Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 19-09-2018г.

Процесс пошел быстрее, когда Борш убедился в том, что «чудо-птичка» колоссальных размеров исчезла и пока возвращаться, чтобы заклевать, нагадить сверху или учинить еще какое-нибудь ужасное мистическое действо, не собирается. Наемник решительно развернулся и споро (а то не дай Восемь прилетит!) зашагал по улочке вниз, на ходу поясняя:

— Тут ближе всего канатная лавка много лет стоит. Вам вроде как веревки надобны?

— Да, только именно веревки, примерно в четверть пальца толщиной. Из канатов, боюсь, у меня ничего путного не выйдет увязать, даже если буду стараться и возьму вас с Бельташ в помощники, чтобы помогали затягивать узлы, — сразу обозначил рамки потребного Денис. – Хотя, - парень не удержался от улыбки, - масштаб работы на канатах точно был бы божественным. Жаль ни увязать, ни унести нам такую поделку не по силам!

— Ну так, — хмыком согласился наемник и обстоятельно объяснил айтишнику, что лавка только прозывается канатной, потому как есть в ней веревки и такой толщины, а всякого разного там тоже вдосталь, и цену хозяин вроде как не задирает. Товар у него специфический, но коль в одном месте столько, обычно никто с пустыми руками не уходит. Не веревку, так крючок иль петлю, кованную под нее, непременно прикупит.

Нужную лавку, распахнувшую свои двери и вынесшую аж пару «многоэтажных» прилавков на улицу, попаданцы углядели издалека. Громадные плетеные корзины, забитые бухтами всевозможных веревок, крюки и гвозди, увешанные связками того же товара самой разной кондиции: тонкими, средними, толстыми, витыми, сплетенными, крашеными и натурального цвета… Товар закрывал собой чуть ли не половину улицы и производил впечатление!

Денис слегка обалдел от такого изобилия и не меньше пяти минут стоял столбом и смотрел. Лишь потом очнулся, тряхнул головой и взялся выбирать. Подошел к вопросу ответственно! Щупал, тер, тянул, изучал толщину и плетение.

Жилистый, смуглый, будто только вернулся с южного курорта, хозяин к клиентам с рекламными криками не бросался, за руки не хватал и в лавку не тащил. Все время, пока Дэн изучал ассортимент, он меланхолично сматывал в клубок плотный зеленовато-желтый шнур и изредка почесывал короткий ежик волос на голове. Выбор веревки — штука серьезная, мало ли для чего молодцу понадобилась? Девку упрямую связать или счеты с жизнью свести? Тут с советами, пока не обратились, лучше не встревать, неизвестно какая ответка прилетит!

Лишь когда будущий великий макрамист примерно определился с выбором и позвал лавочника, тот степенно отложил клубок и внимательно посмотрел на Дэна из-под полузакрытых тяжелых век.

— Мне нужен шнур примерно такой толщины, — парень ткнул пальцем в моток, — чтобы узлы не скользили и не расползались. Длины примерно метров, тьфу, рук, то есть, — Дэн поправился, использовав подходящую местную меру длины, усвоенную еще в путешествии к замку, — шестьдесят. Найдется?

— Такой будет. Нить некрашеная, серая, — сразу объяснил хозяин и вытащил из левой верхней корзины здоровенный клубок.

Денису всегда казалось, что совы обладают коричневым оперением, но таскаться по городу и искать «такого же, но без крыльев» ему совершенно не хотелось. Потому братец привычно принялся пытать сестру:

— Свет, у тебя по зоологии пятерка в аттестате стоит, бывают серые совы?

— Бывают, — машинально ответила девушка, какой только ерунды в голове не хранившая по причине добросовестного отношения к учебе. — У них цвет от ареала обитания зависит.

— Тогда годится, — бодро подвел итог Денис. — Значит, берем клубок и хорошо бы еще корзину в придачу. Не в руках же нам его волочь, как заколдованный указатель от Бабки Ежки.

— За корзину тридцать ноготков, — сразу предупредил хозяин лавки, делавший свой маленький бизнес весьма продуманно, судя по тому, как он вытряхнул одну корзину из стопки, составленной прямо на мостовой справа от лотка. Сопутствовавший товар у него брали частенько.

Предвкушая торг за изрядный моток шнура, хозяин лавки прижмурился сытым котярой. Не ведая о его чаяниях, Дениска мысленно пребывал в творчестве и, повернувшись к сестре, вдохновенно вещал:

— Надеюсь, Трашп не обидится, если моя сплетенная в подарок сова будет серой, а его подручная птичка рыжая или черная. Или может, бабушку Иргай расспросить о деталях и шнур перекрасить?

— Дир, вы собираетесь сделать сову из шнура магией? — вкрадчиво осведомился торговец с легким недоумением. Магом его клиент не выглядел. В юном возрасте те отличали нахальной безбашенностью самоубийц, в зрелом, те, кто ухитрился выжить, степенностью.

— Нет, какая магия? — удивился парень неожиданной версии. Даже перестал крутить в руках большой клубок и вскинул голову на продавца: — Сплету я ее.

Глаза торговца зажглись таким огнем, что будь на его месте, скажем, одна из собачек Бельташ, Дениске, да и не только ему — всем на улице - следовало опасаться за свою шкуру. О том, что на веревках вяжут узлы, а из тонких шнуров плетут половики, мужчина знал, но СОВУ?! Да еще сову как дар богу ремесленников? Такого шанса истинный и потомственный веревочный маньяк упустить не мог. Он насел на парня с расспросами, пообещав сам, первый, скидку на товар. Дениска, не видевший в своем умении никакой коммерческой ценности, охотно показал торговцу на шести шнурках, как будут выглядеть несколько фигурных узлов плетения.

Торговец оказался не только жадным до знаний о применении любимых веревок, но и честным человеком. Возможно, на Вархете, пусть боги и покинули мир, если речь шла о подношении одному из Восьми, жулить считалось себе дороже? Возможно, свою роль сыграла молчаливая фигура Валта, маячившая за спинами молодых людей с безразличным видом убийцы, готового броситься в бой по первому свистку хозяина.