Папоротник цветёт в венке, или Подарок от супостата

Глава 15

– Ведунья, а как же ваши деревни, которые Горыныч одним дыханием уничтожает? – прищурился брюнет.

– Я пока ни одной такой не видела. Так что помогай или проваливай!

– А если он очнётся и огнём в тебя дыхнёт? – не успокаивается парень.

– А если солнце на западе встанет?! – злясь на мужчину, стараюсь вынуть застрявший кусок железа, вызывая судороги ящера, но эта штука ни на миллиметр не сдвинулась.

– Да что же ты за тварь такая?! – поворачиваюсь к мужчине и слёзы срываются из моих глаз.

– Меня больше интересует, кто такая ты… Горыныча жалеешь.

– Слушай, давай близкое знакомство на потом оставим. У тебя алкоголь есть?

Хмыкает, и, сорвав с пояса, кидает мне фляжку!
Я лишь краем сознания отмечаю, что она железная с витиеватыми узорами. Особого внимания не акцентирую, потому что тороплюсь открыть. Нюхаю, и убедившись, что это то, что нужно, выливаю содержимое на рану! Судя по всему там какая-то настойка на травах была.

– Ты чего?! – парень даже забраться ко мне не успел, а я уже всё вылила. – На кой ценное пойло перевела?

– Ему рану обработать нужно. А раз забрался ко мне, давай, выдерни железо! Я сама не могу.

– И правильно, что не можешь. Лучше не трогай. Гарпун там внутри зацепился шипами. Чем больше дёргаешь, тем больше ему мучений приносишь.

– Тогда нужно аккуратно достать. Нож есть? – спрашиваю красавчика.

– Зачем?

– Спасать буду. Не выживет иначе, с этой штукой внутри.

– Ему даже мёртвая вода сейчас не поможет. И живой не спасти, – говорит уверенно.

– Ну если не спасти, — нож давай. Будем без чудес обходиться, – командую, протягивая руку.

Парень, скорее всего из любопытства, протягивает мне сразу два ножа. Скорее боевых, так как лезвия словно бритва заточены. Не думала, что в этом времени подобные вещи есть… Да и парень на местного не слишком тянет. Даже если по манере общения судить…

– Сможешь вот здесь рваный разрез, аккуратно в разные стороны растянуть? Мне нужно понять, как эта штука глубоко, и что из себя представляет.
Парень лишь кивает.
Видишь, под каким углом в него эта штука шипастая вошла? – металл в ране оказался глубоко и угадывалась серповидная форма этой штуковины, идущая внутрь. Надеюсь, не критично глубоко. Всё-таки относительно этой железяки, тушка Горыныча весомее.

– И?

– Эта штука вошла и сместилась. Нужно постараться изменить угол, и по той же траектории вытащить, пока он не очнулся и не начал шевелиться, вредя себе ещё больше. Может быть, даже сможем спасти ему жизнь.

– Ведунья, зачем тебе живой Горыныч?

– Затем, что любое живое существо жить хочет. Попади ты в такую ситуацию, неужели не захотел бы, чтобы тебя спасли? Ну, или хотя бы попытались? – поправляюсь, так как совсем не уверена в положительном исходе этой операции. Всё-таки я имею лишь навыки первой помощи, а мои хирургические знания сводятся к просмотру одного увлекательного сериала про врачей, и то в студенческие годы.

– Они всё равно умрут, – убеждает меня парень.

– Они?

– Двое обречены, – с ноткой грусти произносит парень, при этом его холодные глаза ничего не выражают, но и такое проявление сочувствия к животине, от этой ледышки меня удивляет.

– Обречены? Две головы ты имеешь в виду?

– Можно и так сказать.

– Брюхо-то у них общее. Залатаем и будут все три жить! Тут или все или никто, – говорю очевидные вещи.

– Горыныч существо магическое, – холодно замечает парень. – Всё гораздо сложнее. Гарпун тоже магический. Не только тело повреждено, но и магический источник. И чем дольше он плоть режет, тем больше магии выжигает.

– Раз такой умный, то помогай быстрее!

– Остановись, – останавливает мою руку. – Просто отдай его мне. Иначе скоро его найдут.

– Кто найдёт? Хотя не отвечай. Очевидно, те любители экзотики, что гарпун в него всадили. Но и тебе не отдам, пока не увижу, что он пришёл в себя и навалять сможет, – говорю, высвобождая своё запястье из захвата парня и аккуратно подрезаю мышцу, чтобы сдвинуть эту проклятую, застрявшую намертво железяку!
Надеюсь, у этого монстрика ничего важного здесь не проходит? На вид это лишь брюшная мышца, щедро покрытая жировой тканью. Ладно, раз решилась поиграть в доктора, не стоит останавливаться. Если судить по словам парня эта штука медленно зверюшку убивает. А может и быстро... Всё же брюхо не район позвоночника, да и внутренние органы там ниже, –– я туда и не суюсь…
От напряжения я даже не заметила, как искусала свою нижнюю губу. Стараюсь действовать предельно аккуратно, чтобы не навредить ещё больше. Даже дышу через раз, чтобы рука не дрогнула!
Наконец, показывается острый боковой край. Я тяну его на себя, и, неожиданно свободно вытягиваю действительно серповидную штуковину, с выдвижными шипами по внутренней стороне! После того, как я вынула, они волшебным образом втянулись.

– Ай! – отбрасываю проклятую штуковину, понимая, что порезалась! Хочу рассмотреть порез, но только не разобрать где моя, а где кровь Горыныча. А руки обмыть негде.

– Ты смогла?! – удивлённо выдыхает парень. – Как?!

– А нитки с иголкой у тебя случайно нет? – решаю не обращать внимания на порез, просто зажав место, которое щиплет. Ящерке сейчас в разы больнее.

– Зачем? – удивляется.

– Зашить бы теперь нужно, – кошусь на многострадальный сарафан. Рана глубокая и такая, что такой мелкой тряпочкой её не заткнёшь, да и не гигиенично это. Всё-таки хоть как-то, но алкоголем внутри продезинфицировала. Теперь бы зашить или прижать чем-нибудь, чтобы кровь остановить. Что я за день на сарафан нацепляла— неизвестно. Так, что грязную тряпку в такую рану пихать не решусь. Кто знает, может и у магических существ может заражение пойти. Знаю, нитки у парня просить было глупо, но мало ли…

– Нитки есть, но теперь и мёртвая вода справится, – понаблюдав за моими внутренними метаниями, произносит парень и достаёт из-за пазухи пузырьки.