Папа в разводе. Начать с нуля

Глава 1

- Что ты делаешь? – удивленно смотрю, как жена собирает чемоданы.

- Разве это не очевидно? – приподнимает она идеальные брови. – Я развожусь с тобой. Ты обанкротился. Я не буду жить в нищете!

- А как же дети? Ты их бросишь?

- Дорогой, ты забыл? – морщит она нос. – Это твои дети. Их выносила суррогатная мать и клетки были от донора. Так что они только твои, а значит, и проблемы тоже твои, - заявляет она.

Внутри все выжжено. Сказать, что я обалдел - это ничего не сказать. С силой сжимаю переносицу, пытаясь унять пульсирующую боль в висках, зажмуриваюсь до кровавых кругов перед глазами.

Голова гудит, как трансформаторная будка. Дома стоит невыносимый шум, гам, визг. В гостиной на всю катушку орет музыка, гремят детские песни, и каждый звук ввинчивается мне в череп раскаленным сверлом.

Я смотрю на Софию, на ее безупречное лицо, которое сейчас кажется мне чужой восковой маской. Не верю. Просто не могу переварить в то, что она меня бросает. Да как так? В горле стоит горький ком, мешающий дышать. Я же пахал как проклятый, я отлично зарабатывал! Я выбрал ее - идеальную, невероятной красоты, успешную модель Софию Белову. Все мужики локти кусали от зависти, глядя на нас. Я купил этот дом в элитном поселке, каждую плитку здесь выбирал, чтобы у нас была идеальная семья. Мне казалось, у нас все отлично.

И вот мой бизнес рассыпался в труху, я обанкротился. Но я ведь не сдался! Внутри еще теплится этот злой азарт: я начну с нуля, поднимусь, уйду в инвестиции, выгрызу свое место обратно.

Но София… Как только она услышала слово «банкротство», ее любовь ко мне испарилась быстрее, чем дорогой парфюм. Она уже подала на развод. У меня сводит челюсти от осознания этой предательской простоты. А как же чувства?

- Подожди! - мой голос звучит хрипло, незнакомо. - Если тебе не нужны дети, зачем ты тогда просила у меня троих? Зачем я платил кучу бабок клинике, чтобы они нашли суррогатных матерей, зачем платил за донорские клетки? Я не понимаю!

Я смотрю на нее, и придушить ее хочется, но я никогда руку на женщин не поднимал и не подниму.

- Миша, - она раздраженно цокает языком, и этот звук бьет меня по натянутым нервам. - Ну что тут непонятного? Это модно. У меня подписчиков стало в разы больше, когда на семейных фото появился третий малыш. Девчонки меня комментариями завалили, заглядывали в рот, спрашивали, как я сохранила свою идеальную фигуру после троих.

Она коротко, сухо смеется. Звук этого смеха вызывает у меня тошноту.

- Лохушки. Не понимают, что фигура и дети - это несовместимо. Я даже рада, что у меня проблемы с яйцеклетками. Эти дети не мои. А твои. Поэтому я с чистой совестью оставляю их тебе.

В груди становится тесно. Кровь отливает от лица.

- А если твои подписчики спросят, почему на твоих фото больше нет детей? Что ты им скажешь? - выплевываю я вместе с нарастающим раздражением.

- Ой, Поляков, не смеши, - она поправляет идеальный локон, и я вижу, как равнодушно блестят ее глаза. - Скажу, что муж-мудак и тиран выставил меня из дома и детей отобрал. Меня будут жалеть, поддерживать, я соберу еще больше лайков.

- У тебя вообще есть сердце? - шепчу я, чувствуя, как к горлу подкатывает ярость. - Как они будут без тебя? Ты же для них мать!

- Не драматизируй. Наши дети привыкли расти то с одной няней, то с другой. У меня показы, командировки, ты на работе вечно. Как-то они жили все это время без нас? И дальше справятся. А нет - сдай в детдом. Делов-то.

Она хмыкает, легко, будто речь идет о старой мебели, подхватывает чемоданы и, виляя своей аппетитной задницей, направляется к выходу. Я стою, парализованный этой ледяной жестокостью, и слышу только, как в гостиной продолжает орать веселая детская песня.

Перевожу взгляд на большое семейное фото, которое висит над нашей двуспальной кроватью. Идеальная семья. Идеально подобраны наряды. Красивая, сексуальная мать и три ангелочка, и я рядом с ними, как глава семейства. Эта фотография собрала на странице жены больше миллиона лайков. Красивая картинка, а на деле выходит, что семья у нас не настоящая. Раз при первой трудности София сразу от меня сбежала.

Захожу в гостиную. И замираю. Няня прощается с детьми, говорит им напутственные слова. У меня все холодеет внутри.

- Любовь Николаевна, а вы куда? - хмурю я брови.

Она поправляет очки, поджимает сухие губы, нервно проводит рукой по идеально уложенным седым волосам.

- Михаил Андреевич, так ведь я с вами сегодня последний день. Я же говорила Софии Александровне, что у моего сына двойня родилась, буду помогать им.

- А новую няню София нашла? - настораживаюсь я.

- Не знаю, хозяйка мне не докладывала, - пожимает плечами Любовь Николаевна. - Ну. Я пошла. Всего вам хорошего, ребята. И вам, - бросает мне на прощание няня, а до меня доходит, что я остаюсь один.

Стыдно признаться, но я понятия не имею, что мне делать с детьми. Я привык, что они всегда сыты, искупаны, спать уложены. Я приходил с работы поздно, целовал их перед сном сонных, а утром целовал перед завтраком и уходил. На выходных я проводил время с детьми, мы ходили и в парк, и в игровые комнаты, но везде за ними смотрела няня.

Раздается звон разбившегося стекла, я вздрагиваю. Это шестилетний Дима попал мячом в вазу. Двухгодовалая Анютка, испугавшись громкого звука, начинает вопить во все горло. Восьмилетняя Даша затыкает руками уши. А я понимаю, что я попал. Жестко так попал.

Где я в ближайшее время найду им круглосуточную няню? К тому же завтра нам надо освободить дом, его забирают за долги. Мне надо собрать детей и перевезти их в квартиру, которая досталась мне от матери в наследство. Трешка в обычном районе, это даже не центр. Она пустовала несколько лет.

Дашу придется возить в платную школу на машине. От нового жилья до школы очень далеко. Может, перевести дочь в обычную школу, поближе к новому жилью?