Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 24-09-2018г.

С пару месяцев назад девушка нашла в сети изумительную схему и фото готовой работы — в ажурных голубых и зеленоватых кружевах бисерного узора взлетала прекрасная белая птица. Почему-то именно она запала в память настолько четко, что сейчас Света смогла объяснить лавочнице, сколько и какого материала ей нужно. Конечно, вархетский цветной бисер лишь отдаленно напоминал земной. Его почти никогда не делали круглым, это были скорее короткие восьмигранные трубочки. Штамповали его, понятно, не машинами, а магией копирования, годящейся лишь для самых мелких предметов. Но попаданцев не особенно интересовали тонкости производства, о котором толстуха-лавочница знала все и много больше. Главное — конечный результат годился для колье.

Бисера Света брала с запасом, так же, как и вощеной нити. Увы, тонкой проволоки и лески на Вархете не было и в помине, зато хорошие иглы-инструменты и застежки с цепочками очень-очень походили на земные.

Весь набор для плетения подарка богине вылился для попаданцев в весьма круглую сумму. Возможно, нет, пожалуй, наверняка, «Дженуария» сделала бы скидку клиентам, поделись Света с ней схемой плетения колье. Но девушка молчала, как рыба об лед, словно не замечая многозначительных намеков. В результате чего кошель, выданный дядюшкой на материализацию заготовок для божественных даров, значительно отощал.

Как вышли из лавки, Дэн тут же спросил у сестры о причине ее молчаливости. Сам-то он про сову из веревок все рассказал.

— Помнишь, на школьный выпускной Маринка и Ленка пришли в одинаковых платьях? – вместо ответа уточнила сестра.

— Ага, визгу было! — лукаво ухмыльнулся парень, вспоминая подробности забавного скандала.

— Теперь представь, если украшение для богини окажется копией того, что носит какая-то женщина на Вархете? — намекнула Светка.

— Понял, заткнулся! Эксклюзив и ручная работа — наше все! — заверил сестру Дениска и, переключившись на более актуальную тему, спросил Валта:

— Слушай, тут перекусить где-нибудь поблизости можно, а то мы столько мотаемся по лавкам, что у меня живот к позвоночнику прилип.

— Это он у тебя от сладких орехов прилип, — нравоучительно проворчала сестра, не одобрявшая питания всухомятку и на бегу.

— Чего ж нельзя, можно, — пожал могучими плечами сопровождающий. — Вам как, диры, чего попроще или ресторацию искать будем?

— Нам чего поближе! — внес коррективы в маршрут трижды жрец под аккомпанемент требовательного урчания желудка.

Проводник повертел головой и решительно свернул налево, где вместо вывески имелась прислоненная к стене здоровенная и тяжелая на вид крышка от гигантской бочки. (В такой смог бы с комфортом прожить не только оригинал Диоген, но и десяток-другой любителей альтернативного размещения). Прислонена крышка была давненько, у основания успела прорасти жалким пучком травы. На «вывеске» красовалась выжженная надпись: «У Трехпалого»

Похожая основательностью на крышку-вывеску дверь приоткрылась, пропуская посетителей в нутро таверны. Окон в ней не было, свет давали лишь колесные люстры наверху и несколько связок-сеток светящихся шаров по стенам.

Три длинных стола с лавками и штук восемь столов поменьше с табуретами были основой меблировки таверны, отличавшейся своеобразным грубовато-основательным уютом. Стойка трактирщика с бочками на задах и подобием небольшой сцены слева в углу дополняли обстановку. На сцене, сидя прямо на ней в обнимку с местным аналогом лютни, бренчал что-то вялое на струнном инструменте заспанный лохматый парень.

Посетители у Трехпалого все же имелись: за длинным столом в правом дальнем углу гуляла какая-то шумная компания воинственного вида мужиков, за тремя столами поменьше насыщались еще несколько горожан. Сам трактирщик, его узнал бы любой по безотказной примете — трем из положенных пяти пальцев на левой руке, - наливал кружку бородачу. Выпивоха что-то деловито втирал хозяину.

Парнишка-разносчик в почти чистом фартуке подлетел к тройке клиентов, усаживающихся подальше от нудного бренчания. Дениска собрался было потереть руки перед оглашением своего заказа, наткнулся на многозначительный взгляд и громкий хмык Валта и просто, без жестикуляции, попросил, ориентируясь на обычный ассортимент:

— Перекусить бы. Мясо, хлеб, сыр и чем-то запить.

— Эль, пиво, вино? — захлопал глазами паренек, не зная, что предпочтет столь разношерстная компания.

— Эль мне, а молодым людям ягодного взвара, — прогудел охранник, решая проблему методом частичного насаждения сухого закона. Еще не хватало, чтобы юный жрец перепился и начал мертвых рядами поднимать. Хозяин такого точно не одобрит!

Дэн скроил недовольную физиономию, а Света вежливо прибавила:

— Если можно, теплого взвара. У меня горло от холодного тут же прихватывает. И тазик чистой воды — руки сполоснуть перед едой.

— Понял, дира, все найдется, — тряхнул головой парень, привычный ко всевозможным закидонам клиентов, и умчался на кухню.

Миску с водой и чистый отрез серой грубой холстины принес первым. Света вымыла руки, под ее суровым взглядом поболтал конечностями в воде и Дэн. Свободный от родственного произвола Валт миску с водой проигнорировал. Донимать его лекцией о гигиене Света не стала, лишь задумчиво проронила:

— Интересно, а пестряга передавалась воздушно-капельным путем или контактным, через грязные руки?

Бугай намек понял слету, поспешно придвинул к себе тазик и тоже вымыл лапы.

Парнишка-разносчик вернулся вовремя, чтобы забрать миску с посеревшей водой и разгрузить поднос с едой. И такой дух шел от ветчины и острого сыра, что совсем не голодная Светка украдкой сглотнула слюнку. Дениска, сменив гнев без пива на милость за еду, шустро напластал себе бутерброд из местного ассортимента, довольно заурчал и, сглотнув первый кусок, бодро провозгласил: