Папа в разводе. Уволена в няни!

Глава 9 Олег Кирсанов

Смотрю на ее изумленное лицо и понимаю, что сказал лишнего. Но слова обратно не заберешь.

Ладно, черт с ними со всеми.

У меня был ужасный день. И мне нужно еще накормить детей каким-то ужином.

Интересно, что-нибудь есть в холодильнике?

Я открываю дверь в подъезд, и на меня с диким кошачьим воплем вылетает наш белоснежный кот – Наполеон.

Я даже не успеваю понять, откуда он мог тут взяться, как на улице появляется Алиса, бегущая за ним.

Я тут же разворачиваюсь и вижу, что Марина опережает мою дочь в погоне за котом.

Господи, что за дурдом?

И почему это все свалилось на меня? Почему Лика ушла в самый неподходящий момент?

- Как зовут кота? – кричит Марина моей дочери.

- Наполеон!

- Напо, стой! – раздается голос Марины. А я продолжаю стоять посреди улицы и наблюдать эту сумасшедшую картину. Кот останавливается возле соседнего подъезда, а Марина тихо подкрадывается к нему.

- Наполеон, постой, не уходи. На улице прохладно, тебе не стоит оставаться здесь! Пойдем домой? А? – она подходит все ближе и ближе к коту.

Алиса медленно возвращается ко мне.

- Кто это? – спрашивает дочь.

- Да так, сотрудница моя. Бывшая, - зачем-то добавляю я.

- Почему бывшая?

- Уволил сегодня! – чуть эмоциональнее произношу я.

В этот момент кот разворачивается к Марине и спокойно идет. Она гладит его по голове, а он запрыгивает ей на колени.

- Это невозможно! – произношу я. – Он же не воспринимает чужих!

- Невероятно, - вторит мне дочь.

Марина поднимается и направляется к нам. Кот сидит у нее на руках так, что кажется, он обнимает ее передними лапами.

Когда она подходит к нам, я слышу его довольное урчание.

- Надо же, - произношу я.

- Спасибо, - искренне произносит дочь.

- Какой милый и пушистый кот, - улыбается Марина, и я впервые замечаю, что у нее красивая улыбка.

- Он не любит чужих, - строго произношу я.

- Я не чужая для животных. Они меня любят и понимают.

- Круто, - произносит дочь. – Прям любые животные?

- Даже бездомные могут ходить за мной табунами. Однажды, когда я гуляла, ко мне прибежал щенок, которого хозяин искал по всему парку. Он просто пришел и сел рядом со мной.

- Офигеть, - снова восхищается моя дочь.

- Так, - встреваю я. – Быстро домой. И вообще как он здесь оказался?

- Это все Макс, он открыл дверь, все ждал тебя, а Наполеон выскочил.

- Понятно.

Мы входим в подъезд. Придется впустить Марину в квартиру. Иначе опять бегать за котом по всей улице.

Дочь входит первой, потом я пропускаю Марину и закрываю за собой дверь.

- Можешь отпускать кота, - говорю я.

- Ему нравится. Еще пять минут.

Она гладит его за ухом и что-то нашептывает ему, а он сидит на руках и довольно урчит еще сильнее.

- Предатель, - бурчу я, глядя на кота. – Кинулся к первой встречной!

- Еще раз говорю, животные меня чувствуют и понимают. Они знают, что от меня не исходит опасности, поэтому сразу расположены на общение.

- Очень странно.

- Это нормально, когда с животными дружишь, - протестует она.

- Папа, - вбегает в коридор сын, - я есть хочу.

- Сейчас, малыш, один момент и все будет.

Дочь уже уходит в свою комнату, находится с нами ей видимо неинтересно. Сын смотрит на кота и улыбается.

- Нашелся?

- Скажи тете Марине спасибо. Если бы не она – кот бы умчался в неизвестном направлении.

- Спасибо, - произносит он и тянет руки к коту. Марина опускает животное, которое не спешит покидать нас. Макс гладит его и забирает с собой.

- Проходи. Чай будешь? – приходится быть гостеприимным. Все-таки она спасла меня от скандала с детьми и их слезами, если бы кот потерялся.

- Пожалуй, - выдыхает она. Я показываю, где кухня. Она проходит по коридору и располагается на стуле.

Я быстро переодеваюсь, обещаю детям, что ужин скоро будет готов и возвращаюсь в кухню.

Марина спокойно сидит за столом и разглядывает просторную кухню.

Я включаю чайник.

- В общем, Олег Сергеевич, извините. Я не хотела вам грубить и хамить. Но я все равно не виновата в той статье.

- Хорошо, - произношу я и ищу, что бы приготовить детям.

- То есть вы дадите мне шанс?

- Да, хорошо, - снова соглашаюсь я, слушая ее в пол-уха. Да где же все каши. Надо сварить им овсянку что ли.

- Только потом не говорите, что этого разговора не было. Мне нужно будет появиться в офисе завтра, и я попробую найти следы.

Я разворачиваюсь к ней.

- Ты умеешь варить кашу? – это единственное, что меня сейчас волнует.

- Какую? – спокойно уточняет она.

- Любую, наверное, - пожимаю я плечами. – Овсянку хотя бы.

- Вы не знаете, что едят ваши дети? – она удивленно вздергивает брови.

Я снова отворачиваюсь. Какая-то девчонка будет еще издеваться надо мной.

- Всем занималась жена. Я работал. Мне нужно было развивать свое издание.

- Понятно, - она встает со стула.

- Ты куда?

- Спрошу ваших детей, что они любят. Иначе, какой смысл готовить то, что они не едят?

Резонно.

Я почему-то об этом не подумал. Марина возвращается через пять минут. А я уже наливаю чай в чашки.

- Ваш сын любит молочную гречневую кашу, а Алиса – рисовую с овощами. У вас есть продукты?

-Я не знаю, - в растерянности произношу я и делаю глоток чая.

- Понятно, - в очередной раз протягивает она. – Тогда отойдите и не мешайте, - вдруг командует она.

А у меня реально нет сил сопротивляться. Потому что за сегодня произошло столько событий, что голова идет кругом.

Я наблюдаю, как она ищет крупы и начинает готовить. Как-то у нее все получается быстро и аккуратно.

Наверное, мне все-таки придется нанять няню. И повара. Иначе я не смогу работать. Я сойду с ума.

Через полчаса все готово. Дети съедают ужин с удовольствием, пьют чай с печеньем и уходят к себе.