Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 27-07-2018

Глава 15. Храм Ирната, или Жестокая откровенность

Дядюшка проводил подневольных добровольцев до частично разобранного завала, пожелал исполнения миссии, перекрестил снежинкой-мутантом – знаком Восьми и удалился.
Старому храму повезло, пострадал лишь коридор в подземелье, само же святилище осталось невредимо. Жрец Ирната и Светка с Дениской по стеночке просочились внутрь. В чашах у плоского алтарного камня размером с хороший обеденный стол горел огонь, заблаговременно запаленный Нерпатом в честь воинственного бога. Громадная, чудом уцелевшая статуя Ирната воздвигалась позади алтаря. Мускулистая мужская фигура, лицо которой, сколько ни приглядывайся, терялось в тенях. Различить можно было лишь короткие волосы под шлемом. В левой руке бог держал что-то вроде каменного копья с дополнительным лезвием, как у косы, отходящей от древка за пару ладоней до вершины. Еще у Ирната имелись здоровенные крылья, распахнутые за плечами, каждое перо которых само по себе являлось кинжальной остроты клинком. Одним словом, дяденька выглядел внушительно и никогда, даже во сне не оставался безоружным. Наверное, полагалось по божественной должности. С таким не то что сражаться, слова поперек сказать не хотелось.
Попаданцы переглянулись, синхронно вздохнули и принялись расстилать легкие и одновременно удивительно густошерстные и прочные шкуры харгов, не пропускающие к телу ледяного каменного холода.
Дениска не поленился и вызнал у призрака дедушки, чего это за твари такие на букву «х». Оказалось, здоровенные зверюги, по описанию внешне и нравом схожие с земными медведями. Когти, клыки и прочие запчасти в наличии имелись, любовь к меду, скверно-непредсказуемый нрав при внешне добродушной морде тоже. Шерсть у харгов оказалась не бурой или черной, а дымчато-серой с черными пятнами, короткой и очень плотной. Зато совсем не жесткой! Светке так и вовсе напомнила мутон любимой шубки.
Благодаря чудесным шкурам вархетских «медведей» пара жрецов-недоучек сейчас могла спокойно сидеть на полу, а не клацать зубами от холода, выбивая ногами чечетку. Попаданцы осматривали дышащее древностью, хорошо если не на ладан, место. Странно, но даже придирчивая девушка не заметила в храме пыли или грязи, чуть-чуть каменной крошки у самого входа не в счет.
— Хочешь спать? — спросил Дэн.
— Не-а, а все равно придется. Шкуры, конечно, теплые, дедушка прав, только жестковато, - пожала плечами Света.
— Ты как в целом, держишься, сестренка? — сжал ладошку сестры парень.
— Куда я денусь, — тихонько вздохнула та и тоскливо прибавила: — Поскорей бы домой.
— Ладно тебе, Свет, не вешай нос. Мы считай на экскурсионный тур по Вархету попали. Замок поглядели, где мама росла, с дядькой познакомились и вообще — интересно же!
Попытка подбодрить провалилась, сестра снова вздохнула:
— Если бы только экскурсия, то да, интересно было бы, но я как представлю, что все вокруг окажется навсегда-навсегда, жуть берет. Я очень скучаю. Ты же помнишь, когда мы к маме в Италию ездим, все равно через недельку по дому тосковать начинаю.
— Да, ты у меня домоседка, — ласково признал Дэн и попытался подбодрить свою близняшку иначе:
— Что ж, тогда по-быстрому выполним божественный квест и можно возвращаться! Хотя я бы еще на Вархете погостил. Все-таки магия — это круто и всяко прикольнее телефонии и сетей. Потому теперь срочно закрываем глаза и выходим на связь с Ирнатом. Надеюсь, код доступа Алхой выдала и этого крылатого предупредила. Удачного нам сна и, как тут говорят, Восемь с нами!
— Сегодня вполне достаточно одного, вон его, — Света указала подбородком в направлении воинственной статуи и легонько сжала пальцы брата в ответ, молчаливо благодаря за поддержку.
— Ага, — зевнул Дэн и присовокупил риторически: — Хотя, может, чем их больше, тем лучше и мы ближе к цели?
Девушка поерзала на импровизированном ложе, натягивая на плечи вторую шкуру-одеяло. Когда своей подложки в виде лишнего мясца и жирка нет, хочется мягкий матрасик, а то после ночи на жестком полу все тело заноет, будто побитое. Пробовала, когда у подруги ночевала. Той хоть бы хны, а Света, будто и не молодая девушка, едва встала с оханьем и стонами. А каким мучением ей сидеть на жестких стульях в институте было? Потому пыталась на лекцию пораньше прибежать и стул с мягким сидением занять. Таких в аудитории пяток всегда находился. Девчонкам-сокурсницам и невдомек было, как болит тощее место пониже спины после трех часов сидения на железке и деревяшках.
Печально-сентиментальные мысли способствовали расслаблению тела. Девушка слушала треп братца краем уха, затуманенный дремой взгляд скользил по полыхающему почему-то не красновато-желтым, а льдистым серо-голубым пламенем в чашах, здоровенному столу-алтарю. Туда, как патетично рассказал Нерпат, принято было возлагать тела особо отличившихся мертвых героев для последнего прощания.
Мелькнула крамольная мыслишка: «Хорошо, что сейчас никаких трупов на камне нет, а то Дениска точно что-нибудь учудил бы не со зла, так от скуки и, чего доброго, настроил против попаданцев бога войны». Свете совсем не хотелось визжать, нарушая умиротворяющую тишину, или тишком отдавать команду на упокоение.
Еще одной мыслью-догадкой девушка предусмотрительно делиться с братом не стала. Если перед похоронами в храм Ирната приносили павших воинов, то не укладывали ли их случайно тут же, под плитами пола. Кажется, в храмах Земли такое практиковалось. Быть разбуженной лезущими из-под камней мертвецами ничуточки не хотелось. Пусть страх перед мертвыми давно ушел, то ли от влияния метки Зебата, то ли сам по себе, сменившись привычкой и досадой на недоразумения.
Ирнат… Громадная, в полтора человеческих роста, крылатая статуя, на которой плясали свет и тени, казалась сейчас живым, замершим перед решающим броском вперед мужчиной. Придет ли он в тумане сна, или им придется скитаться по Вархету в поисках места, откуда получится достучаться до бога-воителя?
Светка моргнула и вздрогнула, озираясь. Вокруг сплошь серебрился хорошо знакомый туман. Слева топтался Дениска, а впереди, и с каждым мгновением все четче, проступали контуры приближающегося к молодым людям высоченного мужчины. Он шествовал тяжелым шагом имперской пехоты, постукивая пяткой огромного копья.
— Вау, Ирнат! — выдохнул Дэн и тут же беззастенчиво спросил: — А крыльев почему нет? Наглое вранье, то есть художественное преувеличение скульптора?
Свету вопрос тоже заинтересовал, но она не преминула негодующе шикнуть на разговорчивого брата — все-таки не с дружком-приятелем общаться взялся, мог бы для начала и поздороваться, а потом с вопросами и претензиями лезть. С другой стороны, как с таким здороваться? Земное «здравствуйте» на Вархете не в ходу, а желать «Восемь с вами» богу – одному из тех самых восьми – глупо. Потому девушка пока следовала сакраментальному совету «молчи, за умную сойдешь».
— Не для красы крылья мои, лишь для того, чтобы разить противников в сражениях, — пророкотал мужчина, лица которого, вот досада, так же, как и у скульптуры, разглядеть не получалось. Оно скрывалось за туманами.
Зато Дэн и Светка были перед богом как на ладони, или, что более верно, как под микроскопом.
— На что они надеются? — пророкотал, качнув головой, бог, оценивая ребят, как некондиционный товар. — Какие из вас жрецы? Как вы сможете вместить в себя мой холодный огонь? Нет ни жажды битв, ни упоения схваткой, ни единого следа. Оборвали ли вы хоть единую жизни врага своими клинками, обагрили ли лезвия кровью недругов?..
— Разве что в играх, — честно выпалил Дениска. — До крови я только комаров давил, ну и может несколько раз дрался, все больше в детстве. Светка же вообще скорее до смерти залечит, чем кого-то убить захочет.