Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 29-08-2018г.

Тут парень обернулся, увидел сестру во дворе и завопил, привлекая внимание: — О, Свет, прикинь, дира Иргай приехала и сразу в храм хочет. Вот, веду! С нами пойдешь?

— Там холодно, — с сомнением передернула плечами девушка, изумленно разглядывая худенькую старушку.

Если призрак деда напомнил Дэну Филча, смотрителя волшебной школы Хогвартс, то дира Иргай в копейку походила на реальную бабульку, верховодившую кафедрой анатомии в институте, где довелось учиться девушке. Даже глухой басовито-хриплый голос, сорванный да так и не восстановленный лекциями, попадал в образ. Именно заслышав его, Светка поспешила навстречу. Сходство, не считая отсутствия маленьких круглых очков и неизменного бордового костюма, в котором бегала (ходить она просто не умела) преподавательница, оказалось феноменальным.

— Стоп, — дира Иргай резко затормозила, завершив анализ выданной, вернее, небрежно вываленной на нее Дэном информации. — Ты, юноша, утверждаешь, что имел возможность общаться с Ирнатом-воином, одним из Восьми, ушедших за рубежи миров?

— Скорее это он нас «общал», хм, едва не до смерти, — проворчал парень и в доказательство ткнул недоверчиво прищурившейся старушке запястье с татуировкой. Добивать зрелищем кулона с тремя птичками пока погодил.

— Ворон Рат, знак посвящения, надо же, не татуировка краской из сока черинивы, — мгновенно узнала символ эрудированная дира, оценила божественное качество метки и сделала многообещающий вывод: — Очевидно, в своем послании Ригет о слишком многом умолчал. После осмотра храма побеседуем!

Глава 18. О божественных статуях и секретах

— Дира Иргай! — голос спешащего навстречу гостье дядюшки был странен.

В нем искренняя радость от встречи мешалась с некоторой если не робостью, то опаской и обреченностью. Кажется, если вызванная для консультации энергичная дама и пользовалась любовью у дяди, то это была любовь особого, крайне специфического рода. С другой стороны, Света вспомнила анатомичку Наталью Николаевну, лекции которой с открытым ртом слушал весь поток, и на неоднократные пересдачи зачетов в институте ходил к ней же. «Что-то знать» по своему предмету Зябрева не позволяла никому, каждый студент обязан был знать все, что нужно, невзирая на веские и не очень причины незнания.

Да, наверное, Светка встречала бы свою преподавательницу в столь же смешанных чувствах. Носитель энциклопедических знаний по своему профилю не обязан быть обаятельным симпатичным душкой и, как правило, никогда им не является. От этой диры хотя бы пахло нормально, а не сбивающим с ног лавандовым ароматом, как от провалявшейся десяток лет в шкафу старой маминой юбки, устоявшей перед молью, но навеки приобретшей ни с чем не сравнимый убийственный для всего живого аромат.

— Ригет, — с благожелательной энергичностью, смешанной в равных пропорциях с нетерпением кивнула бывшему ученику дира, безошибочно узнавая его спустя десятки лет. Следом Иргай не попросила, потребовала: — Рассказывай!

— А как же храм в подземелье? — подкинул коварный вопрос Дэн.

— Пусть ведет и рассказывает, — внесла уточнения в инструкцию старушка и, еще разок нетерпеливо отмахнувшись от предложенного дядюшкой отдыха и перекуса, рванула вслед за проводниками в подземелье.

Пусть и не прыгала по камням молодой козочкой, но от компании отставать не думала. Словно бабушка обладала магическим аналогом батареек энерждрайзер с полным зарядом. Светка с Денисом лишь завистливо переглянулись: им бы такую энергию и не в таком возрасте, а прямо сейчас, или хотя бы половинку!

До подземного храма четверка шагала под сухой дядюшкин пересказ злоключений-посвящений попаданцев. Ригет заранее обговорил с Дэном и Светой необходимость посвящения диры Иргай во все подробности, касающиеся «божественного квеста», начиная с момента появления племянников на руинах храма Зебата. Лишь обладая всей полнотой информации, весьма своенравная пожилая дира могла захотеть помочь. Если для Дэна главной целью жизни были интересные приключения, то дира Иргай жаждала знаний, причем не голой теории, а непременно с подкреплением ее фактами, а еще лучше личными свидетельствами. Ради этой возможности старейшая преподавательница королевской академии Бриса готова была на все!

Световые шарики Ригета отлично освещали засыпанный каменной крошкой, отдельными камнями, сыроватый и местами поросший коротким бурым мхом коридор. Подгоняемая нетерпением шустрой старушенции компания шла слишком быстро. Кажется, в присутствии диры Иргай медленно делать то, что желала делать быстро она, было невозможно в принципе. Потому до истинной причины вызова знатока истории — сведений о вероятно уцелевшем Храме Восьми — добраться они не успели. Дядя успел наскоро поведать лишь о перемещении младших родственников с Земли и о получении ими в снах-видениях «квеста на возвращение Восьми». Он только перешел к описанию меток жрецов Алхой, Зебата и Ирната, когда к магическому свету шариков добавилось льдистое сияние чаш Ирната, разливающееся через открытую дверь.

Дире Иргай, как той умной и красивой обезьянке из анекдота, невыносимо хотелось очень многое: допросить и исследовать истинных жрецов — раз, и оказаться, наконец, в старинном храме бога войны — два. Старая мечта победила. Света с Дэном удостоились многообещающего взгляда не то патологоанатома, не то проктолога, а потом старушка ринулась на штурм древнего святилища.

Чаши в старинном храме все так же были полны огня, все так же взирал на людей бог войны Ирнат, распахнув за спиной крылья с кинжальными перьями. Его лицо по-прежнему было скрыто пляской теней, но теперь Светка точно знала, почему, и не пыталась встретиться взглядом со статуей.

— Эпоха Хождения по Вархету! Лишь тогда Ирната ваяли с крыльями, — благоговейно выдохнула сведущая дира, на пару секунд застыв на пороге.