Пара для изумрудного дракона

Глава-1 Астерия

Воспоминание.Я часто думаю о своих родителях. Их лица со временем начинают тускнеть в памяти, но я помню их голоса, их тепло и ту невыразимую нежность, которой они окружали меня. Мама пахла чем-то травяным, легким и сладковатым — как жасмин вперемешку с чабрецом. Когда я была совсем маленькой, она часто заплетала мне косы, напевая что-то тихое, едва различимое. Папа смеялся громко и заразительно — он мог поднять меня на руки и закружить так, что голова шла кругом, а я визжала от восторга.

Они умерли, когда мне было семь. Болезнь пришла неожиданно и унесла их быстро. Я до сих пор помню тот ледяной страх, который сковал меня, когда в доме стало слишком тихо. Помню, как сидела в углу, сжимая куклу, пока незнакомые люди говорили о том, что со мной делать.

Меня забрала тетя Агния — мамина старшая сестра. Я думала, что обрету новую семью, но очень быстро поняла, что ошибалась. Ее дом оказался холодным и чужим, а я — нежеланным гостем. Нет, они никогда не были со мной жестоки — ни тетя Агния, ни ее муж, дядя Рувен, ни их дочь Мирелла. Но и любви я не чувствовала. Для них я была лишним ртом, ненужным напоминанием о сестре, с которой у тети были сложные отношения.

Сначала я старалась заслужить их расположение. Помогала по дому, присматривала за Миреллой, выполняла любые поручения. Я думала, если буду стараться, они полюбят меня. Но чем больше я делала, тем больше от меня ожидали. Со временем это стало привычкой — вставать раньше всех, разжигать печь, убирать дом, помогать в лавке.

Лавка тети Агнии была её гордостью. Она продавала цветы, травы и коренья, а ещё всевозможные зелья: простенькие, конечно — от головной боли, бессонницы, от усталости или для улучшения настроения. Порой она бралась и за более сложные заказы, но редко. У неё были свои поставщики, свои постоянные клиенты — небольшая, но устоявшаяся сеть, которая приносила стабильный доход.

Мне пришлось быстро научиться разбираться в травах — где какие растут, когда их лучше собирать, как сушить и измельчать. Я запоминала рецепты зелий, слушала тетю, когда она ворчала, объясняя что-то сквозь зубы, и пыталась не задавать лишних вопросов. Мирелла же, её родная дочь, интереса к лавке не проявляла вовсе — ей больше нравилось вышивать, ходить по рынку или обсуждать с подругами моды.

Иногда мне казалось, что я незримо тяну на себе половину дел. Я приносила воду, мыла полы, перебирала травы, готовила отвары и настойки. Мирелла в это время могла сидеть у зеркала, примеряя новые заколки, а тетя — ругать меня за то, что я медленно работаю.

Я помню, как впервые увидела себя в отражении старого витражного стекла лавки. Тогда мне было лет четырнадцать. Я остановилась на секунду, отодвигая за ухо прядь волос, и вдруг поняла, что стала высокой и стройной, с длинными светлыми волосами и большими серо-зелеными глазами.

— Ванильная кукла, — сказала тогда Мирелла, усмехнувшись. — Только пользы от тебя никакой.

Я старалась не обращать внимания на её слова. Училась держать язык за зубами, не спорить и не отвечать на уколы. Но иногда это было трудно.

Настоящее

— Астерия! — резкий голос тети Агнии выдернул меня из воспоминаний. — Ты опять мечтаешь, девчонка? Сколько раз я говорила, чтобы ты не прохлаждалась! Дел полно!

Я вздрогнула, быстро опустив взгляд и торопливо вытерла руки о фартук.

— Простите, тетя, — сказала я, направляясь к прилавку. — Чем помочь?

— Перебери ромашку и тысячелистник, да чтоб быстро! И не вздумай опять всё перепутать, я тебе голову откручу, — ворчала она, хлопая по столу связкой сухих трав.

Я молча кивнула, привычно склонившись над столом, и начала работу, стараясь не думать о том, как сильно мне хотелось бы оказаться в любом другом месте.

Я углубилась в работу, стараясь не думать о тетином ворчании. Перебирать травы я умела почти с закрытыми глазами — руки сами находили нужные листья, отделяли их от мусора, отбрасывали слишком сухие или потемневшие стебли. Но даже в этом простом деле я ощущала напряжение. Я знала: тетя Агния стоит где-то за спиной, следит за каждым моим движением и только ждёт, чтобы найти повод для замечания.

Лавка сегодня была оживлённой — покупатели шли один за другим, и тетя всё время кидала на меня сердитые взгляды.

— Астерия! Ты ещё долго там возиться будешь? — в её голосе звучало раздражение. — Иди, помоги клиентам, я не могу разорваться!

Я быстро отложила травы и подошла к прилавку. У стойки стояла пожилая женщина, которой я сразу узнала — мадам Фейрвелл, постоянная покупательница. Она часто приходила за настоями для сна и средствами от боли в суставах.

— Добрый день, мадам, — я вежливо улыбнулась. — Чем могу помочь?

— Ах, Астерия, девочка моя, — женщина устало улыбнулась в ответ. — Мне нужен тот отвар, что ты в прошлый раз мне посоветовала. Знаешь, он и правда помогает лучше, чем то, что мне обычно давала твоя тётушка.

Я едва удержала удивление — знала, что тёте Агнии не понравилось бы подобное замечание.

— Конечно, сейчас принесу, — я поспешила к полке, нашла нужный флакон и вернулась к прилавку. — Вот он. Вам ещё что-нибудь нужно?

— Нет, этого хватит. Ты очень добрая девочка, Астерия, — мадам Фейрвелл оплатила покупку и, уходя, тепло мне улыбнулась.

Как только дверь закрылась за ней, я почувствовала, как тётя Агния подошла ко мне вплотную.

— Что ты ей там наплела? — процедила она сквозь зубы. — "Лучше, чем то, что давала я"? Это ты намекаешь, что я не разбираюсь в своём деле?

— Нет, тётя, я… — начала я, но она не дала мне договорить.

— Молчи! Иди, проверь запасы шалфея, и чтоб без разговоров!

Я сжала губы, чтобы не сказать ничего лишнего, и направилась к задней части лавки.