Папандокс, или Два на восемь

продолжение от 26-09-2018г.

— Ты на кого полез, дурень, он файры голой рукой отбивает! — взрыкнул самый низкорослый, но, очевидно, самый здравомыслящий из почерневшей компашки, встряхнув за грудки разом протрезвевшего любителя огненных апельсинов.

— Эй, ватага, стол оплатите и чтоб никаких драк тут, а то больше в долг ни разу не налью! Нечего людей попусту задирать! — рыкнул втрое громче скандалиста Трехпалый, наставив один из уцелевших перстов на группу наемников. Свободной рукой он вытащил из-под стойки шипастую дубину и многозначительно показал буянам самый веский аргумент.

Те недовольно нахмурились, но спорить ни с трактирщиком, ни с Дэном не решились. Если первый мог отоварить дубьем по кумполу и наглухо закрыть кредит, то со второго, как решили мужики, вполне сталось бы насовать им еще огненных шариков за пазуху. Уж больно беспечно отбивал маг файербол, будто в самом деле с мячиком забавлялся.

Черномазые оплатили ущерб и по стеночке, по стеночке отправились на задний двор отмываться от сажи. Мальчишка подавальщик сноровисто принялся наводить порядок на разгромленном столе, сметая осколки. Дэн же, запоздало втянув голову в плечи, удивленно прошептал:

— Блин, так это файербол был? Не мячик? И как меня его рукой-то угораздило?

— Дык, то разве диво? Ты ж, дир, жрец, а вы для магии неуязвимы, — объяснил Валт с довольной ухмылкой.

— Ух ты! И ведь никто не сказал! З-заразы! — возмутился Денис, и принялся заедать открывающиеся перспективы новым бутербродом. Света кивнула, прекрасно понимая, почему дядюшка попридержал ценную информацию. Братец и так порой удержу не знал, а уж после таких вестей…

— Спасибо, дир Деньес, что укорот языкам длинным ватаги Хмурого дали. Знавал я их, как в Тадреских харгах ходил, да и они меня, вот, припомнили, — прогудел наемник.

— Да ладно, брось, ты ж член нашей команды, потому нечего всяким варежку разевать не по делу, — отмахнулся бутербродом Дениска.

— Здорово у тебя выходит, — с белой завистью согласилась Светка, успокоившись насчет того, что их компанию никто за нечаянный разгром платить не заставит. — Никогда за словом в карман не лезешь. Мне если чего скажут неприятное, сразу никак остроумного ответа не подыщу. Потом чаще всего вообще на следующий день, что-то в голову приходит.

— Держись меня, жирафы зверьки красивые! — подмигнул Светке любящий братец и, гордо выпятив грудь, прибавил: — Я тебя в обиду не дам!

После чего, ставя восклицательный знак в своей речи, щедро глотнул взвара и так поперхнулся, что не мог прокашляться минут пять, сколько его сестра по спине ни хлопала. Откашлявшись, парень пристал с вопросом к телохранителю:

— Чего еще насчет неуязвимости знаешь?

— Почитай и ничего, — потер непривычно пустой после экспресс-бритья от Бельташ подбородок Валт и повел могучими плечами. — Раньше, говорят, жрецы любого из Восьми для магических атак неуязвимы были, не брали их лед, огонь и все, чего магией сотворено.

— А если поднять камень и уронить на голову? — потребовал подробностей представитель нового поколения жрецов.

— Не долетит, коль магией запускали, магия силу потеряет, — поморщив лоб, выдал бугай. — Потому в битвах любым жрецам, особо Ирната иль Зебата, цены не было. Божественный щит дорогого стоит! Единственно, друг против друга никогда служители Восьми не выходили. Это только маги за любую работу берутся, лишь плати монетой. Прежде-то они лишь пред простыми людьми грозны и сильны были, а пред посвященными Восьми чисто дети с забавными игрушками, как ни велика их сила прочим казалась. Да только сейчас ни жрецов истинных по Вархету, окромя вас, не сыскать, ни магов, великой мощью обладающих.

— По ходу дела, прав был дядя со своей идеей о проводниках и адаптерах. Вот тебе с сообщающиеся сосуды! Силу давали боги, она текла в мир жрецам, далее магам и всему миру через магию. Боги ушли, притока силы нет, жрецы исчезли, магам остались жалкие крохи энергии, — похмыкал Денис, вспоминая и сводя воедино рассказы богов, жреца Нерпата и дядюшкины речи.

Наемник на это лишь кивнул косматой головой и приложился к кружке. Больше никто дразнить жонглирующего огнем парня не стал. Тренькающий в углу менестрель, адекватно оценив свои музыкальные потуги и кривящуюся физиономию Дэна, предпочел завершить представление и свалить в туман. Вдруг и его шариком отоварят сгоряча вместо гонорара?

Посрамленные наемники в трактир более не вернулись, справедливо решив не дергать тигра за усы. Они ведь не знали, что имеют дело с игривым котенком, а не матерым хищником. Озабоченная Света тишком спросила у Валта, не стоит ли опасаться засады, на что бугай хмыкнул и брякнул, как есть:

— В своем доме и пес не гадит, так чего ж людям-то? Если где за стенами городскими столкнемся, то по-всякому может обернуться, а тут нет.

Перекусив, команда снова направилась к кондитерской, где священнодействовала над новым словом в мире сладостей мастерица. Положенные три часа еще не подошли к концу, но тройка решила попытать счастья и не прогадала.

Довольная и вдохновенно-разрумянившаяся кондитерша выставила перед заказчиками небольшую, чуть приплюснутую корзину, торжественно откинула крышку и продемонстрировала сотворенный шедевр: небольшое озерцо-желе, по которому плыли три марципановых цветка с яблочными сердцевинами.

— Ух, красота! — восторженно выдохнул Денис. — Такое и дарить не стыдно и в дар принять приятно! Дира, вы — гений!

Пухленькая дира Кетлеш польщено зарумянилась, зацвела розой и сама предложила скидку в благодарность за удачную идею оформления товара. Ломаться изрядно потратившиеся на бисер попаданцы не стали. Яблочно-лилейное совершенство заняло свое место в руках Валта, обнявших корзинку, словно мать долгожданного младенчика. Заодно прикупили и сладостей для диры Иргай. Дениска посчитал полезным задобрить вредную старушенцию. Если рот занят сладостями, его для содержательной лекции точно не откроешь. Не то чтобы Дэн был категорически против учебы, просто считал, что свою порцию наук он столовой ложкой вычерпал в школе и институте, а остальное как-нибудь мало-помалу чайной доберет и не надо все водопадом обрушивать. Временами от лекций ученой диры у попаданца и вовсе возникало ощущение клизмы, вставленной прямо в ухо. Потому, благо зубы у старой перечницы имелись, Дэн набрал нуги, карамели, леденцов, ирисок, словом, сластей из разряда «долгоиграющих», а коварными планами со слишком честной сестрой не поделился, чтоб реализовывать не помешала.