Папа в прокате

Глава 4 Воскресный сюрприз

Игорь проснулся от настойчивого звонка в дверь. Первой мыслью было: «Альбина вернулась и забирает Киру». Второй: «Или это соседи жалуются на вчерашний дым». Третьей: «А может, я сплю, и все это был странный сон?»

Звонок повторился. Более настойчивый.

Игорь посмотрел на часы. Семь утра. Воскресенье. Кто, во имя всех сериалов, звонит в дверь в семь утра в воскресенье?

Он натянул первую попавшуюся футболку с надписью «Сплю за деньги» – и побрел к двери, по дороге налетев на табуретку. Выругался вполголоса.

Распахнул дверь.

На пороге стоял Леха в спортивной форме, излучающий энергию человека, который уже пробежал пять километров, сделал зарядку и выпил смузи из сельдерея.

– Доброе утро, соня! – бодро объявил он. – Собирайся, пойдем на пробежку. Обещал же в пятницу!

– Леха. Воскресенье. Семь утра, – Игорь моргнул. Потом еще раз.

– Именно! Лучшее время для пробежки. Город просыпается, воздух свежий, энергия Вселенной...

– Леха, – перебил его Игорь, – извини, но не сегодня.

Леха нахмурился, критически оглядывая друга с ног до головы.

– Серьезно? Ты опять будешь отмазываться? В прошлое воскресенье у тебя болела нога. В позапрошлое – ты «дописывал сценарий». А теперь что?

– Теперь... – Игорь потер лицо, – у меня уважительная причина.

– Ага, – Леха скрестил руки на груди, – дай угадаю. Ты встретил девушку?

– Нет.

– Ты заболел?

– Нет.

– У тебя похмелье?

– Нет!

– Тогда в чем проблема? – Леха попытался заглянуть через плечо Игоря в квартиру. – Ты что-то скрываешь. У тебя там кто-то есть?

– Есть, но...

– Я так и знал! – торжествующе воскликнул Леха. – Девушка! Ты же сказал «нет», когда я спросил, но я вижу твое лицо. Это лицо человека, который...

– Это не девушка, – устало перебил Игорь.

– Парень? – Леха приподнял бровь.

– Леха, заткнись и дай мне сказать!

Из глубины квартиры донесся сонный голос:

– Игорь? Кто пришел?

Леха застыл. Игорь застыл. Даже воздух вокруг них, казалось, замер в ожидании.

– Это был... детский голос? – медленно произнес Леха.

– Да.

– У тебя в квартире ребенок?

– Да.

– В семь утра воскресенья.

– Технически она тут с субботнего утра.

– Игорь, – Леха понизил голос до конспиративного шепота, – ты похитил ребенка, признайся?

– Что?! Нет!

– Тогда объясни, почему у тебя, человека, который не может позаботиться даже о кактусе...

– Откуда ты знаешь про кактус?!

– Ты мне сам рассказывал! Году в двадцать втором, когда был пьян. Так вот, объясни, почему у тебя в квартире ребенок, который спрашивает про доставку брокколи?

Игорь открыл рот. Закрыл. Снова открыл. Как объяснить то, что он сам до конца не осознал?

– Она... – он сделал глубокий вдох. – Это моя дочь.

Тишина. Долгая, тяжелая, беременная тысячей невысказанных вопросов тишина.

– Повтори, – наконец выдавил Леха.

– Моя. Дочь.

– У тебя есть дочь?

– Да.

– С… когда?

– С девяти лет назад – технически. Но я узнал об этом только вчера.

– Вчера, – повторил Леха тоном человека, который пытается осмыслить квантовую физику. – Ты узнал, что у тебя есть девятилетняя дочь, вчера.

– Именно.

– И где она была эти девять лет?

– С матерью. Альбиной. Помнишь, я рассказывал про Прагу?

– Прага была ДЕСЯТЬ ЛЕТ НАЗАД!

– Отсюда и возраст ребенка, – кивнул Игорь. – Математика сходится.

Леха провел рукой по лицу. Потом еще раз. Потом глубоко вздохнул, как будто готовился к медитации.

– Ладно. Хорошо. Отлично. Значит, у тебя есть дочь. Девять лет. Она живет с тобой?

– Полгода. Мать уехала в Сингапур по работе.

– Естественно, – пробормотал Леха. – А почему бы и нет? Вполне логично оставить ребенка человеку, который неделю назад жил на доставке и забывал поливать кактус.

– Я не забывал его поливать, я его...

– Залил. Да, я помню.

В этот момент из коридора вышла Кира. Она была в пижаме с принтом хомячков – очевидно, вещи, которые мама специально купила, чтобы дочь выглядела максимально мило и безобидно. Ее волосы торчали в разные стороны, в руках она держала Пушка, который сонно жевал что-то, а сама зевала так широко, что казалось, ее рот сейчас отвалится.

– Доброе утро, – пробормотала девочка, не открывая глаза до конца. – Вы можете говорить тише? Я пыталась поспать, но это плохо получается.

Леха уставился на нее. Потом на Игоря. Потом снова на Киру. Рот его был приоткрыт в немом изумлении. Кира наконец открыла глаза и посмотрела на незнакомого мужчину в спортивной форме.

– Вы, наверное, Леха? – спросила она с интересом. – Мама говорила, что вы друг Игоря и у вас есть мозг. Приятно познакомиться.

– Я... ты... она... – Леха явно потерял дар речи.

Кира повернулась к Игорю:

– Он всегда такой красноречивый? Или это специально для меня?

– Обычно он более разговорчив, – Игорь едва сдерживал улыбку. – Кир, это действительно Леха… Алексей, это Кира. Моя дочь.

Алексей медленно перевел взгляд с Киры на Игоря. На его лице отражалась целая гамма эмоций: шок, недоверие, изумление и... восторг?

– Это, – он показал пальцем на Киру, – это капец как круто!

– Что? – Игорь моргнул.

– Да ладно тебе! – Леха расплылся в улыбке. – Представь: в субботу утром в твою дверь звонят, и – бац! – у тебя есть ребенок! Это же как в кино! Лучше, чем в кино! Это реальная жизнь! Я бы, наверное, сошел с ума от такого поворота.

– Я почти сошел, – пробормотал Игорь.

– Но ты же справляешься! – Леха с энтузиазмом хлопнул его по плечу. – Смотри на нее! Она же чудо! У нее твои глаза! И этот саркастичный тон... О боже, она – мини-версия тебя!

– Спасибо, я польщена, – сухо заметила Кира, почесывая Пушка за ухом. – Хотя «мини-версия» звучит не очень.

– Видишь?! – Леха ткнул пальцем в воздух. – Вот оно! Это же потрясающе!