Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 21-05-2018г.

- А хоть бы и так, неважно. С виду-то вполне себе живая, да и на ощупь, небось, тоже, - невозмутимо ответил бородач и погрузился в грезы, уделяя упряжке лишь минимальное внимание. Может, после стресса от атаки армии лесных зомби в голове у разбойника что-то важное замкнуло или наоборот разомкнуло, потому и начал спутников по достоинству, а не по предрассудкам ценить?

Обычно не в меру разговорчивый Денис на оригинальную сентенцию возчика никак не отреагировал. Сидел противоестественно тихо и задумчиво пялился на неспешно проплывающий вдоль дороги лес. Сидел, сидел, да так тихо, что забеспокоившаяся сестра собралась уж поинтересоваться, не приболел ли братишка и не замечтался ль тоже о деве-рыцаре. Но прежде, чем Света начала расспросы, Дэн шепотом и неуверенно выдал:

- Я ее чувствую, Бельташ. Она сейчас бежит там, - палец парня ткнул в лес со стороны противоположной той, куда мертвая рыцарь уходила. – Кругами что ли носится?

- Жрецы, если древним хроникам верить, могли с рыцарями смерти без слов общаться, иные же и видели их глазами, - ничуть не удивился дядюшка. – Может, и ты мало-помалу соображать начнешь? А то тебя не то, что в город – в деревню ближайшую везти страшно.

- Я постараюсь, дядь, - серьезно пообещал Денис, хоть и развлекшийся с недавним массовым подъемом мертвых, но прекрасно сознающий, какую проблему он способен на пустом месте организовать родственникам одним неловким движением руки, если место окажется не пустым, а таящим в себе хоть какой завалящий скелет. Светка не собачка на привязи, за плечом не всегда для своевременного визга стоять будет.

Зато теперь, ориентируясь на постоянное ощущение живой-мертвой Бельташ, свежеиспеченный жрец мог попробовать хоть как-то осмыслить и потренировать странный дар, за каким-то лядом врученный Зебатом при посвящении.

Это было как учиться чему-то принципиально новому. Вот, к примеру, новую операционку изучать, в которой никаких аналогий с прежними нет и в помине, потому и осваивать лишь методом научного тыка можно, если спецлитературы под рукой нет. Метод, конечно, веками почитаемый всеми русскими, так ведь те же русские придумали и анекдот: «Если ничего не получается, прочтите, наконец, инструкцию». Беда, конечно, с тем, что инструкций к обязанностям и возможностям жреца повелитель мертвых в ночную встречу под подушки не положил. Сейчас Дэн попробовал другой метод освоения непонятной программы - наблюдение за тем, как она работает. Дураком при всем авантюризме и раздолбайстве парень не был, потому, отрешившись от всех и всего, попытался максимально прочувствовать связь с Бельташ и осознать, какие ощущения появляются от ее присутствия. За точку концентрации был взят мифический огонь жреца в груди.

Парень на миг-другой прикрыл глаза, то ли дурачась, то ли давая чуду шанс появиться. И оно случилось! Как будто включил какой-то вживленный в тело прибор, передающий внутреннее ощущение прохладной щекотки. И теперь Денис постепенно пытался увеличить его чувствительность, чтобы чуять не только рыцаря смерти, а и вообще мертвых.

- Ой, - охнул Дэн от неожиданности, когда на «радаре», пытавшемся выявить отдельные щекотные мурашки из общего нейтрального фона, пробежала крупная дрожь совсем рядом с Бельташ.

- Ты чего, парень, заспался, иль привиделось чего? – легонько, чтобы на дорогу не свалить, толканул в бок жреца-недоучку Валт.

- Нет, не знаю, - мотнул головой Денис и, повернувшись к Светке, принялся ей растолковывать все, про свои соображения о радаре и щекотке.

Дэн пытался не столько поделиться догадками и ощущениями, чтобы помочь и сестре побыстрее освоиться с даром, сколько подключал ее к обмозговыванию. В работе айтишника, сестра, к примеру, понимала мало, но порой, если совсем ничего не получалось, парень вываливал на Свету все ворохом. Дельных практических советов она дать не могла, но иногда спрашивала какую-нибудь чушь, а эта самая чушь каким-то чудом подталкивала в правильном направлении. Или еще бывало, пока ей рассказывал, в голове что-то щелкало и соображалось. Уяснив, где напортачил, и, не договорив, Дэн бежал пробовать и исправлять.

Светка, привычная к обилию технических терминов в речи братца, внимательно слушала. Дядюшка Ригет с Валтом сдались, перетерпев буквально минуты три выноса мозга. Мужчины непонимающе переглянулись, тряханули головами в попытке выбросить лишние знания из головы и постарались отгородиться от беседы. Валт вперил взор в спины лошадей, а дядя вообще сбежал подальше. Он занялся разведкой, а заодно, коль получится, собрался приглядеть за легендарной скелетиной. Не то чтобы дядюшка не доверял слуге Зебата, а все-таки прошло несколько столетий от тех времен, когда подобные ей имелись в Храмах Повелителя Смерти. Память о преданности прислужников повелителя последнего порога теперь соседствовала у людей с рассказами об ужасах безумия. Потому аксиомы «доверяй, но проверяй», особенно проверяй сотворенное ненароком племянником, Ригет собирался придерживаться.

Кроме того, следовало поискать в лесу родник. Чрезмерно чистоплотная племянница извела половину запасов пресной воды для мытья рук. Двигался дядюшка пусть и не с той стремительной неуловимостью, какую продемонстрировала Бельташ, но уступал в скорости легендарному рыцарю смерти ненамного. Во всяком случае, никто не удивился, когда спустя пару десятков минут на дорогу вынырнул Ригет справа, а слева сама Бельташ. Дядюшка отцепил от пояса большую фляжку, а рыцарь принесла пару жирных кроликов, добытых между делом, чем повергла Свету в смущенную задумчивость.

- Я не умею свежевать кроликов, - чистосердечно сообщила девушка компании, совершенно не представляя, как из пушистой тушки сделать нормальное мясо. Она и крольчатины-то в жизни не ела, да и вообще готовить на живом огне в походных условиях не пробовала.

- Я освежую, - утешила скелетина без малейшего оттенка превосходства.