Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 31-08-2018г.

— Мы поможем! Чего искать-то? — тут же предложил Дениска, загораясь азартом неугомонной исследовательницы, которую и язык-то не поворачивался назвать старухой. Уж больно шустрой, полной жизни, горящей жаждой познания оказалась дира Иргай!

— Яйцо! — торжественно провозгласила дира.

— Э-э? А на кухне или в курятнике нельзя поискать? — сдал назад парень, заподозрив, что бабушка Иргай прибыла в замок в компании с тетушкой Шизой.

— Яйцо гигантского Рата! — внесла уточнение дира, воздев вверх растопыренную пятерню, как знак величайшей важности. — По легендам, собранным диром Керпатом, из такого яйца, порой появляющегося в старом храме, рожался большой призрачный ворон, способный перемещать не послания, но путников.

— Стоит вспомнить, где обычная птичка Рат письма хранит, у меня всякое желание пропадает что-то искать. Как начну предполагать, как она их адресату отдает, и вовсе хочется развернуться и драпать отсюда, — шепотом поделился со Светкой брат.

Но, конечно, никуда не ушел. Напротив, принялся вместе со всеми осматривать пустую, не считая чаш с подсветкой, алтаря и статуи залу храма. Яиц в ней, разумеется, не было и в помине. Храм все-таки ни разу не птичник!

Дэн пошел в своих поисках дальше всех в прямом смысле этого слова: пролез к самой статуе и попытался заглянуть за спину, под крылья и ниже. Возможно, решил, совместить свойство крылатости с яйценоскостью но, увы, тщетно. Только зацепился за одно перышко и порвал рукав рубахи, хорошо еще не поранил в очередной раз руку.

Поиски четверка ненадолго прервала из-за появления Нерпата. Жрец, очевидно, не ожидал застать в храме посторонних, и был озадачен мельтешением людей. Сам он в ответ на вопрос о причинах прихода смущенно поведал:

— Я служу Ирнату, сколько себя помню. Ему служили мой прадед, дед, отец. Я верный жрец своего бога. Ни единого раза не отступил я от канона службы в храме у замка, никогда не желал себе иного пути, но лишь в последние дни, ступив под сень стен, я впервые ощутил дыхание бога. И пусть он не являлся мне во плоти, частицу его дыхания принесли с собой посвященные вместе с меткой бога и образом Рата на кулоне. Этот храм помнит Ирната, и я хотел проникнуться сим дивным чувством.

Глаза мужчины блеснули подозрительно ярко, скрывая навернувшиеся слезы. Рука, сжимавшая традиционное копье жреца нервно пристукнула по плите храма, наверное, заныла хромая нога, заставив сильнее опереться на копье. Нерпат впервые переживал нечто подобное религиозному экстазу. Служить, соблюдя долг и следуя традиции — одно, служить, когда рядом живое подтверждение чуда и оправдание веры, — совсем другой коленкор.

Гнать жреца никто не стал. Напротив, объяснили причину детального изучения храма. Нерпат охотно подключился к поискам, загоревшись желанием прикоснуться лично к еще одному кусочку чуда. Шустро шнырять в силу возраста и хромоты у него не получалось, но глаза смотрели по-прежнему зорко.

Кстати насчет хромоты. Была она вызвана давним, неправильно сросшимся еще в детстве переломом. Может, свежеиспеченные жрецы Алхой и смогли бы излечить ногу Нерпату, да только дядюшка строго-настрого запретил эксперимент на старике, предложив Дэну со Светкой потренироваться пока хорошенько друг на друге. Старинный приятель-жрец у него бы один, это племянников целых двое.

Светка сначала слонялась по храму вместе с братом, потом остановилась у алтаря и явно задумалась.

— Ты чего застыла? — братец, успевавший везде и всюду, бесцеремонно пихнул ее в бок.

— Если ворон призрачный, может, и яйцо такое же и просто так его не увидеть. Призрачное, то есть невидимое или почти невидимое.

— Предлагаешь, искать на ощупь? — восхитился идеей Дэн.

— Не знаю, — развела руками Светка. — Но искать надо, вдруг, если ворон может перемещаться в пространстве, он сможет вернуть нас домой?

— Вряд ли, Свельта. Если бы птица Ирната могла перемещаться между мирами, боги уже вернулись на Вархет, — сожалея, промолвил дядюшка, но предложение искать невидимое команда поисковиков приняла на вооружение.

Минут двадцать, играя в слепых котят, пятеро тыкались по всем уголкам храма, пытаясь найти «то, чего на белом свете вообще не может быть», попутно, чтоб времени зря не терять, дира Иргай допрашивала дядюшку и племянничков. Ребята не поскупились на демонстрацию меток на разных участках кожи и серебряного кругляша со священными птичками на цепочке.

Закономерно всплыл и вопрос, за каким лядом дира Иргай понадобилась бывшему ученику академии. В благородное бескорыстие помыслов и жажду служения науке истории такого, как Ригет, практично-циничная бабулька не верила ни на медный ноготок. Впрочем, правильно делала.

Всегда приятно переложить часть груза проблем на чужие плечи, а уж если подвернулась еще и возможность воспользоваться чужими энциклопедическими знаниями — и того лучше! Потому Ригет охотно передал эстафету рассказа обаятельному оболтусу племяннику и тот поведал подробности встречи с Ирнатом, предупреждении об опасности ритуала посвящения и географической подсказке бога насчет Храма Восьми.

Было видно даже в тусклом свете пылающих чаш, как раздирает диру Иргай, почти разочаровавшуюся в идее поиска яйца, желание махнуть рукой на поиски и вытянуть из парочки молодых жрецов все детали встречи с богами. Причем, Дэн мог бы заложить свою голову, одолевали бабушку вовсе не религиозно-фанатичные желания, а что-то из раздела общих знаний. К примеру, метафизические ощущения собеседника бога, детальное описание сотворенного пространства сновидения, истинный цвет маховых перьев Ирната или покрой плаща Зебата.

Словом, вид у диры был настолько хищным, что Дэн почти поверил в реинкарнацию Бабы Яги. И пусть она приехала в замок на лошади — это еще не доказательство. Может, ступу в ближайшем лесу оставила вместе с избушкой на курьих лапах?