почти касается его плеча своими силиконовыми прелестями. И смеется. Смех у нее звонкий, пустой и очень громкий.

Как она может? Сейчас же сюда Маша придет!

- Доброе утро! – пою, прокашлявшись.

Родион бросает на меня взгляд, кивает.

- Доброе утро, Алиса Петровна.

- А где Маша? Она сюда убежала!

- Она забегала. Но предпочла завтраку поездку с Аркадием в магазин.

- Без меня? – удивленно моргаю. – Или я опоздала?

- Без вас. Это их любимый ритуал – она бросает в корзину все, что плохо лежит, и сама сверяет все списки. Можете не переживать, я разрешил ей.

- Хорошо, - топчусь на месте. Не знаю примкнуть к утренней трапезе или лучше убраться восвояси.

- Завтрак стынет, - добавляет он, чем оказывает мне услугу – иду за стол.

Карина кривится, щурится.