Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 04-05-2018

- То есть, одни впахивают, как папа Карло, чтобы сделать себе «ковши» пошире, и локти грызут, если они не того цвета, как надо, а другие просто получают звание жреца и личный родник силы от прикосновения бога? – почти возмутился проявлению магической дискриминации Денис.

- Не просто. Жрецом прежде стать было куда сложнее, чем магом. Боги непредсказуемы в своем выборе, во всяком случае, непредсказуемы людьми, - задумчиво поделился соображениями Ригет.

– В одном старом трактате из замковой библиотеки мне попались любопытные рассуждения о природе и круговороте силы Вархета. Восемь дарили миру чистую божественную силу и позволяли заимствовать ее своим избранникам. Преобразованная жрецами, энергия вновь возвращать миру уже измененная до такой степени, которая делала ее доступной для восприятия магов. Из этого потока они и черпают для творения заклинаний. Молитвы людей же есть по сути еще один тип силы, которая возвращается к богам, чтобы стать частичкой божественной силы.

- Ничего не понимаю, - честно протянула Света, изо всех сил пытавшаяся вникнуть в сказанное дядей. С каждым словом маленькой лекции девушка все отчетливее осознавала, что зря она так не любила физику и высшую математику. В сравнении с дядюшкиными выкладками, учебники по этим предметам вообще читались бы, как сказочка «Теремок» для малышей.

- Слушай, Свет, это как с розетками и переходниками. У богов вроде как просто молнии – сила такая, какую человек никак не освоит. Поставят ему переходник, то есть жрецом сделают, сможет чуток забрать и по проводкам дальше пустить до тех розеток, к которым уже маги подключаются, - перевел свои рассуждения на тему магии в сферу электрификации Денис.

Светлана задумчиво нахмурилась, переваривая чуть более понятную информацию, а парень увлеченно продолжал беседу с дядей:

- Значит, круговорот магии в природе получался с пробкой-спуском через магов. А теперь, если богов рядом нет, некому поставлять силу жрецам, некому их метить, а уже помеченным со временем нечего станет преобразовывать и сливать в мировой океан энергии для обычных магов. Значит, рано или поздно магическая сила мира иссякнет. Если, конечно, боги не вернутся, чтобы запустить процесс снова.

- Твои суждения совпадают с моими, - почесал за ухом Ригет. Найдя достойного собеседника с новым взглядом на старую проблему, мужчина заметно оживился. – Уже сейчас для по-настоящему емких по силе заклинаний период создания увеличился втрое. Я специально интересовался давними расчетными листами в академии. Но мало кто хочет этому верить и об этом думать. Может, и к лучшему. Мы, уроженцы Вархета, все равно ничего изменить не в силах, а кому нужна паника? Проще думать, что вырождаются сами маги, что им не по силам тягаться со славными предками. Я не ведаю, жив ли ныне на Вархете хоть один из истинных жрецов, избранных для служения богами. Скорее всего, все они шагнули за последний порог. Слишком давно по нашим меркам ушли Восьмеро.

- Ага, зато мы со Светкой в этом уравнении дополнительными переменными появились, - сообразил Денис, уже не глазеющий на дорогу. Теперь парень весь подался к дядюшке. – И что, раз мы что-то с мертвяками творить начали, а магической силы нет, значит, Зебат нас через вчерашний сон к божественной сети подключил?! Так?

Полностью смысл речей племянника дядя не понял, но основную нить рассуждений уловил и, цокнув языком, заговорил о важных деталях, касающихся посвящения у повелителя смерти.

– Возможно. Избранники Зебата получали от бога священную метку – знак Ойха. Каждый из старых жрецов имел его. Если вы воистину встретили повелителя мертвых, то…

- То метка должна была появиться и у нас, - азартно закончил за дядюшку Денис. - Где ее искать? И точно ли нас это… посвятили?

Ригет развернулся к племянникам, еще раз пристально осмотрел их и заключил:

- Искры магического дара в вас как не было, так и нет. Вместо него пляшет пламя призрачного огня. Пропадет, появится, снова исчезнет. Будто один костер на двоих поделен.

- Так вот какую силу Зебат нам ночью обещал и как удружил?! – догадался парень. – Понятно, конечно, чем мог, тем и поделился, по профилю. Было бы странно, если после его помощи мы не мертвяками стали командовать, а фиалки растить.

- Если он сделал вас своими жрецами, метку следует искать на коже, - настойчиво подсказал дядюшка.

- Черную? – ляпнул насмешливо Дениска.

- Черную, - поразился осведомленности племяша Ригет.

- Что прямо череп с костями посредине на ладони? Или череп со змеей на предплечье? – восхитился айтишник. На всякий случай он тут же принялся пристально разглядывать обе собственные руки, начиная с пальцев и выше. При этом Дэн все отчетливее ощущал себя Билли Боном или кем-то из компании Волдемортовских УПСов.

- Нет, я же сказал, метка Ойха. Причем здесь череп и змеи? Знак Ойха выглядит, как изображение птицы, - изумился дикому предположению дядюшка, бросив на племянничка взгляд, исполненный смутных сомнений в его душевном здравии.

- На руках вроде нет, где еще поискать метку, дядь, ты часом не знаешь? – Дениска, тщетно обследовавший руки, особенно район предплечья, не унимался. Ему не терпелось провести детальную проверку дядюшкиной версии. А еще очень хотелось надеяться, что юмор у повелителя мертвых если и есть, то не настолько изощренный, чтобы поставить новичкам штампики на ягодицах.

- Сейчас жрецам любого из Восьмерых татуировку ставят на запястье, чтобы любой видел метку. Раньше знак появлялся в том месте, где бог касался своих служителей, принимая их посвящение, - выжал из памяти еще немного конкретной информации эрудированный родич.

- Он нас по лбу щелкал и по шее бил, - растерянно вставила Света, запуская пальцы в растрепанные перышки светлых волос.

- На лбу точно ничего, кроме незримой печати гения! А голову брить не дам, ни себе, ни Светке! – тут же возмутился Денис, будто и не горел минуту назад желанием узреть метку на теле.